Элли Дрим – Нахал. Любовь не продается (страница 2)

– Как вы знаете, – голос Нахала не очень громкий, но, когда он говорит, все затыкаются и слушают, – я теперь учусь здесь. Так же, как и вы, сдавал экзамены. Закрыл сессию, и очень хочется отметить это дело, и чтобы каждый из вас отметил со мной. Конечно, позвать всех в кабак не получится, но я знаю способ дать всем нам зажечь вместе. Готовы?

Толпа орет, а я ежусь – угораздило же! Вижу неподалеку своих однокурсниц, ту самую Карину, ее подружек, которые меня вечно пытаются зацепить. Они с восторгом пялятся на губернаторского отпрыска. Наши парни тоже тут. Народ еще подходит.

– Что ж, всем успеха! Да прольется на вас золотой дождь бабла!

Нахал говорит и поднимает руки, в которых стопки купюр. Он начинает разбрасывать их над толпой.

Деньги летят вниз. Тысячные, сотни, пятитысячные, пятисотрублевые. Бумажки разного достоинства падают сверху, и я вижу, как все вокруг начинают охоту за ними. Соня отпускает мою руку и прыгает, пытаясь поймать красненькую, ее толкает какой-то парень, в азарте она отпихивает его. Все кричат, ругаются, хохочут, кто-то, поймав деньги, издает победный клич.

А я в шоке.

Разве так можно? Что он творит? Он же сын губернатора! Он должен показывать пример! Представляю, какой будет кипиш в администрации, когда об этой выходке узнают.

Я стою как вкопанная, не реагируя на кружащиеся над головой денежные знаки, смотрю на Нахала и не сразу понимаю, что он тоже смотрит на меня.

– Эй ты, очкастая, тебе что, бабло не нужно? – кричит один из спутников Нахала.

Не отвечаю. Мне стыдно.

Деньги кидает он, а стыдно мне. И за него, за то, что он такой… Играет на низменных чувствах других. И за себя стыдно. За то, что оказалась тут, в этой толпе.

Нахал продолжает смотреть на меня, а я на него.

А вокруг эта вакханалия.

Какой позор.

Поворачиваюсь, чтобы уйти, но это непросто, деньги всё еще летят сверху, кто-то бросается за ними, сбивая меня, я падаю, кто-то толкает меня ногами, сбивая очки, на которые тут же наступают. Чьи-то ноги рядом с моей головой, чувствую удар, туман перед глазами, проваливаюсь куда-то.

Всё, Любимова, это конец.

Глава 2

Рита

– Эй, живая? – кто-то брызгает в меня водой.

Зажмуриваюсь, потом открываю глаза, фокусируя зрение.

Парень, очень симпатичный. Просто красавчик. Скулы высокие, губы такие пухлые, глаза… Еще у него широкие плечи и грудная клетка, спортивный. А левая рука забита татуировкой. Мне вообще не нравятся татуированные, но его рисунок выглядит хорошо. Сейчас парни часто коротко стригутся, а у него такая шевелюра, и волосы блестят, как после салона красоты.

– Налюбовалась, конфетка?

– Извините, – смущаюсь, понимая, что щеки идут пятнами.

– Как чувствуешь себя?

– Марк, там скорая подъехала, – чей-то голос врывается в наш разговор.

– Отлично, веди сюда.

Только тут до меня доходит, что скорая, наверное, ко мне.

– З-зачем? Не надо скорую, всё нормально.

– Нормально? У тебя что, на бабло аллергия?

– В смысле?

– Ну, ты чуть коньки не отбросила, когда я шоу начал с деньгами, и единственная, кто за купюрами не кинулся. Вот я и думаю – аллергия? Отека Квинке вроде нет.

– На тупых у нее аллергия, – это голос Сони, поворачиваю голову и вижу подругу.

– Кто такая? – спрашивает красавчик.

– Соседка ее, я тебе говорила.

– Помолчи, а, соседка? А лучше выйди, сейчас доктор придет.

– Не нужно доктора, всё со мной хорошо. Просто меня толкнули, и я упала, а потом по голове кто-то стукнул.

– Вот и посмотрят твою голову, – не унимается татуированный, которого назвали Марк.

Марк – имя красивое, мне нравится.

Почему я постоянно думаю о нем в этом плане? В том, что мне нравится?

Он не должен мне нравиться, потому что он мажор.

Он же сын губернатора! Точно!

Не для таких, как я, поэтому. Нравится – не нравится – разницы никакой.

Врач подходит, просит всех отойти.

Только сейчас понимаю, что мы на первом этаже универа в гардеробе, который сейчас не работает.

Меня спрашивают, что случилось, но отвечает этот красавчик. Нахал. Точно, у него и прозвище подходящее.

Со мной всё в порядке, сотрясения нет, доктор говорит, что надо вовремя питаться и меньше стресса.

– Понимаю, сессия у вас, фигуры бережете, но надо есть и успокаиваться. Вам еще детей рожать.

При этом она смотрит на Марка, а я снова неистово пламенею. Он усмехается, подмигивая мне.

– Детей мы еще успеем, спасибо. Пусть сначала диплом получит.

– Какой у тебя парень правильный!

Ого, с чего это она решила?

– Он не мой парень.

– Не спорь, доктору виднее. Спасибо вам!

Вижу, как он сует в руки врача красную купюру, та тоже, как и я, становится розового цвета, отказывается.

– Вы с ума сошли? Это моя работа, перестаньте деньги пихать!

– Работа – не работа, но благодарность за оперативность еще никто не отменял.

Я вижу, как он кладет купюру ей в карман и провожает женщину к выходу.

Мне хочется встать, но я чувствую головокружение.

Точно, это от голода. С утра сегодня я заварила себе каши, больше ничего не ела, а сейчас давно обед прошел. В общаге у меня есть еще пара яиц домашних, можно сделать омлет или сварить макароны и глазунью к ним. Я люблю макароны, чтобы перемешать с растекающимся желтком. М-м-м. Вроде бы самая простая пища, но так вкусно.

Желудок отзывается громким бравурным урчанием, и я ловлю на себе взгляд Нахала.

– Понял, принял. Пошли обедать.

Ого, это он мне?

– Никуда я не пойду!

– Правильно, не пойдешь, я тебя понесу!

Говорит и хватает меня на руки. Ой, мамочки!