Элла Рэйн – Наследница, часть 2 (страница 24)

- Да, а что случилось, Локидс?

- Ну,... вчера объявили о помолвке, он летом женится на двоюродной племяннице правителя Дальнего королевства. Переговоры велись последние два года. Торг был такой, как будто не троюродный племянник императора жениться будет, а императорский сын.

- А зачем ты мне это рассказываешь?

- Завтра все в газетах будет напечатано, ты ее подготовь, чтобы неожиданностью не было. Тамила твоя, девчонка нежная, ей больно будет. Густаву деваться некуда, детки, даже только родственники императора, подневольные люди, что прикажут старшие, то и будет.

- А как же ты, в таком случае?

- К счастью меня не рассматривают с этих позиций, прибытка от меня в династических браках никакого, - более весело улыбнулся, - я больше пользы принесу на другом поле, и они это знают. Потому и согласились, что партию для брака подберу сам.

- Спасибо, Локидс. Я постараюсь что-либо сделать. Пойду, у меня сегодня еще занятия.

- Видана, - к нам направлялась Тамила, - у тебя скоро занятия, нужно пообедать, а то опять только к ужину вернешься.

- Спасибо, заботливая ты моя, - я обняла сестренку, вот как ей сказать обо всем? Ума не приложу.

- Тамила, а ты вышивать умеешь? - спросил Локидс.

- Конечно, - удивилась Тамила, - кто же не умеет?

- Видана не умеет, - спокойно ответил он, - я тоже не умею. Я, почему спросил, а ты можешь вышить портрет? Рисунок у меня есть. Завтра у нас семинар с вашей группой, принесу, покажу.

- Ну, - замялась Тамила, - я думаю, у меня времени не будет на это. Я планирую начать вышивать....

- Да будет у тебя время, .... - задумчиво глядя на нее, сказал Локидс, мне стало холодно, я поняла, что он решил сказать, - Густав вчера заключил помолвку, летом - свадьба. Ты сильно не переживай. Он подневольный, на кого указали на той и женится.

Глаза Тамилы стремительно наполнялись слезами, она закусила губу и повернулась ко мне с немым вопросом во взгляде.

- Тамила, не смотри так на Видану, - попросил Локидс, - я решил сам тебе все сказать. Завтра во всех газетах опубликуют, будет лучше, если ты все узнаешь заранее и проплачешься до этого. Не нужно показывать всем свою боль. Видана, разделит ее, успокоит тебя, а кто-то злорадствовать начнет.

- А ты тоже будешь злорадствовать? - вырвалось у Тамилы.

- Зачем мне это? У меня своя боль. Подумай над моим предложением о вышивке портрета. Я заплачу, сколько скажешь.

- Я подумаю, - еле ответила Тамила, вцепившись в мою руку. И мы пошли к выходу. - Видана, он сказал правду?

- Да, сестренка, Локидс не лгал. Он попросил подготовить тебя, а тут ты подошла, и он решился сказать сам, оставив мне возможность успокаивать тебя.

- Мне больно, но где-то в душе, я была к этому готова, - прошептала Тамила, комкая в руке носовой платок, - это династический брак, да?

- Да, какая-то родственница короля другого королевства, - подтвердила я.

- А о каком портрете говорил Локидс? - вскинула Тамила глаза и я поняла, кто-то сегодня сляжет и ночью мне не спать. Глаза были настолько больными, что мне стало страшно. При этом сестренка старалась разговаривать, чтобы хоть как-то отвлечься.

- Я думаю, речь идет о портрете Хурина Мордерата. Это дядя Локидса, кажется, он его любил и очень переживает из-за его преждевременной смерти. Завтра узнаешь, когда рисунок принесет. Соглашайся, сестренка, ты будешь занята процессом вышивания и переживешь свою боль намного легче.

- Хорошо, я подумаю, - согласилась она.

Друзья ждали нас и попрощавшись с хранителем мы отправились в жилой корпус. По дороге, Северус спросил у меня:

- Ну что, выяснила, что Локидс там каждый день делает?

- Конечно, но пусть это останется его тайной. Нет ничего запрещенного.

- Мы планируем, вечером собраться в моей комнате, тем же составом: я, Камилла, Тим, приглашаем Тамилу, ты нам компанию составишь? Чаю попьем, поговорим. Вам с Камиллой нужно познакомиться, ты как?

- Северус, я только - за. Вернусь с занятий, с домашним заданием разберусь, и если ничего в ваших планах не поменяется, встречаемся у тебя. Мне что принести к столу?

- Виданка, а давай твой фирменный пирог, - попросил Тим, идущий рядом со мной, - с яблоками и орехами.

- Хорошо, - согласилась я, - постараюсь успеть. Но тогда мне нужно вас покинуть, чтобы до занятий домашнее задание сделать. Тамила, ты со мной?

- Я только переоденусь, - сказала она, - возьму свитки, учебники и приду.

