Элла Чудовская – Синева (страница 99)
– Марта, я приду проверить вас вечером. Батарею не трогайте. Я правильно помню, сегодня у нас на ужин три гостя? – Марта отвечает утвердительным кивком. – Терентию нужны деньги. Где наличные для хозяйства? Вам нужны какие-то лекарства?
Ей ничего не нужно, деньги есть у Инги. Ах, какая же зараза кухарка!
Вот такой я и предстала перед Людовиком – пышущей праведным гневом.
– Доброе утро, дорогой!
– Здравствуй, милая!
– Дорогой, как ты себя сегодня чувствуешь?
– Прекрасно, милая. А ты?
– О, великолепно. А вот Марта очень даже нет. Ты знаешь, какой холод у прислуги? Я распорядилась (о боги, я распорядилась!) вызвать оконного мастера. Как только устранят щели, температура в доме поднимется градуса на два. И я распорядилась (о, как же я крута!) сделать теплее во флигеле. И обед ровно в шесть, пусть твои гости не опаздывают, дорогой.
Людовик впадает в недоумение, а я уже мчу на кухню:
– Инга! Сварите крепкий куриный бульон! У нас в доме больной человек!
– Госпожа, но у меня сегодня…
– Может быть, мне самой надо приготовить?
Мне нравится это выражение лица у кухарки. Надо запомнить. Госпожа, хм…
– Нет-нет. Я все сделаю.
– Благодарю, Инга.
Ух, как заводит!
Бросаю взгляд на часы – Джуниор!
Власть так вскружила мне голову, что я забыла про собственного ребенка! Бегу к комнате для занятий и ловлю вылетевшего на свободу сына в объятия.
– Мама, я нашел Лилу!
– Где?!
Джуниор хватает меня за руку и тащит к своей парте, там на странице раскрытой книги нарисован черный, с подпалинами, бульдожка.
– Вот! Лила!
– Здорово. Теперь понятно, кого нам надо искать. Мы обязательно найдем. Ты мне веришь?
– Верю!
Спрошу вечером у Марты – кажется, у нее был какой-то знакомый с такими собаками.
10. Марта
Я, конечно, терпеть не могу болеть. И даже не помню, когда болела в последний раз.
Почти трое унизительных суток пришлось провести в постели – сердце то неслось вскачь, то еле-еле ворочалось с бока на бок, как жирная ленивая мышь, руки и ноги словно наполнились противным желе, а в голове дрейфовали вязкие тревожные мысли. Терентий заходил, назвал никакуськой и бедняжечкой. Инга отпаивала отварами и бульонами. Горничные перестилали постель каждое утро – я будто очутилась в пятизвездочном отеле. Милана установила надо мной какой-то тотальный контроль. Я думала – она боится, что я коньки откину и ей придется взять на себя все хозяйственные хлопоты. Как я заблуждалась.
Когда я наконец смогла вымыть голову, натянуть костюм и выйти в люди, удивлению моему не было предела. Во-первых, во всем флигеле так же тепло, как и в основном здании. Во-вторых, перекрыта значительная часть комнат – первый этаж представлен лишь кухней, столовой и игровой зоной. В-третьих, я застала Милану среди мужчин в синих комбинезонах.
– Марта! Зачем вы встали? Идите к Инге – у нее куча вопросов накопилась. А ребята сейчас ваши окна посмотрят. Можно?
– Да. У меня прибрано. Как мы без зала будем обходиться?
– Там панорамное остекление и серьезные дефекты в рамах – слишком много тепла уходит. Зиму потерпим, а летом заменим.
Захожу на кухню, плотно прикрываю за собой дверь. Инга занимается нарезкой очищенных овощей. Белый корень сельдерея, зеленые артишоки и кинза, желтый батат, оранжевая морковь, красные томат и перец, бордовая свекла, фиолетовый лук… Цветовая гармония не нарушается, ингредиенты не смешиваются до последнего момента. Однотонные кучки выстроились перед Ингой, как войска на параде.
– Инга, как вы тут?
– Поправилась? Сейчас чай тебе заварю.
– Сама заварю. Не отвлекайся от готовки. Милана сказала, у тебя есть какие-то вопросы.
– Да ничего суперсрочного. Мука заканчивается – в городе ее уже давно нет. Масло тоже, сахар. Наши поставщики иссякли. Надо что-то искать. А в остальном у нас тут новая распорядительница появилась. Видела, как мужиков гоняет?
– Я слышала, что она окнами озадачилась. Так я еще осенью Людовику предлагала это сделать. Отмахнулся.
– Ладно окна! Ты в спортзал зайди. У нас там аттракционы теперь! Не, ну чай-то допей!
Та-а-ак. На крытой террасе перед залом с тренажерами установлены старые велосипеды, и на них восседают Терентий и молоденькая горничная – крутят педали и ведут неспешную светскую беседу.
Романтики!
Наблюдаю. Вот Терентий набирает обороты:
– Догоняй! Мне до десятки еще минут пять крутить!
Девушка пускается за ним.
– Здравствуй, Терентий. Привет, Жанна. До какой десятки вы крутите?
– О! Марта! А нам хозяйка приработок организовала – мы электричество добываем, а она нам платит.
– Генератор, что ли, подключен?
