Элла Савицкая – Любовный треугольник (страница 20)

— Всё хорошо. Выучили с Арсеном несколько новых букв, приедешь, покажем, — рассказывает с умилением.

Ани развесила по квартире распечатанные буквы и ненавязчиво учит их с пацанами. Арсен знает почти весь алфавит уже, Гор пока только втягивается.

— Молодцы. Купить что-то нужно?

— Да. Если не сложно. Я напишу список и скину тебе.

— Хорошо.

— Целую.

— И я тебя.

Скинув звонок, возвращаю телефон обратно в карман.

Наверное, поеду сегодня вовремя. Вчера поздно вернулся, начали делать со старшим гараж, но не доделали. Ани пошла их укладывать, и в итоге сын расстроился. Надо будет сегодня достроить с ним.

Ещё немного поговорив с Ромелом, мы уходим каждый дальше заниматься рабочей рутиной, когда ближе к обеду мне звонит мать.

— Давид, милый, мы с Мариам летим домой. Сможешь нас встретить? — огорошивает с первой же секунды.

Сказать, что я удивлен — не сказать ничего. На сколько я помню, они планировали только в августе приехать, не раньше.

— Без проблем. А с чего это вы передумали?

— У Мариам сессия закончилась, решили вот повидаться со всеми.

Странно, конечно. Обычно незапланированных поездок у них не бывает, но я естественно, рад.

По сестре соскучился.

После работы отправляюсь в аэропорт, ставлю на парковку автомобиль и вхожу в здание.

Своих замечаю буквально в нескольких метрах у окна.

— Мама, Мариам, — подхожу, чтобы по очереди обнять их.

— Здравствуй, сынок, — целует меня в щеки мать.

— Привет, Мари.

— Привет, Давид, — тихо бормочет сестра, не снимая темных очков.

— Отец тоже приедет? — спрашиваю, на пару секунд остановив на ней взгляд.

— Ой, у него дел по горло, — отмахивается мать, — Ресторан постепенно выбирается из ямы, работы все больше, поэтому он приедет чуть позже.

— Ясно.

Пока едем домой мама рассказывает об отце, а я то и дело смотрю в зеркале заднего вида на Мариам.

Сестра сама на себя не похожа. Обычно веселая и разговорчивая, сегодня она выглядит нездоровой. Сбилась в комок на заднем сидении и в окно беспрестанно смотрит.

Время от времени обхватывает себя руками, словно от холода.

— Отключить кондиционер? — Спрашиваю, когда она в очередной раз дрожит.

Вздрогнув, поворачивает на меня голову и хоть сквозь темные стекла я глаз её не вижу, но теперь точно понимаю, что что-то не так.

— Нет, не нужно. Уже скоро приедем, — шелестит еле слышно.

Машинально напрягаюсь. Даже когда Мари болеет, она все равно ведет себя иначе. А это не сестра моя… это её бледная тень какая-то.

— Давид, как Ани и мальчишки? — отвлекает меня мама.

— Нормально. — Возвращаю взгляд на дорогу. — Я им сказал, что вы едете. Уже ждут в гости.

— Конечно, приедем, — улыбается она, — Я Ани ткань такую красивую купила. Может пошьет что-то.

— Ей некогда сейчас. Двое детей, мам. Когда шить?

— Ну ничего. Я же с вами двоими справлялась. А так, скатерть будет красивая. Я ей расскажу всё, не переживай.

Домой мы приезжаем спустя полчаса.

Я помогаю занести чемоданы, здороваюсь с дедом и бабушкой, краем глаза замечая, как Мари сдержанно отвечает на их объятия и почти сразу сбегает в свою бывшую комнату.

Так…что за чертовщина?

Забрав её чемодан, поднимаюсь следом и вхожу в комнату как раз, когда сестра снимает с себя очки и кладёт их на стол.

— Мариам.

Резко оборачивается, пока я ставлю чемодан у стены и подхожу к ней.

— М?

Попытка улыбнуться проваливается. Выглядит как натянутый оскал, а не улыбка. Под глазами синяки, а сами они у нее красные и будто мертвые. Не её вовсе. Не те шоколадно карие, что всегда светятся и блестят.

Пытается отвернуться, но я удерживаю её лицо за подбородок.

— Что случилось? — Требовательно спрашиваю в лоб.

— Ничего. Сессия вымотала.

Вторая попытка улыбнуться тоже в топку.

— Не ври мне!

Вздрогнув, Мари отводит лицо и обнимает себя за плечи. Опускает взгляд и вся словно сгорбливается.

— Давид, давай как-нибудь потом, хорошо? Я устала после дороги!

Машинально напрягаюсь.

Ненавижу, когда не понимаю, что происходит. Хочется встряхнуть её, чтобы объяснила.

— Если тебя кто-то обидел, скажи. Я убью его, клянусь! — чеканю сквозь зубы.

Фантазия подбрасывает разные варианты, но ни за один я зацепиться не могу. Ни черта не понимаю.

— Меня не обижали, правда! — холодная ладошка касается моей руки и обнадеживающе сжимает пальцы. — Я зайду к вам на днях, не против?

Не верю. Ни единому слову не верю. Требовательно всматриваюсь в её лицо, но вижу, что сейчас не скажет ничего. Она часто закрывается в себе и хоть клешнями тащи, не расколется.

— Приходи, конечно. Ани рада будет. Парни тоже.

— Ладно. Ты оставишь меня? Отдохнуть хочу.

Присев на край кровати, смотрит на меня снизу-вверх. Беззащитная такая, мелкая моя. С детства удавить готов был каждого, кто хоть как-то обижал её.

Шумно выдохнув, направляюсь к двери, но взявшись за ручку, останавливаюсь.

Знаю, что не должен, но тем не менее спрашиваю.

— Мариам, ты с Олей общаешься?

Оборачиваюсь, ожидая увидеть в лице сестры осуждение, как тогда, в нашу последнюю встречу. Но его там нет.