Элла Нестерик – У тебя в огороде крот (страница 4)

– Из серии видеоигр позапрошлого века, которую подняли из забвения и сделали ее ремейк. Они так и назывались, «Ведьминский культ», но популярности особой не снискали в прошлом. Однако ремейк получился удачным, попал прямо в цель и начал распространяться оффлайн. Причем с космической скоростью.

– Как интересно! А в чем подвох? Почему старая версия не пошла, а новая стала такой популярной?

– Игра очень темная, депрессивная, довольно жесткий хоррор, а жести в то время было полно и в реале. Человек идет в игру получить другие эмоции, отличные от тех, что он переживает в жизни. А тут они как бы дублировались, перебор. Тогда был спрос на жизнеутверждающие вещи. А нынче вектор поменялся. Мы слишком хорошо живем, и людям не хватает жести.

– Вот так, значит. Негатив им теперь подавай.

– Да, как-то так.

– А насколько это серьезно? Какие могут быть последствия?

– Пока я ничего серьезного не наблюдаю. Пока что это выглядит как баловство и дань моде.

– То есть ты хочешь сказать, что беспокоиться особо не о чем?

– Вам, леди, всегда есть о чем беспокоиться, – он становится очень серьезным. – Вы как-никак – КУРАТОР ЗЕМЛИ.

– Назар, а эта неожиданная популярность может быть как-то связана с Антитеррой?

– Антитеррой? Это тоже культ?

Кураторам запрещено хоть как-то обсуждать другие миры с членами их команд, только в случае крайней необходимости. Поэтому мои ребята, за исключением одного, не знают, что такое Антитерра, и именно поэтому я спрашиваю в лоб о ней сейчас, мне нужно видеть их реакцию. Это та самая крайняя необходимость.

– Нет, это один из миров. Но раз ты не знаешь, то, видимо, нет. Вряд ли ты пропустил бы такое название мимо ушей.

– Может, я недостаточно внимательно слушал? – в его глазах загорается любопытство. – Они, похоже, не друзья нам, судя по названию?

– Нет, к сожалению, но это самое большее, что я могу тебе рассказать.

– Понимаю. Ты связана уставом.

– Именно. Но я буду признательна за любую подсказку, как сделать так, чтобы это пока безобидное баловство не превратилось в опасное увлечение и не вылилось нам катастрофой.

– Я понял твой запрос. Ты хочешь пойти превентивным путем. Дай мне неделю, я подготовлю все возможные варианты со своей стороны.

– Отлично, тогда не буду тебя больше мучить.

– Может, пройдемся по Арбату, посмотрим искусство?

– Ну, если ты не особо спешишь. Я думала пройтись сама, но под ручку с солидным мужчиной я буду смотреться значительно выгодней.

– Для тебя я свободен всегда.

Я встаю, мы идем в гардероб. У меня нет железной уверенности, разумеется, но и повода усомниться в своей непричастности Назар мне не дал.

Глава 5. Дека

– Привет, Дека, – я пытаюсь звучать легко и непринужденно, хотя на душе скребут кошки.

– Здравствуй, Нолга, – довольным тоном протягивает он, – Ты что-то меня подзабыла. Недели две уже не связывались. Неужто я настолько не востребован?

– Ну, не прибедняйся. Ты да не востребован. Как может быть невостребован гений инженерной мысли в этом высокотехнологичном мире?

– Неужто у тебя созрел проект для меня? Дай угадаю – новый мост через океан, новый космолет на Венеру или, может, новый круизный Наутилус? Я теряюсь в догадках.

– Дека, ты – оптимист! – смеюсь я. – Или хочешь сказать, что все новое – хорошо забытое старое?

– Не хочу. Я уверен, инженерной мысли есть еще куда расти.

– В твоей мысли я не сомневаюсь, а в своей уверена не очень. Разве что радужный мост между нами и Луной соорудить. Как тебе такое?

– Ээээ. Трудоемко и малорентабельно. Что мы будем с ним делать?

– Ну, допустим, смотреть. Будет вечная радуга в небе. Ладно, это глупые фантазии. Но о чем-то таком мне хотелось бы проконсультироваться с тобой тет-а-тет. У тебя найдется окошко?

– Разумеется, и прямо сейчас. Ты могла бы не спрашивать.

– Прямо сейчас – слишком быстро, я не успею навести марафет. Давай через пару часов. Где встречаемся?

– А ты где бы хотела?

– Как насчет у памятника древней инженерной мысли?

– Которого из них?

– Эйфелевой башни. Встретимся у «Жюля Верна», жутко захотелось спаржи.

– Идея. Но, чур, плачу я.

– Идея. Я буду вовремя.

– Я тоже успеваю, мой роболет домчит за час.

– Ты не телепортируешься?

– Иногда. Но в целом предпочитаю свои детища. Должны же они оправдывать свое существование.

– Надо и мне такой роболет заиметь, мгновенные перемещения лишают романтики продолжительных путешествий.

– Не вопрос, будет тебе роболет. До встречи в Париже.

– До встречи!

***

– Ну, говори, красавица, чего желаешь?

Мы сидим за столиком в «Жюль Верне». Я уже пять минут изучаю меню. Такой богатый выбор блюд со спаржей, что разбегаются глаза. Что ж, пора на чем-нибудь остановиться:

– Возьму, пожалуй, салат Сен-Жермен. Спаржа должна неплохо сочетаться с зеленым горошком. А еще латте с двумя круассанами.

– И все?

Дека не удивлен скромным выбором, он знает, я много не ем, просто уточняет.

– Да. Если в меня еще что-то поместится, то раскошелю тебя на мороженое.

– Договорились. Не буду от тебя отставать, закажу салат Нотр-Дам. Спаржа с грибочками самое то. Капучино и три круассана.

– Целых три? – изображаю я удивление.

– Ты же знаешь, как я их люблю, – смущается Дека.

– Ну, конечно! Мозг вообще сладкоежка, а мозг изобретателя втройне!

Дека делает заказ, а я, не теряя времени, приступаю к расследованию.

– Слушай, Дека. Хочу поговорить с тобой о кротовой норе.

– У тебя в огороде кроты? – он, конечно же, понял, о чем я, но решил подшутить надо мной, не догадываясь, что попал прямо в точку. Причем в обоих смыслах.

– О, да. Никогда бы не подумала, что это может стать такой проблемой. Их холмики здорово портят ландшафт. Но я не о них.

– Ты о тех, что использует наша команда.

– Да. Мне подумалось, может, попробовать дать ход их использованию на более широком уровне?

– Что именно ты имеешь в виду под более широким уровнем?