Елизавета Мельник – Марго и Ко Истории из кабинета бизнес-таролога (страница 5)

Мила, в уютной кофте, разливала чай:

– Коленька, деточка, ну какая объездная? Там на повороте баба Маша корову пасет, она мне сказала, что мост перекрыли еще утром, а в навигатор не внесли. А Петрович поедет через деревню, там у него кум в дорожной службе, он его без очереди пропустит. Пей чай, не кипятись, сахарку-то положи…

Маргарита выложила карты прямо на ящик с фурнитурой: Иерофант, Колесо Фортуны и Два Сапога (карта из специальной колоды метафор).

– Слушайте оба, – Марго посмотрела на Николая и Милу. – Вы не враги. Вы – две половины одного целого. Коля – это Структура (Иерофант). Без него бизнес превратится в балаган. Мила – это Удача и Связи (Колесо Фортуны). Без неё структура заржавеет.

– Но она же сплетничает! – вскричал Николай.

– Она не сплетничает, Николай, – подал голос Стас, изучая данные Милы. – Она проводит полевой мониторинг рисков. Информация о корове бабы Маши поступила к нам на 40 минут раньше, чем в Яндекс.Пробки. Я предлагаю сделку: Мила сообщает Николаю все «инсайды» от бабы Маши и Люси, а Николай вносит их в систему как «корректирующие коэффициенты».

Мила засияла:

– Ой, Стасик, как ты красиво сказал! Коэффициенты! А я-то думала – просто потрындеть…

Николай вздохнул, глядя на ватрушку, которую Мила подсунула ему под руку.

– Ладно. Но никакой «грустной собаки» в официальных отчетах! Пишем: «Технический простой по личным обстоятельствам водителя».

Итог

Через неделю логистика «Мебельного союза» стала легендарной. Фуры объезжали заторы, которые не видел спутник, а водители работали как заведенные, потому что знали: в конце маршрута их ждет не только премия от Николая, но и одобрительный кивок от Милы.

А Виктор, бывший муж Милы, увидев этот тандем, окончательно понял: его «Окно в мир» без такой «логистики» просто дыра в стене.

Рассказ двадцать пятый: «Танцы с акулой на складе»

Эдуард вбежал к Маргарите, светясь энтузиазмом, как свежевыкрашенный комод. В руках он держал книгу в золотой обложке: «Рви шаблоны: как превратить сотрудников в стаю акул».

– Марго, я осознал! Мы растем, но нам не хватает драйва! – провозгласил он. – Коля и Мила – профи, но они застряли в «зоне комфорта». Коля вечно в своих таблицах, Мила в своих ватрушках. Я нанял им коуча высшей категории – Алекса Титана. Он обещал вытряхнуть из них остатки стабильности и научить «достигаторству через боль».

Стас, который в этот момент настраивал систему защиты данных, медленно повернулся.

– Алекс Титан? Это не тот, который на прошлом вебинаре предлагал отделу продаж ходить по битому стеклу, чтобы «почувствовать остроту рынка»?

Алекс Титан прибыл на склад «Mebel-Elite» в костюме цвета «электрик» и с белозубой улыбкой, которая, казалось, была вставлена в лицо стационарно.

– Так, команда! – крикнул он, хлопая в ладоши так, что эхо заметалось между стеллажами с ЛДСП. – Забыли про чай! Забыли про графики! Сегодня мы выходим из зоны комфорта! Николай, бросай планшет! Мы будем тренировать «доверие в прыжке». Ты прыгаешь со стремянки спиной назад, а Мила тебя ловит!

Николай, чьи нервы были откалиброваны точнее швейцарских часов, посмотрел на стремянку, потом на Милу, которая весила в два раза меньше него.

– Алекс, – холодно произнес он, – согласно СНиП и технике безопасности, прыжок спиной со стремянки классифицируется как производственная травма с последующим увольнением гендиректора.

– Это страх говорит в тебе! – прорычал Титан. – Мила, а ты! Твои сплетни – это балласт! С этого момента ты общаешься с водителями только через «крик силы». Никаких «Люсенька, дорогая», только «Эй, ты, ресурс, обеспечь трафик!».

Мила, у которой от такого обращения задрожали даже рюши на фартуке, прижала к груди чайник.

– Деточка, – прошептала она, – какой крик? У Петровича давление, он от твоего крика фуру в кювет уронит…

Консультация в разгаре

Через два часа Эдуарду позвонили.

– Эдуард Борисович, – голос Николая в трубке был пугающе спокойным. – У нас тут возник небольшой форс-мажор с вашим коучем. Он… э-э… зашел в зону абсолютного дискомфорта. Приезжайте с Маргаритой.

Когда Марго, Стас и Эдуард прибыли на склад, картина была эпичной. Алекс Титан сидел внутри огромного сетчатого вольера для хранения бракованных диванов. Вольер был заперт на три амбарных замка. Николай методично описывал инвентарь на планшете, а Мила мирно поила Титана чаем через ячейки сетки.

– Что здесь происходит?! – взвизгнул Эдуард.

– Эдуард Борисович, – Николай поправил очки. – Объект проявил избыточную агрессию и пытался разрушить логистические цепочки путем сжигания маршрутных листов (он назвал это «ритуалом освобождения от прошлого»). Согласно протоколу безопасности, потенциально опасный элемент изолирован до приезда специалистов.

