Элли Джелли – Нищий и принцесса (страница 7)

— Алло…

— Подойди к черному входу, — говорит запыхавшимся голосом.

— Зачем?

— Стелла, давай живее, меня сейчас отсюда сдует нахрен!

Беру первую попавшуюся куртку из шкафа и спускаюсь вниз, заворачиваю к запасной лестнице и оказавшись в тамбуре, открываю замок. Сумасшедший ветер с дождем и снегом сразу же настежь распахивает железную дверь и едва не зашибает трясущегося от холода нищеброда. Не дожидаясь приглашения, он сразу ныряет внутрь и поочередно дышит в ярко-красные ладони.

— Ты чего тут делаешь? — я теряюсь и смотрю на его мокрую, заледеневшую одежду, — Сюда нельзя!

— Я на минуту, — он лезет в джинсы и негнущимися пальцами ковыряется в карманах, — Дай руку.

Не дожидаясь, Скворец протягивает мне мой браслет и сердце сразу срывается с места, я беру его из его ледяной ладони и закусываю нижнюю губу.

— Слушай, Светка извиняется… — он начинает неловко мяться.

— Мне не нужны никакие извинения и объяснения, можешь ничего не говорить, — я не свожу глаз со своей блестящей цепочки, пытаюсь застегнуть ее на руке, но мне очень неудобно, поэтому просто крепко зажимаю браслет в кулаке, — Главное, что он снова у меня. Спасибо…

Я поднимаю глаза и смотрю, как Скворец стучит зубами.

— Ты мог просто позвонить и сказать, что с браслетом все в порядке. На улице же настоящий апокалипсис…

— Да я с утра его с собой таскаю, иду домой. Вы живете по пути.

В тамбуре начинает мигать лампочка, а воздух разрезают звуки шатающегося метала.

— Что с твоим лицом? — спрашивает Скворец.

— А что с твоим? — отвечаю насуплено и поднимаю голову к потолку, лампочка опять мигает.

Внезапно свет полностью выключается и мы остаемся стоять в кромешной темноте под звуки страшной колыбельной ветра.

— Здесь иногда выбивает генератор, — говорю в пол голоса.

— Где он? Давай запущу.

— Этим занимается охранник, тебе нельзя здесь находится.

— Как хорошо, что меня не видно, — он хмыкает.

Мы замолкаем. Зубы Скворца все еще отчетливо стучат на фоне бушующей вьюги.

— Ладно, поднимайся, — говорю тихо.

Надо проводить его к Чумаковой. Наощупь шарю в воздухе, чтобы показать Скворцу куда идти и натыкаюсь на холодную кисть.

— Ммм, начались какие-то приставания, — говорит ехидно.

— Не мечтай, — бурчу и хочу перехватить его рукав, но мои пальцы уже перехвачены.

Свободной рукой продолжаю искать ручку двери, а потом тяну его к лестнице, здесь значительно светлее из-за большого окна, идем медленно, заворачиваем на второй этаж, но я сразу замираю. В конце коридора, вижу очертания фигуры Гофмана, он широко размахивает фонарем и идет в сторону комнаты Чумаковой. Вот же хитрый засранец! Отступаю назад. Только драки не хватало…

— Ты потерялась? — спрашивает с усмешкой.

— Вроде того, — недовольно цокаю и веду его на свой этаж.

В коридорах толпятся люди, но здесь вообще ничерта не видно, поэтому нам удается войти в мою комнату без каких-либо вопросов. Как только дверь закрывается, слышу звук растегивающейся молнии, Скворец снимает мокрую куртку. Я залезаю в кровать с ногами, не объясняя ему где расположиться. Почти сразу в комнате загорается два огонька от фонариков наших телефонов.

— Значит, смотри, — я одариваю его коварной улыбкой, — Вот этот шкаф мой, а еще вот эта тумбочка, из них ничего не тащи.

Скворец закатывает глаза и сжимает губы в легком смешке.

— Я постараюсь держать себя в руках. А где твои соседки?

— Ушли гулять.

— Почему ты не отвела меня к Чуме? — спрашивает с издевкой.

— Там был охранник, могли возникнуть неприятности.

— Понятно, — Скворец все еще растирает руки, — Слушай, не трогай ее, а… Васька очень хорошая. Она добрый человек и надежный друг. Не обижай ее.

— А может это она меня обижает? — говорю возмущено и вспоминаю сколько фокусов она выкинула, — С ней ты тоже будешь проводить воспитательную беседу?

— Она никогда не полезет первая… А вообще, я рассчитывал на более красочную благодарность за найденный браслет, — смотрит на меня с ухмылкой.

— Поклониться тебе в ноги? — я недовольно щурюсь.

— Помоги Ваське социализироваться.

Ничего кроме нервного смеха эта фраза у меня не вызывает.

— Представь, как сложно, когда ты совсем одна, среди чужих людей и тебе даже помочь некому, потому что у тебя совсем никого нет. Чума делает вид, что очень сильная, но она только храбрится, я знаю, что она переживает.

— Ты либо очень глупый, либо очень наивный, — я цокаю, — Нельзя говорить о том, какие у человека слабости! Тем более его врагу! Но за информацию спасибо. Не надо так волноваться за свою любимую Чуму, она уж точно в защите не нуждается.

— По глазам вижу, что хочется пожаловаться, — Скворец ехидно лыбытся.

А мне и правда хочется!

— Лучше бы занялся ее воспитанием! Она рыгает за столом, сует мне под нос свои вонючие подмышки! Складывает ноги с дырявыми пятками на стол, лупит наших пацанов! — я не могу перестать возмущаться.

— Ахаха! — Скворец сворачивается в припадке хохота, — Какая красотка!

— Не то слово…

— Только не говори, что ты такая заплаканная, потому что слишком сильно ей впечатлилась, — он смотрит на меня серьезно, в полумраке моей комнаты.

Я не отвечаю ему. Вот только не хватало открывать душу первому встречному гопнику! Надуваюсь и скрещиваю руки на груди.

— У тебя какие-то проблемы? Может помощь нужна?

— Пф! — я закатываю глаза, — У меня нет никаких проблем, у меня всё прекрасно!

Уж больно эти нищеброды сочувствующие, что один, что вторая! Я уже успокоилась и не дам новую слабину.

— Вот и молодец! Тогда пошли покурим.

— С ума сошел? — смотрю на него как на идиота, — Нас сдует ветром!

— Мы не пойдем на улицу, пошли в коридор или на лестницу.

— Здесь нельзя курить, за это грозит исключение.

— Интересно, как они узнают, что это мы, если вокруг кромешная темнота? Ты че такая скучная? Если бы у нас выключили свет, наши бы уже на ушах стояли, устроили бы настоящую анархию. А вы разбрелись по комнатам и сидите, скучаете. Пошли!

Я недовольно качаю головой и продолжаю сидеть на кровати.

— Пойдем, говорю! — Скворец делает пару шагов вперед и его высокая фигура нависает надо мной, — Есть подозрения, что ты такая злобная собака, потому что живешь своей скучной, мажорской жизнью. Что будешь вспоминать на пенсии, как сидела в своей комнате, как правильная, скучная девочка?

Если бы он знал на какие больные точки сейчас давит… Скворец протягивает мне руку, я раздраженно шиплю и поднимаюсь с кровати, опираясь на его ладонь.

— Надеюсь, у тебя есть сигареты, мои закончились, — говорит невозмутимо.

Вот ведь нищеброд! Лезу в тумбочку за Парламентом и трясу полупустой коробкой, парочка еще осталась.

— А если бы не было? — смотрю на него раздраженно.