Елизавета Соболянская – Тайны холмов Ирлингии (страница 8)

Тогда юная Эринн пропускала бурчание бабули мимо ушей, а вот теперь ее мудрые слова неожиданно показали правоту пожилой лэрди.

Лэрди Хьюз долго и многозначительно молчала, а «Оберон» мысленно костерил себя последними словами. Как ни крути – ему нужно добровольное сотрудничество этой рыжей девчонки! Грегори наверняка уговорил бы ее помочь «Клубу джентльменов» в два счета. Но друг сказал: «Это твоя соотечественница, Ал» – и повез Мэнди отдыхать. А он, Аллиаль, только что предложил юной незамужней леди сначала путешествовать в одиночку, позабыв про компаньонку или дуэнью, а потом и вовсе сделал намек на должность его любовницы! Колючки в букете и ветер – это пустяки! Аманда за подобное полила бы его кресло серной кислотой! А Кэндис просто утыкала бы ножами! А Грег и Махоун стояли бы рядом, аплодируя женам. Большего дурака свет не видывал!

Однако кое-что из своего театрального прошлого Ал все-таки вынес – пока шоу продолжается, спектакль не провалился! Поэтому он немедля вскочил, подбежал к стулу девушки, рухнул на колени и склонил голову:

– Простите меня! Простите, Эринн! За глупость и самонадеянность! Клянусь, что не имел в виду ничего дурного! Вы очень нужны нам для этого расследования, и я клянусь, что не причиню ни малейшего вреда вашей репутации и даже обеспечу вас приданым, если вы поможете провести расследование!

Эринн выпрямилась так, словно ей в спину загнали колышек:

– Слишком много клятв, лэрд, – проговорила она, практически не разжимая губ. – И еще больше оскорблений! Вы решили купить меня приданым? Хьюзы – не побирушки! И Мораги тоже!

– Лэрди! – Ал виновато склонил голову, поняв, что проиграл. Все его уловки, увертки, привычные маски – все рассыпалось в пыль перед симпатичной рыжей девчонкой, знающей что-то большее, чем внешние приличия и этикет. За ее гневом не было кокетства, за ее горечью стояла истинная боль и страх подвести младших, и тем удивительнее был ее тихий голос:

– Поднимитесь, лэрд, негоже сыну благородного клана стоять на коленях. Я не ваш сюзерен, не Господь и не мать. Я не откажу вам в помощи, но не ради ваших уверений или монет, а только ради тех несчастных, которые сливают в холодные камни свои жизни. Будь что будет. Старая Мораг велела мне поведать нашу беду тем, кто живет по этому адресу, и я сделала это. И теперь могу выбрать свой путь.

– Лэрди! – не в силах бороться с собой, Аллиаль поймал маленькую крепкую ладонь и, вновь нарушая этикет, коснулся поцелуем молочной кожи.

– Эй, друг, ты упал? – раздалось за спиной.

В комнату вошел Кентавр. Он, конечно, заметил странную с точки зрения этикета ситуацию, но огневик всегда был чуть в стороне от этикета, поэтому он тут же отвлекся:

– Простите, лэрди Хьюз, что помешал вашему завтраку. Грегори, лорд Лайвернес, отправил меня сюда с поручением. Ему необходимо знать ваше полное имя, чтобы подать запрос на документы в королевскую канцелярию! Он уже собирается во дворец и очень ждет записку.

Эринн встала со стула, держась так прямо, как только могла, и величественно кивнула Кентавру:

– Капитан, вы не помешали, я уже ухожу. Ваш друг, – ледяной тон девушки показал всю глубину падения Аллиаля, – знает, как меня зовут. Всего доброго!

С этими словами лэрди Хьюз покинула столовую, оставив мужчин наедине.

Глава 7

– И что ты такое натворил, дружище? – хитро прищурил глаз Махоун, выдвигая для себя стул. – Леди сбежала, даже не выпив чаю!

– Не спрашивай, – отмахнулся Ал, поднимаясь с пола.

Он чувствовал себя разбитым. Девушка, которую он счел маленькой и слабой, вдруг показала ему свое нутро, выкованное из самого крепкого железа!

– Ладно, спрашивать не стану, – хмыкнул друг, выбирая для себя кусочек жареного бекона поаппетитнее, – но совет дам. Проси прощения. Долго, упорно и настойчиво.

– Зачем? – удивился Аллиаль. – Леди согласилась изобразить мою невесту в поездке, назвала имя. Я сейчас передам записку Грегу, думаю, подорожную нам изготовят за день или за два…

– Ну ты даешь, Оберон, – хмыкнул огневик, намазывая тост джемом, – да девочка тебя размазала, как масло, а тебе с ней работать. Женщины – они такие, помнишь, Кэндис меня приревновала к той симпатичной брюнетке из кабаре? Ты там рубины искал, а мы с мотобратьями периметр держали?

– Что-то такое было. Кэндис брали для прикрытия? Так ведь? Если я правильно помню, она всего лишь стояла у окна, ее успели вывести до того, как магически измененные звери полезли на вас.

– Да, но моя Конфетка успела увидеть, как танцовщица попыталась меня поцеловать. Было очень неудобно отвечать на вопросы жены с клинком, приставленным к горлу. И особенно обнимать ее одной рукой, а второй отбиваться от бездомных кошек и псов, превращенных в монстров!

