Элли Эванс – Лагерь «Чистые воды» (страница 8)

Они разом напряглись, готовые наброситься друг на друга. В глазах Артемьевой пылал хищный огонёк, словно она давно ждала подходящего случая для боя.

– Девочки, не надо, – взмолилась Лёля.

– Чего вы начинаете? Отдыхать же приехали. Давайте прекращайте, – вмешался Егор.

К счастью, устроенное ими столпотворение не осталось незамеченным для учителей.

– Ребята, что у вас там происходит? – прокричала Ольга Николаевна.

– Всё хорошо! – вразнобой прокричали ребята. Катю и Наташу удалось оттащить друг от друга.

– Кому ликёра? – шёпотом спросил Гриша Орлов.

Катя вдыхала свежий лесной воздух и пыталась успокоиться. От одной мысли о мерзкой Артемьевой внутренности сворачивались в узел. Кажется, никогда и ни к кому она не испытывала такого отвращения. «Не разевай рот на чужое», – заявила Наташа.

– Кать, не переживай так, – обняла её Лёля и протянула стакан с морсом. – Давай веселиться, а? Наплевать на эту жабу Артемьеву! Ты же её знаешь. Она только запугивать и умеет.

Катя сделала глоток и чуть не выплюнула.

– Боже! Какая гадость!

– Это всего лишь ликёр. От него ещё никто не умирал. Ну, пей давай, – подталкивала Лёля, не переставая хихикать. Катя поняла: свой стакан подруга уже опустошила. – Ну хватит быть такой правильной! Сегодня можно и расслабиться!

Катя закрыла глаза и выпила стакан залпом. По горлу растеклась ужасная горечь. На мгновенье мир вокруг оказался смазанным и нереальным; затихли крики и музыка.

– Ну, как? Чувствуешь себя счастливой?

– Пьяной. Я чувствую себя пьяной.

Её здорово качнуло. Лёля быстро усадила её на ближайший стул. Следующие несколько минут Катя просто смотрела перед собой и пыталась вспомнить, где находится. Затем вернулась Саша: поняв, что произошло, она устроила Лёле грандиозную выволочку и заставила Катю выпить никак не меньше полулитра морса. После этого пришло облегчение.

– Устроили здесь Клуб анонимных алкоголиков, – бурчала Саша. Она, одна из немногих, не пила ничего крепче воды. – Вот я посмеюсь, когда учителя застукают вас всех на месте преступления. Вам повезло, что они слишком заняты.

– Да угомонись ты. Считаешь себя такой правильной? Пойдём лучше потанцуем, – позвал её Коровьев.

– Иди с веником танцуй. Больше тебя никто не выдержит, – съязвила она.

Катя весело захихикала, когда отвергнутый кавалер оскорблённо скрылся. Она положила голову на плечо подруги и наблюдала за танцами. Лёля вальсировала с Гришей и Мишей по очереди: их такое положение вещей не устраивало, и дело, кажется, шло к серьёзной ссоре. Коровьев умудрился пригласить Настю и ежеминутно наступал ей на ноги. Гриша в комичном подобии танца крутился с Дашей. Наташу, к общей неожиданности, пригласил Егор.

Катя некоторое время сидела молча, а затем встрепенулась.

– А ты где была? – спросила она.

– Искала кое-кого. О, вон он! Вольский, иди сюда!

Антон переоделся в белую рубашку и джинсы. Он выглядел довольно стильно на фоне остальных парней, и Катя без зазрения совести поймала себя на одной смелой мысли. Наташа, словно почуяв это, оттолкнула Егора и направилась к ним с видом непробиваемого танка.

– Вольский, пойдём танцевать, – Катя схватила его за руку. Поднявшись, она тут же неловко рухнула. Вольский бережно поднял её и расхохотался.

– Белкина, да ты напилась?!

– Она пьяная в стельку, – согласилась Саша и подтолкнула их к танцполу. – Идите же!

Наташа остановилась в метре от них, тут же развернулась и направилась прочь. Егор пытался ей что-то сказать, но она не обратила на него внимания.

Катя, боясь упасть, не отпускала руку Вольского. Кто-то уже заметил их тандем, пошли комментарии и хихиканье, но все они были проигнорированы. Когда Антон положил руки на её талию, она впервые почувствовала себя такой смелой и свободной: словно с тела сами собой спали железные оковы.

– Катя, – позвал Антон негромко.

– Ты помнишь моё имя? Вот уж неожиданность.

– Ты позвала меня, чтобы позлить Артемьеву?

– Я позвала тебя потому, что хотела.

Вокруг была такая тьма, что они не видели лиц друг друга. Единственные фонари со всех сторон облепили мотыльки. Катя чувствовала, что снова перестаёт соображать. Эти минуты она жила ощущениями и эмоциями. Она чувствовала, как он прикасается к ней, как крепко сжимает её руку и смотрит в её глаза. В эти минуты ей было хорошо.

– Белкина.

Он остановился.

– Что?

