Элли Дрим – Большая проблема Царя, или Баба Яга не против (страница 4)
Он разглядывал её беззастенчиво.
Не молодуха, за тридцатник ей точно, но это и хорошо. Вопреки расхожему мнению Ивана на молоденьких не тянуло. Он был приверженцем мнения, что с молодыми «не о чем трахаться».
Ну, правда, о чём? Ему сорокет. Он состоявшийся мужик, который рос в лихие девяностые. Еще советской закалки и воспитания. И фильмы смотрел советские, и те американские, которые теперь классика, и музыку слушал – хороший старый рок, иногда диско, иногда совсем какой-то трешняк, так, в охоточку, типа модных дискотек восьмидесятых и девяностых. Просто это музло напоминало детство и юность, а они у Иванушки, почти «Интернешнл», были веселыми и счастливыми несмотря ни на что, как и у многих, наверное.
Да, жрать было сначала нечего, да, одевались все одинаково в китайский ширпотреб, да пили – когда уже можно стало пить – бормотуху и курили всякую хрень – ну, это, скорее раньше было, когда Ваня на ноги вставал его батя уже раскрутился.
Но было в этой жизни что-то настоящее, чего не хватало Ивану с той же Снежаной.
На хера он вообще на ней женился? Кретин. Ну, красивая, да. И что?
Переклинило. И детей вроде хотел. Как-то быстро понял, что от такой бабы детей рожать – зашквар.
А вот от такой как ведьмочка, пожалуй, можно.
Интересно, она еще в состоянии родить?
Почему-то Ивану вспомнился наш фильм, про какого-то богатыря, занесло его с детьми сестры в кинотеатр давно, лет шесть или семь назад, там баба Яга была старуха, а потом раз и омолодилась.
А вдруг и эта так же?
Иван даже головой затряс – лезет же такое в голову!
- Давай, касатик, выпьем за твоё здоровье богатырское.
- Выпьем. А здоровье я могу продемонстрировать, хоть сейчас.
Сказал, и опрокинул стопку, крякнул, и тут же в рот ложку окрошки отправил. Вкусно, господи, как же вкусно и хорошо!
- Уверен? Ну, смотри. Дрова хотел колоть? Снимай тогда рубашку свою, да и штаны.
- В трусах меня оставишь, уверена? – мужчина осмелел, то ли от выпитого самогона, то ли от того, что член его реально был таким твердым, что впору им дрова рубить.
- Штаны тебе выдам, герой, чтобы не сверкал тут мне своими «фаберже».
- А я бы посверкал, - совсем обнаглел Царёв.
- Посверкаешь, в бане.
- Уверена? – Иван кривовато усмехнулся, отдавая ведьме её же реплику.
- Давай, давай, досёрбывай да вперед, к подвигам.
Глава 6
Глава 6
Досёрбывай! Ивана взвинтило от этого слова. Дед его так говорил.
Вот оно, настоящее.
Баба настоящая, еда настоящая, в штанах всё колом. Едрить-колотить! Хотелось орать от внезапно накатившей радости. Он жил! Понимал сейчас, что впервые за долгое время именно живёт, а не срок отбывает, пусть в золотой, но остохорошевшей клетке.
Опустошил тарелку, хлебом её вытер – так дед всегда делал, и он, когда в деревню к ним ездил тоже повторял. И самогон свой первый тоже в деревне маханул, по дурости малолетней, зеленый потом ходил, блевал сутки. Но сам себя героем считал.
Ведьма уже положила на кровать темные суконные штаны. Старые. Точно у деда были похожие.
- Облачайся, красавчик, и выходи во двор. Я пока подготовлю всё.
- Спасибо.
- Спасибо на хлеб не намажешь.
- Отработаю, матушка.
- Какая я тебе матушка, Ванюша?
- Ну, не ведьмой же мне тебя звать?
- Это ты так имя моё пытаешься выспросить? Да уж, подкаты у тебя, уровня бог.
- Кстати, а ты моё откуда знаешь?
- От верблюда. Сорока на хвосте принесла. Забыл? Ведьма я! Ведьма!
- Как звать тебя, ведьма?
- Дарьей зови, не ошибёшься.
- Даша, значит. Красивое имя.
Да, красивое, что греха таить? И опять же, простое, настоящее. Не Снежана, млять… Дарья, Дарьюшка, Дашенька, Дашута…
Захотелось шептать её имя, врубаясь в её тело по самые яйца, с задержкой, с чувством, глубоко, выбивая из её тела смазку и стоны, чтобы текла под ним, чтобы это её теплое, горячее по мошонке струилось. Грудь её полную в рот брать, соски перекатывать по рту, языком с ними играя, за задницу круглую хватать, прижимая, насаживать сочно, целовать, ласкать, играть с её телом, крутить, вертеть…
- Скорее давай, переодевайся, ходок, а то давление подскочит от напряга, банька ждёт.
- А я-то как жду!
- Да я уж вижу, - бабёнка усмехалась, а у него живот скручивало до боли.
Блядь, неужели он сейчас будет трахаться?
- Может, ну её, баньку, дрова? Давай сразу, Даш? Хочу тебя, яйца сводит.
- Э, нет, дорогой, мы так не договаривались, ты же приехал сюда проблему решать? Помощь тебе от ведьмы нужна?
- Да, вроде, решилась проблема-то? Стоит, и не падает. Готов к труду и обороне.
- Быстрый какой, а? Смотри. Всё еще может назад отыграться, да упадёт так, что домкратом не поднимешь, ты же этого не хочешь?
Царёв покрылся испариной мгновенно, только подумав о том, что у него опять будет вялый. Головой замотал как болванчик.
- Тебя ведьма прокляла, так? Ведьма и спасёт. Только путь будет не быстрый.
Дарья и сама не совсем понимала, на хрена ей эти танцы с бубнами, когда она тоже хочет одного – залезть на член этого мужика и попробовать, что ж там такое, от чего все бабы кипятком писали?
Но залезть и трахнуться было просто. А что потом? Потом мужик уедет, уверенный в своей мужской силушке и поминай как звали, больше она его не увидит. А увидеть хотелось.
Она уже мысленно расписала ему сеансы до осени, чтобы катался постоянно, банька лечебная, и секс, соответственно, тоже лечебный. Да, да, важная и необходимая процедура. Так пару месяцев бы «полечились», а дальше… Дальше она еще не заглядывала. Просто хотелось урвать кусочек от этого мужичка.
Причём, Даша готова была к тому, что рассказы о его мужицкой силе окажутся фикцией, тогда лечение пойдёт совсем по другому плану. Даст она ему направление в диспансер на анализы, и поминай как звали.
Но что-то подсказывало, что этот сценарий нерабочий.
Может то, что член у Иванушки был довольно внушительный – это ведьма разглядела простым бабским взглядом.
Да и дрова колоть он умел. И делал это красиво.
Глава 7
Глава 7
Дарья залюбовалась.
Низ живота сводило. Сама уже сто раз пожалела о том, что предпочла это занятие на свежем воздухе и баню быстрым постельным радостям.
- Хватит, хозяюшка, или еще?