Елизавета Соболянская – Подарки возвращать не принято (страница 4)

– Позвольте, я вас провожу, – сказал он мягко, но за этой мягкостью ощущалась стальная воля.

Девушка фыркнула, но не стала возражать, к тому же к ней присоединились подруги, и каждую сопровождал ее «кавалер», назначенный дядей.

Ору проводили до самой дамской комнаты, и уже блондин сверлил брюнету спину взглядом. Тайши игнорировал Норбу с тем же ровно-раздражающим выражением лица. Орнелла даже хихикнула тихонечко и шепнула:

– Кажется, кто-то редко вглядывается в зеркало!

Тайши вздрогнул, но девушка уже забыла о своем наблюдении – дверь хлопнула, отрезая мужчин, и подруги затискали Ору, благодаря за приглашение в такое чудесное место.

– Это волшебно, Элла! – Лидана единственная называла Орнеллу так, выбрав для короткого прозвища вторую часть ее имени. – Мой миньон такой красавчик!

– Миньон? – Ора хлопнула ресницами, не понимая.

– Так здесь называют мальчиков, которые ходят рядом, подают сумочку или платок, – улыбнулась Лидана, изучая себя в зеркале.

Надо сказать, уборные в «Сладостях» были роскошными. Здесь было все, чтобы удобно привести себя в порядок – зеркала, раковины, фены, пробники хорошей уходовой и декоративной косметики. В специальной кабинке сидела миловидная старушка, у которой можно было попросить помощи с заевшей молнией или разошедшимся швом.

Ора пожала плечами и вынула из сумочки флакончик с универсальным антидотом. Проглотила таблетку, запила водой из кулера, потом, улыбнувшись подругам, зашла в кабинку со значком капающей воды.

Даже самые лучшие антидоты имели не самый приятный эффект – этанол ускоренно выводился через кожу, покрывая ее липкой пленкой с ужасным запахом. Поэтому дамы в сложных нарядах на вечеринках антидотами не пользовались или пили совсем чуть-чуть. Орнелла же хотела повеселиться и при этом не натворить совсем уж кошмарных глупостей, но коктейли в «Сладостях» оказались коварными, поэтому пришлось идти на крайние меры.

В небольшом «предбаннике» Ора разделась, натянула на голову специальный легкий шлем и шагнула в «мойку». Тотчас с разных сторон ударили упругие струи, смывая с кожи пот и быстро выступающую слизь. Ноги мягко массировали короткие бурные фонтанчики в полу, на плечи падали прохладные капли моющего средства с ароматом фиалки. Девушка подняла руки, следуя инструкции на стене кабинки, и мягкие струи прогулялись по ребрам, помассировали спину, спустились к бедрам.

Орнелла прерывисто вздохнула – это было приятно и чувственно, а у нее давно уже не было мужчины… Как-то не сложилось.

Сначала семья перетягивала все внимание на себя, а братья строго следили, чтобы она не заглядывалась на неподходящих парней. Потом учеба. Женщины в ювелирном искусстве до сих пор вынуждены проламывать «стеклянный потолок», так что девушка тратила все силы на освоение новых ювелирных техник, игнорируя намеки других студентов и знакомых отца.

Быть ювелиром – довольно грязная и травмоопасная работа, а поход на свидание девочки из хорошей семьи предполагает как минимум безупречный маникюр, прическу, легкий макияж и элегантный наряд. На такие жертвы Орнелла шла не чаще раза в месяц, и то ради близких. Обычно она выходила куда-нибудь с отцом, братьями и мамой, так что «в порядок» ее приводили в хорошем салоне, и не нужно было самой оттирать с кожи полировочную пасту или выковыривать металлические занозы.

Правда, на выпускном балу она все же позволила себе расслабиться и закрутить романчик с одним из аспирантов лаборатории сверхтвердых металлов. Лето прошло чудесно, а осенью парень погрузился в учебу, а сама Орнелла – в работу. Их роман сам собой сошел на нет, когда девушка увидела, что Айнат снимает на комм ее заметки для очередного ювелирного конкурса.

Ора очень хотела устроить скандал с битьем посуды, но… до конкурса оставалось две недели, а ей пришлось полностью менять концепцию изделия, оставаясь в рамках заявленных характеристик.

Девушка справилась, но никого больше в свой дом и в свою постель не пускала. Ограничивалась короткими приключениями где-нибудь подальше от дома. Байкер на музыкальном фестивале, бармен на пляже, услужливый и неболтливый массажист в отдаленном СПА-отеле. Все эти парни были простыми любителями потусить либо платными сотрудниками, знающими, за что оставляют такие щедрые «чаевые».

Отец ни о чем не догадывался, братья считали, что Орнелла после «того идиота» ведет монашескую жизнь, а мама виртуозно прикрывала маленькие «загулы» дочери и даже иногда подкидывала ей подарочный сертификат в новый СПА. Просто лэра Дилара считала, что периодические «маленькие приключения» необходимы для женского здоровья. Особенно для юной девушки, еще не познавшей сложностей брака.