Два часа до момента, как мне отправляться на полигон, мы делали домашнее задание. Разбирали характеристику Огненной стихии, по предложенным в учебнике отрывкам из различных художественных текстов определяли стихии героев и характерные признаки. Затем писали эссе по родовой магии, я рассматривала роль мертвого поля, а Тамила - роль живого тела рода. Обмениваясь впечатлениями от новых знаний, примеряли их на себя. Убегая на полигон, я убедилась, что Тамила вняла моим увещеваниям и прилегла отдохнуть.

* * *

На полигоне пятый курс боевого факультета в полном составе, к ним присоединились Эжен и выписанный из лазарета Ян, веселился. Адепты травили анекдоты и байки, хохот стоял над заснеженным полем.

Когда я подходила к полигону, меня догнал магистр Йодик и уточнил:

- Ну как, состояние, после баловства с магией чужого королевства?

- А я думала, что Вы про убийство спросите, - усмехнулась адептка.

- Да ладно, что про него спрашивать. Ты же это сделала для защиты себя и Эжена, а не потому, что хотелось на ком-то испытать теоретические знания. Главное, силы восстановились. Ты готова тренироваться в полную силу?

- Да, конечно. Ну, в крайнем случае, хотя бы попробую.

Адепты при виде магистра построились в шеренгу, по росту. Я встала на свое место, в конце. Но на сей раз не последняя, шеренгу замыкал адепт-боровичок.

- Итак, адепты. Вначале разминка, десять кругов по полигону, а потом разбиваемся на две команды, поиграем в файербол, - распорядился магистр. Ответом ему был одобрительный гул, адепты обрадовались. - Ну и чего стоим? Побежали.

И мы побежали, отмахав положенные десять кругов, вернулись мокрые и довольные. Встав в шеренгу, рассчитались на первый-второй и сформировали команды. Я попала в одну с Алистером, Яном и еще несколькими адептами.

- Курт, - крикнул Ян, - давай поменяемся, ты в эту команду, а я в ту.

- Это еще зачем? - напряженным голосом спросил тот.

- А этого для того, чтобы у тебя не было соблазна адептку пытаться обидеть, - в тон ему ответил Ян, - не нравится мне, как ты на нее смотришь. Ну, так что, меняемся?

Курт отказался, Ян пожал плечами и встретившись со мной глазами, усмехнулся.

Игра началась. Суть ее состоит в том, чтобы нанести как можно больше ударов огненным мячом по игрокам противника, а они в свою очередь, должны не допустить соприкосновения с ним, отправив его в игроков соперника.

Право первым пустить огненный мяч, было дано нашим соперникам. И боровичок отправил его в сторону Данглира, тот увернувшись, движением руки отправил мяч в Эжена и понеслось.

Гудящий, объятый пламенем мяч носился по всему полю, адепты старались убрать меня с линии огня, иногда им это удавалось. Но Курт, как лиса в курятнике, стерег каждый мой шаг и в какой-то момент огненный мяч на полной скорости оказался рядом со мной, я едва успела увернуться, отправив его обратно.

На кромке поля появились зрители. Адептки с лечебного факультета высыпали полюбоваться на красочное зрелище - летающие по полю полуобнаженные адепты и кусок пламени, метающийся между ними. Такое зрелище завораживает, если бы не было так больно. Искры от него то и дело попадали на кожу, оставляя свои отметины. Мяч метался по полю, а адепты то изворачивались от него, то врассыпную разлетались по полю. Туда-сюда, туда-сюда опасная музыка огненной стихии и крики обеих сторон, самое главное не допустить соприкосновения с ним, иначе проигрыш.

Мяч все чаще стал оказываться в зоне движения Курта, создалось впечатление, что он притягивал его всеми фибрами души и стремился поразить им меня. Что он этим хотел добиться, мне было не совсем ясно, за исключением одного, Курт Курваш обиделся настолько, что решил наказать адептку Берг. И ему это удалось.

В очередной раз, увернувшись от него, мы столкнулись с адептом-боровичком, и не успела я подняться, как огненный мяч ударил мне в спину. От боли я закричала и отправила мяч обратно. А Курт, несколько затормозивший от неожиданности, едва увернулся от него, но огонь, коснувшись его руки, оставил ожог и раздался гонг, закончивший игру.

- Ты что творишь? - заорал Йодик на Курта так, что на полигоне наступила тишина, и адептки со страху бросились обратно, к учебному корпусу, - вашей команде засчитано поражение, а ты идешь объясняться с ректором. Данглир, адептку Берг к Таршу.

Занятие продолжалось, но уже без нас. Тарш обрабатывая ожог, засыпал нас вопросами:

- Это кому делать было нечего? Очередных приключений захотелось? Кто на сей раз - герой дня?

- Курт Курваш, - зло ответил Данглир, - отвергнутый жених решил проучить Видану. Адепток ему не хватает, вон на лечебном факультете, сколько их, нет. Уперся как баран на новые ворота.

- Ой, какая у нас гостья, - захихикал знакомый голос, - разобралась или как с колечком-то?

- Оптий, а что Вы хотите услышать? - уточнила адептка, у которой сильно болела обожженная спина.