Элла Савицкая – Любовный треугольник (страница 70)

— Мне хватит. Эдгар вошел в долю, так что, уже проще.

— Здорово. И Демьян тоже?

— Да.

— Я очень рада. Это хороший старт и после того, как тебе удалось раскрутить ресторан отца, я уверена, что и со своим ты тоже справишься на отлично.

Улыбнувшись, Давид кивает.

— Спасибо, Ани, — обернувшись на мои конспекты, указывает на них пальцем, — так, вот это собирай. Я сейчас закажу ужин, нормально поедим. А завтра мы с пацанами поедем на целый день гулять. У тебя будет достаточно времени подготовить свой доклад.

В носу снова начинает щипать, хотя я не понимаю почему. Это не впервые, когда Давид берет мальчиков, чтобы дать мне время на учебу, но сейчас это воспринимается мной особенно остро. Наверное, причина в том, что в последнее время я качаюсь на сильных эмоциональных качелях, и иногда кажется, что не вынесу очередной раскачки.

Иногда по ночам меня накрывает, и я плачу, оставаясь наедине с самой собой. Квартиру Давид намеренно снял трехкомнатную, чтобы у меня была своя спальня, а он занял зал. Оплакиваю прошлое и мое такое “искусcтвенное” настоящее. А потом как будто переключаюсь, принимая тот факт, что все вроде бы и так неплохо…

Могло ведь быть намного хуже. От одной мысли внутренности в узел сворачиваются.

Развернувшись, Давид, собирается выйти из кухни, но я ловлю его пальцы своими.

— Спасибо тебе…

— За что? — обернувшись, удивленно вскидывает бровь.

За что…?

За то, что помогаешь, несмотря ни на что… За то, что не ненавидишь, хотя я и знаю, что тебе тяжело… (Слышала, как он узнавал у Мариам про Олю на днях перед отъездом…) За то, что хоть ты и не любишь меня, но я продолжаю чувствовать себя защищенной.

В слова все это облачить у меня не получается. Но, вероятно, он читает ответ в моих глазах, потому что взгляд его становится понимающим и мягким.

Осторожно забрав свои пальцы, указывает ими на стол.

— Стол освобождай. Я пока сделаю заказ и в душ схожу после дороги.

63 Ани

Мама звонит уже третий раз.

Стиснув в ладони мобильный, поднимаю руку и отпрашиваюсь выйти из аудитории.

Сегодня Гор с ней, и пока я торопливо шагаю к двери, уже успеваю себе придумать как минимум десять вариантов того почему она так часто звонит. И каждый из этих вариантов заканчивается скорой помощью.

— Да, мам? — принимаю вызов, еще даже не успев закрыть за собой дверь в аудиторию.

— Ой, Ани, наконец-то. Доченька, мы с Гором едем к тебе. Ты сможешь уйти?

— Эмм… случилось что-то?

— Нет. Но так получилось, что меня записали на сегодня к врачу. Следующая запись аж через две недели, а ты же знаешь, как у меня колени болят. Пусть бы уже прописали что-то. Гора с собой в больницу тащить не хочу. Там вирусы и народу много. И так болел часто. Сможешь перехватить его? Мы уже в автобусе.

Хмурюсь, но конечно соглашаюсь. Мама очень мучается с коленями. Ей ходить тяжело, а приходится. С Гором ведь на месте не посидишь. Пока Катерина на несколько дней уехала к своей дочери в гости, приходится снова оставлять сына с мамой…

Я еще никогда не отпрашивалась с пар. Некоторые мои одногруппники прогуливают с завидной регулярностью, а я не могу. Один раз только три дня пропустила, когда сама заболела и провалялась с температурой.

От волнения начинает тарабанить пульс, потому что сегодня у нас лекция и в аудитории несколько групп сразу. Как отпроситься-то, Господи? А если не отпустят?

Втянув нервно воздух в легкие, открываю дверь.

— Кислоты, основания и соли допускаются к применению для изменения кислотности пищевого продукта, другими словами, для придания продукту кислого вкуса. К ним относятся: винная, молочная, янтарная, уксусная, яблочная и другие кислоты; гидроксиды магния, натрия, калия, — диктует профессор, пока я шагаю к его кафедре.

Подойдя, топчусь на месте, пока он меня не замечает.

— Слушаю Вас.

— Извините пожалуйста, Виктор Сергеевич, — лепечу, чувствуя, как краснею, — можно мне уйти с пары?

— По каким причинам?

— Мне нужно ребенка забрать. Незапланированно. Я прошу прощения, больше такого не повторится и лекцию я обязательно выучу.

— Ну, ребенок — это святое, конечно идите, Даниэлян, — махнув рукой на дверь, он снова возвращается к своей лекции, а я пока забираю сумку, чувствую на себе десятки любопытных пар глаз.

Что ж, теперь похоже все в курсе, что у меня есть дети.

— Всё нормально? — шепотом спрашивает Лена, — случилось что-то?

— Нет, потом расскажу, — улыбаюсь ей.

— Наберешь.

— Ладно.

Когда я выбегаю на улицу, мама с Гором уже ждут меня около скамейки. Сын, заметив меня, несется в мою сторону, а мама нетерпеливо поднимается.

— Прости, доченька, но другого времени у них не было.

— Ничего. Беги. — улыбаюсь ей, целуя щеки Гора, — Потом позвонишь, скажешь что врач сказал.

— Хорошо. Пока-пока.

Развернувшись, мама слегка прихрамывая, уходит в сторону остановки, а я занимаю место на той же скамейке.

Домой идти не хочется. Погода солнечная и теплая. Весеннее солнце приятно греет кожу, и хочется немного погреться в его лучах.

Гору такая погода тоже по душе, потому что он начинает собирать одуванчики. Подняв голову к верху, прикрываю глаза.

Нужно будет обязательно взять лекцию, которую я пропущу и выучить. Виктор Сергеевич интересно подаёт материал. Но особенно мне нравятся его практические занятия. Когда можно испытать новые соединения продуктов, которые раньше мне казались несопоставимыми.

— Мама, на, — мне на колени ложится небольшой самодельный букет из одуванчиков.

— Спасибо, милый, — взяв подарок сына в руки, утыкаюсь носом в маленькие цветы, — мне очень приятно.

— Я еще принесу. Вон там много, — круто развернувшись на пятках, он бежит в противоположную сторону как раз, когда со ступеней спускается какой-то парень.

Не успев затормозить, Гор врезается в его ногу и почти падает на попу, но парень успевает его подхватить за руку.

Спохватившись, бегу к ним.

— Ты как, нормально? — вернув сына в вертикальное положение, парень с улыбкой оглядывает его.

— Да, — кивнув, Гор возобновляет движение по своему курсу, а я облегченно выдыхаю.

— Извините пожалуйста. — осматриваю его светлые джинсы и с ужасом замечаю грязное пятно от земли на колене.

— Ничего, — усмехается молодой человек, пытаясь отряхнуть землю.

— У меня влажные салфетки есть, но боюсь, что ими только хуже сделать можно. Пусть высохнет, а потом придется постирать… Мне жаль, простите.

— Да ладно тебе, нашла проблему, — насмешливо смотрит на меня. — Это же ребенок, что с него взять-то?

— Мама, иди сюда, — зовёт Гор.

— Мама? — брови парня удивленно взлетают вверх, — я думал сестра.

С ответом не нахожусь, поэтому просто жму плечами.

Не дождавшись меня, Гор подбегает и вручает мне еще три цветочка.

— Там еще есть, — тыкнув пальцем, уносится обратно.