– Ты же муж! – удивленно открыл глаза Ал. – Приказал бы ей идти к экипажу и ехать домой!

– Мелкий, – Кентавр назвал друга прозвищем, данным еще в школе, – если бы ты видел, как моя сердитая жена одной левой раздавила собаку, которая помешала ей меня допрашивать… Ты бы прислушался к моему совету и уже выпрашивал прощение у своей маленькой леди.

– Мне кажется, ты преувеличиваешь, – скептически хмыкнул Оберон, – юная лэрди отлично воспитана. Это я немного забылся. Полагаю, в пути с ней не будет никаких трудностей, она мила, скромна и неприхотлива.

– Ну-ну, – Махоун внезапно развеселился. – Вспомни мои слова, друг мой, когда не будешь знать, что делать. В конце концов, каждый набивает свои шишки сам! Пиши скорее записку, не стоит терять время!

К вечеру в клуб привезли подорожные для лэрда Аэда и его невесты. К свиткам прилагались дорожные сундуки, саквояжи и корзины, а также несколько платьев, спешно подогнанных модисткой леди Лайвернес. Бумаги привез Тайлер, молочный брат лорда Грегори. Вместе с ними он привез и шуструю старушку в черном тюлевом чепце на абсолютно седых волосах.

– Миссис О'Доэрти[3], – представилась она, стукнув по полу тяжелой дубовой тростью. – А это Гримм[4]! – дама махнула рукой в сторону огромного черного пса, деликатно обнюхивающего углы холла.

Аллиаль с трудом удержал лицо. Назвать собаку в честь ночного кошмара путников – это какое же извращенное чувство юмора надо иметь? Все же он вежливо поздоровался, а потом перевел взгляд на Тайлера. Тот, сохраняя полную безмятежность, доложил:

– Лорд Лайвернес озаботился компаньонкой для лэрди Хьюз. Миссис О'Доэрти лучшая в своем деле. Она не даст юную леди в обиду и неплохо знакома с традиционной ирлингийской волшбой.

– Да-да, мальчик, я сорок лет была женой настоящего ирлингийца, – фыркнула старушка. – Нам с Гриммом нужна теплая постель, горячий грог и кусок мяса. А пока я готова познакомиться с тем тепличным цветочком, который надо оберегать.

– Я сейчас прикажу пригласить лэрди Хьюз, – заверил дуэнью Ал и немедля послал горничную за Эринн.

С ланча девушка не покидала отведенную ей комнату, но на приглашение познакомиться с компаньонкой ответила положительно и через пару минут спустилась в гостиную. Старушка к этому времени устроилась у камина, пес вытянулся на коврике у ее ног, а расторопный лакей принес чайный поднос.

– Вот и вы, моя милая! – старушка выпрямилась, придвинув трость ближе, и вдруг как-то интересно хмыкнула: – Неужели дочь старой Эвелин Мораг?

– Внучка! – ответила Эринн и явно расслабилась.

– Вот ведь старая перечница! – покачала головой миссис О'Доэрти. – Говорила мне, когда я уезжала, что свидимся еще! А я думала, ее уж и на свете нет.

– Бабушка жива, – светло улыбнулась девушка, – думаю, она будет рада встрече. Вы, наверное, Ворчунья Мэг?

– Она самая! – вдова тоже улыбнулась и потрепала по загривку своего пса. – Вот уж не знала, что придется возвращаться на Родину через столько лет и в такой отличной компании!

Остаток вечера прошел необычно. Леди Хьюз общалась со своей дуэньей, полностью игнорируя лорда Аэда. Миссис О'Доэрти видела, что девушка отгораживается ею от «жениха», но лишь посмеивалась да набивала вишневым табаком любимую трубку.

Поскольку компаньонка была еще и магом, ее посвятили в некоторые секреты путешествия. В частности, объяснили цель поездки – как официальную, так и тайную. Бойкая старушка покачала головой и заявила:

– Ничего у вас не выйдет, лэрд! Наследники знатных кланов на скромных птичках не женятся просто так. Капитал нужен, или земля, или хоть гейс[5] какой…

– Гейс! – внезапно воодушевился Ал. – А ведь у меня есть гейс, – он немного растерянно улыбнулся, вспоминая свою встречу с Видящей клана.

Пожилая, хрупкая, как тростинка, женщина, закутанная в темно-красную мантию, встретила наследника на пороге своей уединенной избушки. Провела незряче рукой от волос до шеи, улыбнулась:

– Хороший у лэрда сын. Омуты в нем глубокие, да вода светлая.

Стоящие поблизости члены клана тихонько зашептались, передавая друг другу весть о том, что наследник настоящий и добрый.

– Сил тебе немало отмерено, Аллиаль Аэд, – продолжила она, – и чтобы они не туманили голову, Боги дают тебе гейс…

Тут Видящая выдержала паузу, и все затихли, вслушиваясь в ее слова.

– Не отказывать рыжей девушке в первой просьбе!

Пока Ал стоял, хлопая глазами, соклановцы выдохнули. Члены клана Аэд почти все были темноволосыми и умели хранить тайны. Потом уже ему растолковали, что такое божественный запрет, и привели примеры из легенд, как герои и короли пытались их обойти, и как печально все заканчивалось. Но все же знание гейса никак на наследнике клана не отражалось – ровно до этого дня.