Эллери Ллойд – Одним лайком меньше (страница 5)
За ночь мне пришло 687 комментариев и 442 сообщения в директ; все нужно прочесть, на половину ответить. Иногда это отнимает больше времени, чем обычно: если пишет мамочка в глубокой депрессии или женщина, находящаяся на грани безумия из-за того, что у ее малыша колики и он часами кричит, я отвечаю им лично, подбирая для каждой слова поддержки. Порой не знаешь, что сказать, ведь мне не доводилось испытывать такие же трудности, – но я не могу оставить этих женщин без ответа, особенно если их близкие не проявляют понимания.
«Привет, Таня, – пишу я. – Знаю, как это ужасно, когда ребенок кричит и кричит без конца. У маленького Кая режутся зубки? Коко страшно мучилась, когда у нее лезли передние. Я давала ей жевать холодный банан. Помогало. А мазь для десен ты пробовала? О себе тоже не забывай. Постарайся поспать, пока малыш спит. Ты все преодолеешь. Я мысленно с тобой».
Тут же приходит реакция «просмотрено», как будто КрошкаТаня_1991 все это время не сводила глаз с экрана в ожидании моего ответа. Она сразу же начинает печатать, однако мне пора двигаться дальше.
«Ты вовсе не плохая мать, Карли. Даже не сомневайся – твой малыш тебя любит. Но тебе обязательно нужно с кем-нибудь поговорить – например, с доктором или с мамой. Хотя бы просто зайди в ближайшее кафе и заведи разговор с официанткой. Я пришлю тебе ссылку на горячую линию службы психологической помощи».
Отправляю сообщение; оно остается непросмотренным. Дальше.
«Элли, как мило с твоей стороны! Конечно, я тебя помню, ты была на нашем мероприятии на прошлой неделе. Я купила эту кофту в «Бодене». Здорово, что она классно смотрится, даже надетая наизнанку».
Уж не знаю, как мне это удалось, но за отведенный час я успела ответить на все сообщения и принять душ. Слышно, как Дэн мнется под дверью спальни, отсчитывая секунды. На часах без двух минут семь.
В дополнение к обычным утренним делам сегодня нужно подумать о том, что надеть на фотосессию. Мой муж описывает внешний вид ПростоМамы так: «Ведущая детской телепередачи, только без игрушечного барсука» – платья с ярким рисунком, футболки с забавными надписями, джинсовые комбинезоны. Процесс подбора гардероба несколько затруднен из-за лишних пяти килограммов, которые я набрала еще во время первой беременности, да так и не сбросила: если вернусь в привычный восьмой размер[1] – выбьюсь из образа.
В результате выбираю зеленую складчатую юбку с рисунком в виде маленьких молний и желтую футболку с надписью: «Моя суперсила – быть мамой». Знаю, знаю, но что поделать? Столько брендов присылает мне взрослые и детские футболки с перекликающимися слоганами – нам с Коко приходится иногда их надевать…
Корни волос давно пора подкрасить, но перед фотосессией я не стала наводить марафет. К тому же, учитывая тему вчерашнего поста, безупречная прическа не зайдет подписчицам, так что придется щеголять темнеющим пробором и укладкой двухдневной давности. Провожу по волосам щеткой и отделяю один локон, чтобы тот заметно выбивался. Эта непокорная прядь всю прошлую неделю активно фигурировала в моих сторис («Уфф, мои волосы живут своей жизнью!»). Теперь у меня целая коллекция лосьонов и гелей для укладки, а также десять тысяч фунтов от компании «Пантин», чей новый продукт станет идеальным решением для непослушных волос.
Когда зарабатываешь столько денег на рекламе вещей, которыми реально пользуешься, приходится придумывать все более заковыристые способы, как их правильно подать.
Коко тихо сидит в своей комнате и увлеченно смотрит на «Айпэде» что-то про цветочки, волшебные палочки и блестки. Достаю для нее футболку в пару к моей («У моей мамы есть суперсила!»).
– Наденешь сегодня эту футболку, Кокосик? Смотри, такая же, как у мамочки! – говорю я, заправляю светлую прядь ей за ухо и целую в сладко пахнущий лобик.
Коко снимает розовые наушники, откладывает «Айпэд» в сторону и забавно склоняет голову набок.
– Что здесь написано, мамочка?
– Хочешь сама прочитать, звездочка?
– «У мо-ей… ма-мы… есть…» – медленно читает она. – Дальше не могу.
– У тебя отлично получается! Здесь написано: «У моей мамы есть красивая корона». – Я улыбаюсь. – Знаешь, что это означает? Если мама – королева в короне, тогда ты…
– ПРИНЦЕССА! – взвизгивает Коко.
Вообще-то одержимость принцессами с точки зрения контента уже не в тренде. Современные мамы считают, что розовый – не круто. Сейчас модно растить маленьких бунтарок и начинающих феминисток, но моя дочь предпочитает играть в королев и принцесс, а поскольку мне не нужны вопли и истерики, я даю ей то, что она хочет. К счастью, Коко еще не очень хорошо читает.
– Поможешь мне с одним суперважным секретным заданием? – спрашиваю я, насыпая ей пригоршню черники, которую она тут же отправляет в рот.
