Элль Ива – Измена. Сбежать от мужа (страница 12)

Он ее за такую щедрость по голове не погладит… Хотя, не могла же Катя поселить меня здесь без его на то согласия? Наверняка он разрешил, раз позволил ей взять ключи?

Хм… в любом случае в моих же интересах скорее найти работу и съехать, чтобы они могли полноценно сдавать квартиру, а не заниматься благотворительностью.

Глядя в свое отражение в тёмном окне, я вдруг поняла… На безымянном пальце продолжало поблескивать обручальное кольцо. Оберег от любых отношений и даже намек на них. И свидетельство принадлежности…

Я медленно стянула его с пальца и положила на подоконник. Наверное, стоит отправить Марку посылку. И будет здорово, если она придет вместе с уведомлением о судебном решении.

Мои мысли вдруг прервал жуткий грохот.

Я едва не подскочила на месте. Что за жуть?! Словно где-то неподалеку уронили огромный шкаф…

Пришлось выбежать в коридор, но там было тихо. Однако дверь квартиры Глеба оказалась чуть приоткрыта, и я решила выяснить, всё ли у него хорошо.

Потому что, судя по всему, грохот раздался именно оттуда.

14

Я постучалась и вошла в прихожую.

Здесь было темно, прохладно и пахло знакомыми духами. Я мысленно чертыхнулась, понимая, что действуют они на меня ну очень странно. Хотя, может это всего лишь волнение?

Квартира Глеба приятно удивила. Ремонт здесь был куда лучше, чем в Катиной. Оно и понятно. Глеб старался явно для себя, а не для непонятных квартирантов.

В прихожей был стильный паркет цвета горького шоколада, темные стены и лаконичная мебель из массивного дерева. А вот хозяина нигде не было видно. И он не спешил отзываться ни на стук, ни на зов.

Однако вскоре я заметила его сама. В ближайшей комнате горел свет. Толкнув дверь, я поняла, что она тоже не заперта.

— Глеб, ты тут? — мой голос дрогнул, когда я поняла, что хозяин нашелся.

Он лежал на полу в ванной. Босиком, в одних пижамных штанах, и всё вокруг было в крови и осколках.

Дверца душевой кабины оказалась разбита, а тяжелый ящик с принадлежностями для ванной валялся на полу, рассыпав свое содержимое по темному кафелю. Один из его углов красноречиво алел.

Моё сердце пропустило удар, чтобы затем забиться с утроенной силой.

— Глеб? — прошептала я хриплым от страха голосом и присела, чтобы нащупать его пульс.

Под ногами хрустнуло стекло. Первая помощь! Я должна оказать ему первую помощь, иначе он тут просто истечет кровью…

Сбоку на светлых волосах мужчины темнело жуткое пятно. Рана, от вида которой к горлу подкатила тошнота. Но сейчас не время для слабости.

Но пока я буду искать аптечку… Не тратя время на раздумья, я подобрала с пола чужой телефон, чтобы набрать скорую.

И тут меня кое-что очень сильно удивило.

Настолько, что я едва не выронила аппарат из рук, застопорившись на несколько долгих секунд. Но затем взяла себя в руки. В первую очередь следовало оказать помощь.

Пока ехала скорая, я осторожно приложила к ране лёд, завернув его в чистое полотенце, а ещё подмела вокруг осколки, чтобы больше никто не поранился.

Они появились через пятнадцать минут. И пока двое хмурых мужчин в синих куртках осматривали Глеба и проводили нужные манипуляции, я сбегала к себе, чтобы быстро переодеться и обуть уличные кеды.

К моменту, когда я была готова, Глеба уже привели в чувство и выводили из квартиры. Он слегка пошатывался, пытаясь возражать против госпитализации. А еще никак не мог найти ключи.

Пришлось влезть.

— Тебе нужно показаться врачу. Если хочешь, я поеду с тобой.

Обернувшись от незапертых дверей, мужчина скользнул по мне мутным взглядом и криво улыбнулся.

— Моя спасительница…

Я вернулась в его квартиру, взяла с полки у зеркала ключи и захватила теплое пальто. Всё же с голым торсом на улице Глеб может ещё и простыть.

Руки всё еще подрагивали. Воистину, жизнь в последнее время не переставала меня удивлять.

— Давай накинем, а то замёрзнешь. И как тебя только угораздило?

Его движения были слегка заторможенными, но мужчина смотрел прямо на меня. А я делала вид, что очень занята, помогая ему одеться и не торопилась ловить внимательный взгляд, помня, что увидела в чужом телефоне.

Работники скорой подхватили Глеба под руки и оперативно повели на выход. Я двинулась следом.

— Поскользнулся в ванной, — признался Глеб, потирая висок, когда мы сели в машину скорой. — Прости, не хотел доставлять беспокойств. Очень глупо вышло.

— О чем ты говоришь? От такого никто не застрахован. Но коврик в ванной на твоём месте я бы все же постелила…

Мужчина только усмехнулся, морщась от боли. Повязка на светлых волосах и пальто на голое тело делали его похожим на пленного немца, и я не могла не улыбнуться.

Ехать пришлось недолго. Всё же в проживании в центре города были свои преимущества. Больница сияла огнями и пахла медикаментами, хлоркой и перманентной тревогой.

Проводив до приемного покоя, фельдшеры оставили нас ждать в полутемном облупленном коридоре.

— Как ты?

Глеб пожал плечами.

— Неплохо, только голова немного болит. Жить буду, наверное.

Судя по виду, ему действительно становилось лучше.

Но он больше не улыбался, и я его прекрасно понимала. Мужчина, который хочет произвести впечатление на девушку, не может позволить себе быть слабым.

А в том, что он хотел произвести впечатление я теперь не сомневалась. Ведь на заставке его телефона была моя фотография.

И сделана она была совсем недавно. В тот самый день, когда Марк мне изменил.

Я стояла в фойе театра, дожидаясь, пока Олег отнесет нашу одежду в гардероб, и со скучающим видом глядела ему вслед. Тогда я еще не знала, что ждёт меня дома.

Откуда оно у него? Зачем? Почему он поставил его на заставку?

В голове роилась туча невысказанных вопросов. Наверное, не самое лучшее время сейчас их задавать. Да и стоит ли вообще?

Мы сидели очень близко, плечом к плечу, и я чувствовала на себе чужой взгляд.

Во что я, черт побери, вляпалась?

Тишина слегка затянулась.

— Может тебе стоит кому-нибудь позвонить?

Мужчина чуть пожал плечами.

— Для чего? Мне вполне по силам добраться до дома самостоятельно, а беспокоить родных по пустякам желания нет. Тебе уже нужно идти? Сейчас вызову такси, — он потянулся за телефоном.

Я покачала головой, слегка досадуя, что меня поняли не так.

— Нет, я побуду с тобой.

— Тебе вовсе необязательно это делать, но спасибо, Агата.

— Не за что. Уверена, на моем месте ты сделал бы то же самое.

Нас приняли через минуту. Уставший доктор задал Глебу несколько стандартных вопросов, осмотрел наложенную повязку и велел ехать домой. Приём продлился не дольше пяти минут.

— Несколько суток покоя, — посоветовал врач, строча что-то в толстой амбарной книге с желтыми листами. — Почувствуете ухудшение состояния — обратитесь в поликлинику по месту жительства. В крайнем случае снова вызовите скорую.

Глеб кивнул, со вздохом поднимаясь со скрипучего стула. И стоило ли вообще сюда ехать?

— И да, — остановили нас у дверей. — Постарайтесь не оставаться в одиночестве. Мало ли…