– Он хотел, чтобы я Петровичу в рупор кричала «Ты – ничтожество!», – всхлипнула Мила. – Я его и закрыла, пока он на стеллаж лез, чтобы «доминировать над пространством».

Маргарита выложила карты прямо на сетку вольера: Башня, Шут и Мир.

– Посмотри, Эдуард, – Марго указала на «Башню». – Это твой коуч. Пытался разрушить то, что работает. «Шут» – это ты, когда его нанимал. А «Мир»… – она обвела рукой спокойный склад, где Николай снова считал, а Мила снова улыбалась. – Это то, что у тебя уже есть.

– Но как же рост?! – заныл Эдуард.

– Эдуард Борисович, – подал голос Стас, вытаскивая из кармана коуча визитку. – Ваш Титан – это бывший аниматор из отеля в Турции. Его «методика» – это вольный пересказ тренингов из девяностых. Я проверил его «кейсы»: три компании после его «акул» подали на банкротство, потому что сотрудники перегрызли друг другу глотки, забыв обгрузить товар.

Алекс Титан внутри вольера попытался что-то возразить, но Мила сунула ему в рот ватрушку:

– Ешь, деточка, сахар в крови поднимется – бредить перестанешь.

Финал

Эдуард понуро открыл замки. Коуч, растеряв весь «драйв», пулей вылетел со склада, забыв книгу про акул.

– Николай, Людмила… простите, – выдавил Эдуард. – Больше никаких коучей.

– Эдуард Борисович, – Николай на секунду оторвался от планшета. – Если вам так хочется выйти из зоны комфорта, давайте обсудим закупку новых погрузчиков с литий-ионными батареями. У меня от их цены уже второй день «зона дискомфорта» в области сердца.

– Вот это я понимаю – масштабирование! – обрадовалась Мила. – А я под это дело печенье с корицей испеку. Коля говорит, корица стимулирует… как там… когнитивные способности!

Маргарита и Стас уходили со склада, слушая, как Эдуард увлеченно спорит с Николаем о мощности батарей.

– Маргарита Сергеевна, – спросил Стас, – а почему вы не сказали Эдуарду, что на коуча выпал еще и «Дьявол»?

– А зачем, Стас? Он и без карт понял: когда на складе порядок, не надо звать акул. Достаточно просто не мешать работать тем, кто умеет ловить рыбу без криков и прыжков со стремянки.

Рассказ двадцать шестой: «Уральское сопротивление и казанский зигзаг»

Эдуард ввалился к Маргарите, пропахший дорожной пылью и казанским чак-чаком. Выглядел он как человек, который пытался обнять необъятное и при этом не уронить корону.

– Маргарита, экспансия – это не праздник, это проверка на прочность нервных окончаний! – Эдуард рухнул в кресло. – В Казани всё пошло по «Магу»: продажи прут, золото-бархат сметают. Но в Екатеринбурге… там у меня «Пятерка Мечей» в чистом виде! Мои «суровые уральские мужики» на складе объявили тихий бойкот. Николай рвет и мечет, а Мила вообще плачет в трубку.

Марго привычно разложила три карты: Король Пентаклей, Перевернутый Паж Жезлов и Шестерка Мечей.

– Эдуард, – Марго постучала по «Королю». – Ты в Казани молодец, попал в струю. Но в Екатеринбурге у тебя «Паж» перевернулся. Ты туда кого в качестве десанта отправил?

– Так племянника своего, Артемку! – Эдуард заерзал. – Парень молодой, современный, в Питере на дизайне учился. Я думал, он им там стиль привьет, визуал подтянет…

Стас, который уже залез в корпоративный мессенджер екатеринбургского филиала, издал звук, похожий на стон.

– Эдуард Борисович, ваш Артемка первым делом запретил суровым уральским грузчикам курить у входа и заставил их… сортировать мусор по цветам радуги. А еще он ввел в столовой «день смузи». Мужики, которые десять лет обедали борщом, теперь смотрят на него как на инопланетянина, который хочет их кастрировать диетой.

Проблема «Культурного кода»

Марго указала на «Шестерку Мечей».

– Смотри, Эдуард. Это карта перехода. Но переход должен быть плавным. Твой Артемка приехал в чужой монастырь со своим уставом по урбанистике. У тебя там на складе «старая гвардия». Для них мебель – это тяжелый труд, а не «визуальное наслаждение». Они видят в племяннике бездельника, который мешает им работать.

– Но он же хотел как лучше! – заступился Эдуард. – Эстетика!

– Эстетика не возит диваны, – отрезал Стас. – В Екатеринбурге сейчас задержка отгрузок на 40%. Знаете почему? Грузчики саботируют новую систему штрих-кодирования, которую Артемка внедрил «для красоты». Они специально клеят их так, чтобы сканер не считывал.

Решение в стиле «Марго и Ко»

Маргарита встала и достала из ящика… старую чугунную гирю, которую использовала как пресс для бумаг.

– Слушай ритуал «Заземления Питерских амбиций».

Артемку из Екатеринбурга забираешь. Отправь его в Казань – там его любовь к золоту и вензелям оценят, он там будет как влитой.