– Ага! Будешь после меня? Я уже заканчиваю.
– Пока воздержусь.
Поднимаюсь в кабинет к Людовику, заглядываю по дороге в библиотеку – тепло, сухо. Ок.
– Что за школа выживания у нас тут организовалась за непродолжительный мой отпуск?
– А… Чем бы дитя не тешилось… Пусть хлопочет. Только занятия забросила… помоги ей установить регламент.
– Я подумала, может, уже и не нужна здесь?
– Шутишь? Не оставляй меня с ней одного!
– То есть вы хотите сказать, что Милана взяла на себя обязанности хозяйки? Теперь она главная?
– Марта, ты же умная женщина: Милана, безусловно, главная, я – главнее, но ты – дельнее. Нащупай баланс. Ты уже в порядке?
– Вполне. Спасибо.
В нашем узком кружке привитых хуже всех пришлось мне. Легче всех вакцину перенесла маленькая Ханна. Ян температурил два дня. Девчонки денек отлежались.
Жалобы Инги заставили меня задуматься и поинтересоваться тем, как живут люди, у которых обосновались Стефания с дочерью – моя родная кровь. Живут они хорошо, мне так и казалось, все у них есть, слава богу, а если закончится уголь, то Прокопий велел им разобрать его дом – какой ужас!
Что ж у нас-то так все трудно?
И меня познакомили с Джиной – королевой теневой экономики. Сразу стало значительно легче.
Между прочим, если хотите подзаработать, приходите к нам погонять на велике – наша хозяйка раздает деньги всем желающим.
Я, конечно, терпеть не могу болеть. И даже не помню, когда болела в последний раз.
Почти трое унизительных суток пришлось провести в постели – сердце то неслось вскачь, то еле-еле ворочалось с бока на бок, как жирная ленивая мышь, руки и ноги словно наполнились противным желе, а в голове дрейфовали вязкие тревожные мысли. Терентий заходил, назвал никакуськой и бедняжечкой. Инга отпаивала отварами и бульонами. Горничные перестилали постель каждое утро – я будто очутилась в пятизвездочном отеле. Милана установила надо мной какой-то тотальный контроль. Я думала – она боится, что я коньки откину и ей придется взять на себя все хозяйственные хлопоты. Как я заблуждалась.
Когда я наконец смогла вымыть голову, натянуть костюм и выйти в люди, удивлению моему не было предела. Во-первых, во всем флигеле так же тепло, как и в основном здании. Во-вторых, перекрыта значительная часть комнат – первый этаж представлен лишь кухней, столовой и игровой зоной. В-третьих, я застала Милану среди мужчин в синих комбинезонах.
– Марта! Зачем вы встали? Идите к Инге – у нее куча вопросов накопилась. А ребята сейчас ваши окна посмотрят. Можно?
– Да. У меня прибрано. Как мы без зала будем обходиться?
– Там панорамное остекление и серьезные дефекты в рамах – слишком много тепла уходит. Зиму потерпим, а летом заменим.
Захожу на кухню, плотно прикрываю за собой дверь. Инга занимается нарезкой очищенных овощей. Белый корень сельдерея, зеленые артишоки и кинза, желтый батат, оранжевая морковь, красные томат и перец, бордовая свекла, фиолетовый лук… Цветовая гармония не нарушается, ингредиенты не смешиваются до последнего момента. Однотонные кучки выстроились перед Ингой, как войска на параде.
– Инга, как вы тут?
– Поправилась? Сейчас чай тебе заварю.
– Сама заварю. Не отвлекайся от готовки. Милана сказала, у тебя есть какие-то вопросы.
– Да ничего суперсрочного. Мука заканчивается – в городе ее уже давно нет. Масло тоже, сахар. Наши поставщики иссякли. Надо что-то искать. А в остальном у нас тут новая распорядительница появилась. Видела, как мужиков гоняет?
– Я слышала, что она окнами озадачилась. Так я еще осенью Людовику предлагала это сделать. Отмахнулся.
– Ладно окна! Ты в спортзал зайди. У нас там аттракционы теперь! Не, ну чай-то допей!
Та-а-ак. На крытой террасе перед залом с тренажерами установлены старые велосипеды, и на них восседают Терентий и молоденькая горничная – крутят педали и ведут неспешную светскую беседу.
Романтики!
Наблюдаю. Вот Терентий набирает обороты:
– Догоняй! Мне до десятки еще минут пять крутить!
Девушка пускается за ним.
– Здравствуй, Терентий. Привет, Жанна. До какой десятки вы крутите?
– О! Марта! А нам хозяйка приработок организовала – мы электричество добываем, а она нам платит.
– Генератор, что ли, подключен?
– Ага! Будешь после меня? Я уже заканчиваю.
– Пока воздержусь.
Поднимаюсь в кабинет к Людовику, заглядываю по дороге в библиотеку – тепло, сухо. Ок.
– Что за школа выживания у нас тут организовалась за непродолжительный мой отпуск?
– А… Чем бы дитя не тешилось… Пусть хлопочет. Только занятия забросила… помоги ей установить регламент.
– Я подумала, может, уже и не нужна здесь?
– Шутишь? Не оставляй меня с ней одного!
– То есть вы хотите сказать, что Милана взяла на себя обязанности хозяйки? Теперь она главная?