Элли Лартер – Развод. И снова любовь (страница 48)

Что он вломился в мое жилье? Проблематично: у Давида будет доказательство, что я сама позвала его, в виде переписки.

Что он угрожает забрать у меня сына?! Здесь, напротив, никаких доказательств, зато у Давида будет преимущество: по закону, он и вправду имеет полное право на ДНК-тест и свое отцовство.

Тогда что же сказать, как быть?!

Может, вывести Давида на какие-то слова и действия, которые его дискредитируют, и записать на видео, а потом уже отнести запись в полицию?!

Да, кажется, так более разумно.

Как именно и на что его спровоцировать – я пока не понимаю, но понимаю, что надо действовать, и быстро, потому что пока я жду и молчу, во-первых, Давид может что-то предпринять, а во-вторых, мое сердце не на месте... а мне и без того стресса в последнее время предостаточно.

Так что да: я назначаю встречу.

Предлагаю ему увидеться с Дамиром сегодня вечером, чтобы взять у предполагаемого сына образец ДНК... по факту, я собираюсь подсунуть ему волосы без волосяных луковиц: по ним анализ не провести, знаем, проходили... Практической пользы – ноль, но зато создам иллюзию, что иду ему навстречу.

– Удивительно, что ты так быстро передумала, – фыркает Давид в трубку.

– Просто решила, что мне бояться нечего: я-то точно знаю, кто отец моего ребенка, – говорю гордо. – А ты все равно не отстанешь, пока не убедишься сам, что не имеешь к нему никакого отношения.

– Верно, – соглашается мой давний любовник. – Значит, в шесть?

– В шесть.

– Я прихвачу с собой пару-тройку динозавров?

– Чего, блин?!

– Ну, тех, с антресолей, – уточняет он, и я понимаю, что он улыбается.

– Ааа... ладно, – киваю.

Почему бы и нет. Пока он будет распинаться перед моим сыном, я как раз и выдерну у него волоски... Удобно.

– Надеюсь, получится найти бронтозавра.

– Ага, – я закатываю глаза. Как ребенок, честное слово.

Но главное – чтобы повелся.

– К нам в гости сегодня заглянет дядя Давид, – сообщаю я Дамиру, и тот радостно подпрыгивает:

– Правда?! Честно-честно?!

– Честно-честно.

– Я очень рад! Покажу ему всех своих динозавров!

– А он тебе своих, видимо.

– Как здорово!

Я смотрю на сына и невольно улыбаюсь: так счастлив он обычно бывает, только когда приезжает папа... Миша, то есть. Но он, увы, теперь не частит с тем, чтобы нас навещать. Рассекает с кем-то по заграницам.

Мы в Мишиных глазах – не настоящая семья, а Дамир – так, сын второго сорта... особенно теперь.

Ну, пускай ребенок хотя бы чужому дядьке порадуется.

Впрочем, почему это – чужому?! Отец как-никак... ну, наверное. Я до сих пор не верю, что отец Дамира – именно Давид.

Надо, наверное, сделать свой ДНК-тест. Такой, которому я буду доверять.

Но не сейчас... потом.

Сначала надо с Давидом разобраться.

– Не забудь убрать игрушки, – прошу я сына.

– Да, мамочка! – радостно кричит Дамир и убегает прибираться, а я иду заваривать зеленый чай.

Давид приходит точно к назначенному времени.

Я едва успеваю установить скрытую камеру, точнее – смартфон. Надеюсь, памяти будет достаточно, чтобы записать всю встречу.

– Привет, – впускаю его внутрь.

– Привет, – мужчина протягивает мне коробку конфет.

– Спасибо.

– Приятного аппетита.

В этот момент из комнаты вырывается Дамир:

– Дядя Давид! Ты пришел! Ты принес динозавров?!

– Привет, пришел, принес, – улыбается Давид. – Даже бронтозавра. Он самый большой и самый грозный.

– Ого, как круто! – радуется мой сын.

– Чайник вскипел, пойдемте попьем чаю, раз уж дядя Давид конфеты принес, а потом вы поиграете, – предлагаю я.

Все соглашаются – и мы идем на кухню.

Я разливаю по кружкам чай, Дамир с восторгом таскает конфеты, пытаясь понять, какой вкус ему нравится больше, а Давид рассказывает то про динозавров – ему, – то про свою работу – мне.

– Не знаю, помнишь ли ты... тогда, много лет назад, когда мы познакомились, я начинал работать программистом... Сейчас у меня своя мини-компания, пишу коды, много путешествую, зимую на Бали, в Таиланде, в Аргентине...

– Ого, – хмыкаю я. – Мой Миша тоже программист, у него тоже своя компания, причем большая.

– Только папа нас, кажется, не любит! – вставляет вдруг Дамир.

Я невольно краснею и одергиваю его:

– Дамир, что ты такое говоришь?!

– Прости, мамочка, – сын смотрит на меня испуганно. – Просто он так давно у нас не был...

– Он просто много работает, – говорю я.

– Видимо, очень много, – фыркает Давид и качает головой. – Грустно это... Ну, ты доел?! Давай, вытирай лицо от шоколада, и пойдем смотреть твоих динозавров!

– Да, ура! – кричит Дамир, хватает Давида за руку и утаскивает в детскую, а я остаюсь в кухне одна, оглушенная страшным осознанием.

Моему сыну семь – и он уже все прекрасно понимает.

Понимает, что отец редко бывает рядом, а значит, возможно, не очень-то и хочет рядом быть... а значит – не любит.

Мне становится так обидно, и стыдно, и больно...

А Дамир в детской тем временем громко спрашивает своего нового друга:

– А нас с мамой возьмешь с собой зимовать там, где море и обезьянки?!

ЛЕНА. 56 глава

Я, конечно, с самого начала прекрасно понимала, что «долго и счастливо» нам с Мишаней не светит – у него рыбина Саша, мышь Каро и непривычно сильный для мужчины отцовский инстинкт, – но мне и не нужны были от него свадьба, дети и любовь до гроба.