Элль Ива – Измена. Сбежать от мужа (страница 28)

Бабуля кивнула, поджав губы.

— Он выселил отсюда всех жильцов. Из всего дома! И мне предлагал, а когда я отказалась даже угрожал. Но мы не лыком шиты, — гордо усмехнувшись, она снова бросила гневный взгляд в сторону квартиры Глеба.

— Спасибо, — протянула я удивлённо, — буду осторожней.

— Уж постарайся. Не знаю, для каких целей ему весь этот дом, но явно не для чего-то хорошего, раз имеет наглость угрожать одинокой пожилой женщине. Да и остальных он не просто так отсюда выпроводил. Девять семей!

Хмыкнув, она кивнула на прощанье и с гордо поднятой головой прошествовала к себе.

Я захлопнула дверь и удивленно воззрилась на свое отражение в зеркале прихожей. Вот это новости…

Глеб угрожал старушке? Это что-то явно из ряда вон. Хотя насчет выкупа квартир всё звучало более, чем логично. Ведь у него бизнес, связанный с недвижимостью, так?

Хм… усевшись на подоконник, я задумчиво провела пальцем по запотевшему от моего дыхания стеклу.

Может, бабуле показалось?

Да и разве нужно Глебу быть ангелом со всеми? Тем более, если его деятельность завязана с чем-то опасным. Думается, не зря вокруг него крутятся эти плечистые мужики…

Наверняка, сосед занимается чем-то помимо недвижимости. Тем, о чём мне лучше и не знать вовсе.

И что насчет квартиры, в которой живу я? Может он хочет выкупить и её? Кто бы вообще знал, что творится у него в голове. С одной стороны заботливый и внимательный мужчина, с другой — угрожает бабушкам и вымогает квартиры.

А ещё без спроса нарушает чужое личное пространство и фотографирует исподтишка — услужливо подсказала память.

Бабуля права. От Глеба следует держаться подальше. Слишком близко я его к себе подпустила.

Ну что ж, как раз с завтра и начну. Погощу недельку у матери, вот и отдалюсь во всех смыслах.

Однако Глеб был другого мнения на этот счет. Уже поздно вечером, когда я, переодевшись в пижаму, выставляла будильник на шесть утра, чтобы не проспать поезд, в дверь постучали.

Тяжко вздохнув, я поднялась с дивана, размышляя, стоит ли открывать. Может, всё же притвориться спящей? Одиннадцать вечера как-никак. Кто ходит по соседям в такой час?

Но, с другой стороны, может, там что-то важное?

Важным оказался мой сосед. Очень не хотелось ему открывать после сегодняшней встречи, но я пересилила себя, о чём тут же пожалела.

— Уже спишь? — мужчина оглядел мою скромную сиреневую пижаму, качнувшись вперёд, и я с удивлением осознала, что он пьян.

— Глеб, ты…

— Да, да, не переживай, приехал на такси. Я просто зашел сказать, что мне очень жаль. Я смотрю на тебя, и мозг отрубается, начинаю творить какую-то дичь. Никогда со мной такого не было…

Вот только непрошенных откровений мне на ночь не хватало.

— Давай я помогу тебе дойти до квартиры? Мне завтра рано вставать, поэтому…

Его взгляд скользнул за мою спину, заметив собранную сумку, поверх которой лежал паспорт.

— Куда-то едешь?

— Да. Ненадолго, по делам. Семейные проблемы.

— Одни проблемы у тебя в последнее время, бедная ты моя девочка.

Напряженно улыбнувшись, я красноречиво поёжилась, давая понять, что не желаю больше мерзнуть на сквозняке.

Но тот то ли не понял, то ли не захотел понять.

У меня не было ни малейшего опыта общения с пьяными мужчинами, и, что ещё хуже — с мужчинами влюбленными, поэтому я совершенно не знала, что предпринять.

— Глеб, пожалуйста, иди к себе, я хочу спать.

— А потом ты уедешь, и мы так и не поговорим?

— Можем поговорить по телефону.

Он снова качнулся вперед, едва ди не вваливаясь в мою прихожую. Я отпрянула, понимая, что вряд ли смогу вытолкать его обратно в подъезд.

— Ну нет, по телефону совсем не то, — выдохнул он, невозмутимо стягивая с себя пальто. — Так что давай сейчас.

— Не смотри на меня так, девочка, я не кусаюсь.

Замерев у стены, я напряженно следила, как тот вешает пальто на ручку входной двери.

Видимо, я совсем ничего не понимаю в людях. Просто ничегошеньки.

Сначала Катя, которая пообещала помочь, а затем исчезла, как только всплыла странная информация. Про Марка не хочется даже вспоминать.

И вот теперь Глеб.

Хотя, может я только преувеличиваю? Кто их, нетрезвых, знает. Ну понудит над ухом с полчаса, потом уйдёт к себе, и на утро ему будет очень стыдно.

Но я могла только предполагать. Кто знает, как все будет на самом деле?

— Чего ты хочешь, Глеб?

Мне только и оставалось быть максимально спокойной и действовать по обстоятельствам. Это всего лишь Глеб. Ну что он мне может сделать?

Да всё, что угодно… Фактически я его совсем не знаю, и пьяным никогда не видела.

— Поговорить, конечно.

Очевидно, что взывать к голосу его разума было бесполезно. Что у трезвого на уме — у пьяного на языке.

— Говори.

Он шагнул вперед, уперевшись ладонями в стену по обе стороны от моей головы. От него пахло странной смесью парфюма и алкоголя.

— Ну почему ты такая бука, м-м, Агат?

Я прямо смотрела в его глаза, понимая, что если дам слабину — он может вытворить всё, что угодно. А пока веду себя уверенно и твёрдо, возможно, это удержит его от необдуманных поступков.

Надежда умирает последней. И всё же мне не стоило открывать ему дверь.

— Ты вроде говорил, что понимаешь почему. Сам сказал мне об этом не далее, как сегодня днём.

— А, ну да, — криво усмехнувшись, он опустил взгляд ниже, в вырез моей пижамы. — Я ведь говорил, что мне тоже изменили, да?

— Говорил. Мне очень жаль.

— Зато мне не жаль, — выдохнул он мне в лицо, — потому что она была шлюхой! А я не хотел посвятить свою жизнь шлюхе. Её место в притоне среди таких же дешевых потасканных куриц. Мне нужна другая… чистая и светлая. Такая, как ты. Но тебе тоже изменили, и теперь ты думаешь, что все такие же, как и он.

— Глеб…

— Что Глеб? Разве я не прав?

— Я не хочу об этом говорить.

— Нет, давай поговорим. Когда ещё я осмелюсь вести себя, как свинья и выложить всё, что в трезвом состоянии не смогу?

Я закусила губу, понимая, что сама виновата в сложившейся ситуации. Не стоило подпускать его близко, не стоило открывать ему дверь, и сегодня, увидев его в офисе, мне следовало уйти сразу же. Тогда, возможно, этого всего не произошло бы.

— С чего ты решил, что я захочу тебя слушать?

Он усмехнулся, внимательно разглядывая мое напряженное лицо.

— Может потому, что я тебе хотя бы немножко нравлюсь, м-м? И ты сама себе боишься в этом признаться. А ведь могла бы действительно отвлечься от всех проблем, и более того, просто позволить мне решить их за тебя.