– Я хочу тебе кое-что сказать. Я не знаю, как ты на это отреагируешь. Наверное, ты будешь удивлена, но я должен… Чёрт!

Фонари заморгали, и весь свет внезапно погас. Катя услышала, как Вольский беззвучно выругался.

– Эй, что за фигня?

– Где свет?

– Ни черта не видно!

Погасли не только фонари: всё электричество внезапно выключилось. Магнитофон замолк. Свет из окон исчез. На миг вокруг стало так тихо, что Катя сжалась и задрожала.

– Всё в порядке, не паникуйте, – раздался в темноте, совсем рядом, голос директрисы. – Такое здесь случается. Ничего страшного. Сохраняйте спокойствие и не разбегайтесь. Мы обо всём позаботимся.

– Вы слышали? Не расходимся! – велела Ольга Николаевна.

Катя открыла рот, чтобы что-то сказать, но внезапно ощутила нечто странное. Её разум был затуманен алкоголем, но она чётко ощутила странное давление в области затылка. На голову, кажется, навалилось что-то тяжёлое: весь мир превратился в смазанное чёрное пятно. Её ноги подкосились. Она рухнула.

Глава 11

Она проснулась лишь ранним утром. Из настежь открытого окна лился умопомрачительно яркий свет, который чуть не ослепил её. Почти минуту Катя пыталась подняться с кровати, но тщетно: конечности будто одеревенели. В комнате, кроме неё, не было совершенно никого.

Она не сразу вспомнила события прошлого вечера. Но, вспомнив всё до последней секунды, тут же почувствовала ужас. Собственное поведение накануне привело Катерину в состояние непримиримого стыда. Неужели она выпила тот злосчастный стакан с ликёром прямо под боком у преподавателей? Неужели она осмелилась пригласить Вольского на танец на глазах у всего класса? Неужели она бросила вызов Наташке?

А потом… потом что произошло? Катя помнила, как упала на землю и как Антон подхватил её за руки, а потом… пустота. Ничего. Как такое могло случиться? Обморок? Ни разу в своей жизни она не падала в обморок. И накануне чувствовала себя нормально. Почему же она потеряла сознание?

– Катька! – в комнату ворвалась Саша. – Проснулась! Как ты себя чувствуешь?

Катя не знала, что сказать. Ей хотелось выдать всё как на духу, высказать свои сомнения и страхи, но вдруг что-то остановило её. Саша выглядела так, словно только что ушла от погони: запыхавшаяся, вспотевшая, и, что самое странное, с шишкой на весь лоб и кровоподтёком на щеке.

– Ты… – Язык отказывался шевелиться. – Ты…

– Я знаю. Потом, – оборвала подруга и дёрнула плечом. – Срочно идём к остальным. Это ещё не самое худшее.

Катя хотела пожаловаться, что не в состоянии пошевелиться, но тут же к удивлению обнаружила обратное. Чувствительность начала возвращаться: ей удалось сначала сесть, а затем – с помощью Саши – подняться на ноги. Она не стала ничего спрашивать и молча помогла добраться до порога. Только снаружи, на свежем воздухе, на бесстрастном сосредоточенном лице подруги появилось выражение, совершенно ей несвойственное: это был страх. Она припала к косяку и тяжело задышала.

– Сашка, – позвала Белкина. – Что происходит?

– Я не знаю. Я не знаю! – гневно ответила она и топнула ногой. – Один чёрт знает, что здесь происходит! Ты не представляешь, что творилось здесь вчера! Это… лучше бы мы никогда не ездили в этот чёртов лагерь! Теперь мы все в полном дерьме!

– О чём ты? Что здесь вчера было? Я понятия не имею, что за…

– А что ты помнишь? – прервала подруга. – В каком моменте ты отключилась?

– Я помню, как танцевала с Вольским, и весь свет вырубился. Антон… он, кажется, хотел мне что-то сказать… и я отключилась. Всё.

Саша смотрела на неё молча, а затем сказала:

– Значит, ты ничего не видела. Ты вовремя вырубилась.

– Чего я не видела? – вскипела Катя. – Объясни ты толком, что там было!

– Когда свет отключился, я была здесь, в доме. Все начали кричать. Я включила фонарь на телефоне и побежала к вам, и тут… Все ребята, один за другим, начали падать. Сначала упал Коровьев. Потом – Кораблёв, Орлов… и все остальные за ними. У Ольги Николаевны началась паника, она стала кричать, чтобы заведующая вызвала Скорую помощь. Заведующая убежала к себе, и тогда… Тогда-то и началась движуха, – холодно усмехнулась она. – Мы с Вольским были единственными, кто остался в адеквате. Пытались вас с Лёлей разбудить, но вы ни в какую не просыпались: я даже в какой-то момент испугалась, что вы… того. Я услышала крик. Сначала не поняла, что произошло – это было так странно, и я уже не понимала, что реально, а что – нет. В общем… на Ольгу Николаевну напали.

– Как… Что? – тупо переспросила Катя. Ей казалось, она ослышалась.