Элла Савицкая – Любовный треугольник (страница 79)

— Ты прав только в одном, па. Дети должны расти в семье. Но в семье, где их мать с отцом любят друг друга, а не спят в разных комнатах, потому что общество друг друга им в тягость. И не гулять я хочу от жены. А спешить к ней домой, зная, что она меня ждёт.

— Ани тебя ждала!

— Но я к ней не спешил! Ты слышишь меня? Я не люблю её!

— И что? — взрывается он, — Я тоже твою мать никогда не любил. Но если бы мы разошлись кто знает что было бы с тобой и Мариам! Неблагодарные! Я же жизнь свою не жил, на вас её положил, только бы вы были счастливы!

Машинально отшатываюсь, чувствуя, как меня придавливает последними его словами…

Отец дышит тяжело, в глазах мелькает сожаление.

— Я не это имел в виду, — осекается быстро, но сказанного не вернешь.

Переваривая услышанное, с сожалением смотрю ему в глаза.

— Вот в этом всё и дело. Я не хочу потом в старости говорить своим детям, что я из-за них не жил свою жизнь.

Психанув, отец входит в квартиру, забирает свою куртку и уезжает. Артуш с Гаянэ тоже спустя минут двадцать собираются к себе. Тесть извергает проклятия, а мать Ани успокаивающе гладит его по спине.

— Аничка, я приеду завтра. Не переживай, папа успокоится, — целует её в щеки, — но мы поговорим еще. Да?

— Да, мам… Приезжай только…

После их отъезда на меня наваливается адская усталость. Ощущение, будто меня в мясорубке перекрутило на фарш.

Ани тоже выглядит потерянной и уязвимой. Сидит на краю дивана, уткнувшись в одну точку и слезы со щек стирает.

— Им нужно время привыкнуть, — опираюсь плечом о дверной косяк.

— Надеюсь, что так…

— Они тебя слишком любят, чтобы принимать какие-то кардинальные решения.

Смазано мотнув головой, она поднимает на меня блестящие от влаги глаза.

— Мама сказала, что не оставит меня. А папа… я не знаю.

— Всё будет хорошо с твоим папой. Это просто очередной период, который нужно пережить… Дай ему время.

Её родители не похожи на моих. Они со своими устоями, но свою «маленькую ранимую» девочку не оставят.

Прикусив губу, Ани встаёт и подходит ко мне.

— Когда я сказала, что не люблю тебя… я имела в виду, что…

Запинается, а я ободряюще сжимаю её плечи.

— Всё ты правильно сделала. То, что между нами — это не любовь. Привычка, взаимоуважение, но не любовь.

Слишком долго до неё это доходило, но главное результат… Теперь она будет смотреть на наш развод, не как на разрушение того, что ей было важно, а как на финал неудачных отношений.

— У тебя ещё все будет хорошо. Тебе двадцать три, ты красивая и умная девочка. Перед тобой жизнь только открывает двери.

Сжав губы, судорожно кивает, а по бледной щеке стекает слеза.

— Поверить не могу, что это всё… между мной и тобой, — шепчет судорожно.

Вздохнув, прижимаю её к себе, потому что понимаю, что ей сейчас это необходимо. То, что сегодня сделала Ани потребовало у неё немало сил. Если мне кишки вывернули, могу только представить как себя чувствует она.

— То, что мы делаем — это правильно, Ани…

— Знаю… Просто никогда не думала, что мы разведемся… — говорит тихо, оплетая мой торс руками. — Я верила, что если выйду замуж, то это будет навсегда. А ты… ты всегда был тем, кого я видела своим мужем.

— Не оправдал ожиданий, прости.

— Оправдал, — спохватившись, отстраняется и открыто смотрит в глаза. — Ты даже не представляешь сколько сделал. И если бы всего этого не произошло, я бы, наверное, всю жизнь тебя любила как умела, потому что несмотря ни на что я была счастлива раньше… — прикрыв глаза, опускает голову вниз, — Жаль только, что ты не был…

Стираю с ее лица еще одну слезу и прижав к себе, глажу по голове.

— По-своему я был. Ты подарила мне детей. Но этого мало для полноценной жизни… Ты заслуживаешь, чтобы тебя любили искренней большой любовью.

— Когда дышать невозможно? — всхлипывает она.

— Именно так…

Прижавшись ко мне, она шмыгает носом, а я впервые за долгое время не испытываю к ней отталкивающих эмоций.

За эти годы любимой мне Ани не стала, а вот родной — да…

Сердце дергается и тяжелыми толчками качает кровь. Клетки в организме словно начинают оживать. Давление в груди ослабевает. Меня словно отпускает…. Как будто разорвалась цепь, и я наконец могу вдохнуть полной грудью.

71 Давид

Прихожу домой и устало валюсь на кровать.

Сил нет даже на банальный душ.

Разблокирую зажатый в руке телефон и лезу за своей дозой. Сейчас она мне нужна, как никогда.

Нахожу самый любимый снимок. На нем Оля дома, без косметики, с завязанными в пучок волосами и в домашнем костюме сидит на диване, сложив колени в позе лотоса. Мариам сделала скрин экрана, пока они говорили по видеосвязи.

Сестра периодически балует меня.

Как ты там моя девочка? Увеличиваю снимок, чтобы создать фантомное ощущение, будто в глаза ей смотрю. Зеленые заводи, ставшие для меня роковыми, затягивают в свой плен. Сияешь? Конечно, сияешь. У тебя иначе и не получается. Даже без особых стараний ты можешь стать источником света для всех, кто находится рядом.

А для меня, находясь на расстоянии.

Только благодаря тебе я все это вывожу и до сих пор не двинулся крышей.

Знала бы ты, как меня иногда накрывает.

Вроде заблокировал намеренно все внутренние вентили, открывающие доступ к эмоциям, связанным с тобой, но они не поддаются блокировке. Как жидкий азот просачиваются сквозь мельчайшие бреши и обжигают.

Надеюсь, у тебя все хорошо. Было бы плохо, Мари обязательно сказала бы. А из ее рассказов я понял, что ты прекрасно устроила свою новую жизнь.

Я в этом даже не сомневался. Не ты тянешься к людям, а они к тебе. Плохих ты к себе не подпустишь, окружишь только достойными.

Со мной только сплоховала однажды твоя интуиция, втянув во все это дерьмо, которое ты не заслуживаешь.

Если бы я мог, я бы поменялся с тобой жизнью, чтобы забрать всю ту боль, что тебе пришлось пережить, но боюсь в моей ее не меньше и тебе бы это мало помогло.

Сейчас тебе уже легче? Больше не болит?

От мысли, что кто-то другой мог утолить ее боль сердце будто раскалённой кочергой прижигают.

Машинально тру грудную клетку.

Конченный эгоист внутри меня разъяренно рвет и мечет, но вторая часть меня, та в которой живёт самое сильное на свете чувство, осаждает его, напоминая, что вся эта история не про меня. Всё давно уже только ради неё.

Чтобы больше ни одной слезинки не пролила…

Зажмурившись, откидываю телефон на кровать.

Не думать. Просто не думать, иначе не удержусь…

Вырубаюсь почти моментально.

На следующий день еду в ресторан. Вот-вот Новый Год, нужно упорядочить план аренды залов для корпоративов и проверить наличие всего необходимого. Работы перед праздником всегда много, да и в моем ресторане это первый Новый Год. Нужно чтобы все прошло идеально.