– С каким заданием, мамочка?
– Нужно устроить
Под моим присмотром Коко строит башню из диванных подушек, а потом ломает. Мы разбрасываем на полу мягкие игрушки, детские книги и кусочки деревянной мозаики. Я смеюсь, глядя, с каким восторгом моя дочь громит гостиную, и едва успеваю заметить, что она собирается засунуть в камин ароматическую свечу «Диптик».
– Ладно, звездочка, давай-ка поставим это на место. Думаю, наша задача выполнена, – говорю я, возвращая свечу на полку. – А теперь найдем твою диадему, чтобы дополнить праздничный наряд!
Золотистая пластиковая диадема обнаруживается под кроватью. Опускаюсь на колени, беру Коко за руки, заглядываю ей в глаза.
– Сейчас придут люди, чтобы поговорить с мамой и сделать фотографии. Будь хорошей девочкой и улыбнись, когда тебя попросят. Можешь покружиться перед камерой, как принцесса.
Коко кивает. Звенит дверной звонок.
– Иду! – кричу я. Коко опрометью бежит вниз по лестнице.
Когда мой агент дала согласие на это интервью, я немного беспокоилась, что меня начнут расспрашивать об опасностях, связанных с «коммерциализацией личной жизни», – излюбленная тема серьезных газет. К счастью, мы согласовали с редактором список запретных тем, поэтому штатный фотограф и внештатный журналист задают легкие приятные вопросы, на которые я уже сто раз отвечала. Наконец звучит последний, коронный вопрос:
– Как вы считаете, за что подписчицы вас так любят?
– Боже мой, думаете, меня и вправду любят?.. Наверное, потому что я такая же, как они. Я позволяю себе быть беспомощной и уязвимой – прошу их совета, жду откликов… Невозможно растить ребенка в полном одиночестве; молодой матери так или иначе нужны помощники или хотя бы собеседники. Мы – мамочки, проводящие очередной бессонный «день сурка» наедине с младенцем в заляпанной арахисовым маслом и обсыпанной сахарной пудрой квартире, стараемся держаться вместе…
На самом деле, знаете, почему меня любят? Потому что это моя работа, и я очень хорошо с ней справляюсь. Думаете, можно набрать миллион подписчиков просто так, без подготовки?
Чтобы научиться вести блог ПростоМамы, потребовалось немало времени. Когда я только начинала, мне казалось, что мой первый опыт с «Босоножкой» сразу выстрелит. Я думала, если подойти к делу с надлежащим рвением, то можно зарабатывать на блоге столько же, сколько мне платили в журнале. Как и многие, я восхищалась блогерами из мира большой моды, хотя умом понимала, что весь их контент – чистой воды показуха. Я целыми вечерами сравнивала их безупречную жизнь в стиле «Прада» с моей, до поздней ночи разглядывала снимки, на которых красивые успешные люди переходят дорогу на Манхэттене и позируют на фоне крашенных в пастельные цвета домов в Ноттинг-Хилле. По крайней мере, у меня есть оправдание перед Дэном – я проводила исследование.
Мой нынешний агент, Айрин, представляла актрис, которых мы приглашали для съемок в журнале, потом переключилась на блогеров, от которых наш главный редактор – та еще снобка – старалась держаться подальше. Я изложила ей свою гениальную идею, а она без обиняков заявила, что этот поезд уже ушел. Любовь к обуви – не самая оригинальная тема; рынок переполнен. Конечно, рассказывая миру о босоножках, я освоюсь в сфере блогинга, выучу правила игры и, возможно, достигну некоторого успеха, но до уровня крупных блогеров мне не дотянуться. Айрин выразила готовность представлять мои интересы, однако отметила, что тема материнства и женского душевного здоровья – большой неразработанный рынок. «В любом случае, – сказала она, – заведи маленький обувной блог; потренируешься, разберешься, что к чему. К тому же это хорошая предыстория, чтобы основной продукт выглядел более органично. А потом, когда заработаешь нервный срыв или родишь ребенка, приходи ко мне, поговорим».
Четыре месяца спустя я заявилась к ней в офис, размахивая результатами УЗИ.
Родив дочку, я принялась постить фотографии, на которых улыбаюсь, лучась от материнской гордости (на лице – незаметный, но качественный макияж), гуляю по залитому солнцем парку и демонстрирую собственноручно выпеченные кексы, обсыпанные сахарной пудрой. Я рассказывала о том, как счастлива, какой у меня замечательный муж и чудесная дочка, которая совсем не плачет. Наивная! Мне казалось, у меня сразу появится туча подписчиков…
Впрочем, я быстро поняла: чтобы стать успешным блогером в Британии, требуется нечто другое. Оказывается, в разных странах у инстародителей свои фишки. Например, американские мамы носят исключительно кашемир, их мраморные столешницы натерты до блеска, дети щеголяют в клетчатых юбочках и дизайнерских джинсах, а на все фотографии наложен фильтр «гингем» для винтажного эффекта. Спортивные и свободные духом австралийские мамочки с загорелыми светловолосыми малышами позируют на фоне досок для серфинга. Шведские инстамамы в венках из полевых цветов нежно воркуют над младенцами в серых фетровых чепчиках, возлежащими на простынях из некрашеного льна.