Так что, стоя под душем, Орнелла прекрасно понимала, что происходит с ее телом и чего ей хочется. Выхода было два – покинуть собственный праздник, уединиться в номере и поискать в «меню» развлечение на вечер. Или… просто повеселиться. Потанцевать, выпить, поорать в караоке, забыв на время, что она «приличная девочка из приличной семьи». Просто дать себе волю. Не так уж часто она себе это позволяла. Свободного времени не хватало, да и после того аспиранта, укравшего ее разработку, Ора не доверяла мужчинам.

Айнат ведь не просто копался в ее комме и бумагах – когда девушка поймала его за этим занятием, он пытался оправдаться – ты, мол, богатенькая конфетка из состоятельной семьи, с тебя не убудет. Да знал бы он! Взвилась тогда Орнелла, припоминая все подставы, кражи материалов, инструментов и пособий, а также следующие за всем этим разбирательства, которые начались уже на третьем курсе, когда стало понятно, что «куколка-заучка» не зря просиживала юбки в лекционных классах и лабораторных цехах.

Сколько раз ее пытались унизить, обидеть, вывести на эмоции, а чаще просто довести до слез, чтобы испортить работу или доказать, что «женщины ювелирами не бывают»!

В общем, покрутившись еще немного под душем, Ора решила дать себе волю! Двадцать пять лет – отличный повод позволить себе немного безумства, а дядя, если что, прикроет! Не зря же мама настаивала, чтобы Орнелла отмечала свой маленький юбилей именно здесь?

Глава 5

Из душевой кабинки Орнелла вышла, приняв важное для себя решение. Поток воздуха высушил ее тело, а одежду вычистил ионный шкаф, так что, стянув шлем, девушка быстро облачилась в белье, чулки и платье, надела туфельки и выпорхнула к зеркалам – нужно было умыться и освежить макияж. А потом…

Полюбовавшись собой в зеркале, Ора, улыбаясь, выглянула навстречу синеглазому брюнету:

– Хочу коктейль и танцевать! – потребовала она, кокетливо стреляя глазами.

Внутри Орнеллы все кипело, играло и бурлило. Хотелось не просто повеселиться, а устроить настоящий фейерверк! Наверное, поэтому она вдруг представила этого холеного красавчика в своей постели. Как он медленно поднимается вверх, целуя ее от макушки до пят. Как легко, одной рукой переворачивает на живот, чтобы сладко поцеловать затылок, прижимаясь всем телом… Сладкая дрожь на миг тряхнула девушку, и она с трудом удержала стон.

Странно, что это с ней? Прежде она не отличалась ни чувственностью, ни темпераментом. А уж такие фантазии…

Если бы она отмечала свой праздник в другом месте, Ора могла заподозрить в своем состоянии добавку в коктейль. Некоторые владельцы клубов не стеснялись подсыпать в напитки препараты, позволяющие забыть о правилах. Только дядя трясется над ее здоровьем больше, чем она сама, и всю еду и напитки для стола проверял лично. Да и антидот только что промыл ей кровь, выводя из организма все лишнее.

Но кажется, вместе с алкоголем из ее тела ушла какая-то тяжесть. Оковы разума? Приличия? Долга? Неясно, но хочется хихикать, целоваться и… укусить за губу этого чопорного красавца! Жаль, не дотягивается.

– Дива желает поцелуй? – Тайши склонился к ней так близко, что ей даже не пришлось вставать на цыпочки, чтобы коснуться его лица.

Приличная девочка из приличной семьи просто отшутилась бы, но тот фейреверк, который рвался внутри, требовал чего-то этакого, и Орнелла с легким стоном сделала то, что хотела – легонько куснула миньона за нижнюю губу, потом провела по ней языком, успокаивая. Тайши прикрыл глаза и позволил Оре делать все, чего ей хотелось. А ей, оказывается, хотелось многого! Трогать его гладкую кожу, ерошить короткие волосы, кусать шею, чувствуя, как мужчина вздрагивает.

– Дива позволит мне обнять ее? – едва слышный голос над ухом привел Орнеллу в себя.

Оказывается, она успела расстегнуть Тайши рубашку и уже с увлечением изучала крепкий торс парня, а он стоял почти навытяжку и только тяжело, неровно дышал.

– Ой-ой! Нет-нет-нет! Так нельзя! – кажется, она сказала это вслух?

– Диве можно все, – шепнул ей на ухо Тайши, и его прикосновение к чувствительному контуру вызвало сладкую дрожь.

– Пойдем за стол! – сказала девушка, на миг опуская веки, чтобы справиться с чувственной бурей, которая поднялась в ней.

Не помогло. Тогда она открыла глаза и уткнулась взглядом в безупречно гладкий торс стоящего перед ней мужчины. Такой… соблазн! Но тут мимо прошла какая-то дамочка и облизала Тайши взглядом. Стало неприятно. Словно кто-то залез грязной рукой в ее десерт.

– Застегнись! – рыкнула Орнелла и тут же провела рукой по лицу: – Извини, что-то меня трясет. Приведи себя в порядок. Давай вернемся к девочкам.