Елизавета Меховская – Любовь вампира (страница 3)

Он растерянно похлопал глазами.

– А зачем ты ходишь в приют?

– Люблю животных. – пояснила я, только больше удивляя его. – Да и потом, владельцу уже тяжело заботиться о них в одиночку, а он старый друг моей семьи.

Нейтон снова улыбнулся, постаравшись сдержать этот внезапный порыв. Дверца его шкафчика оставалась не закрытой, благодаря неуверенной руке. Он явно колебался: уйти ему или остаться.

В эту же секунду, сзади подскочила Ребекка, набрасываясь мне на плечо, из-за чего моя сумка рухнула на пол. Подруга привычно уставилась в зеркало внутри моего шкафчика, поправляя пышные волосы.

– Эйвери, я тебя искала. – она игриво перевела взгляд на Нейтона, которого разумеется сразу заметила. – Я вам помешала? Вам, – продолжила она ироничным тоном. – Самым неразговорчивым ребятам в школе?

Ребекка монотонно защебетала, не планируя останавливаться, пока я специально не наступила ей на ногу, мило улыбаясь под строгий взгляд Нейтона. Бекка прошипела от несильной боли, продолжая говорить более тонким голосом так спешно, что Нейтон едва ли успевал осознать слышимое.

– Так я вам помешала?

– Не помешала. – резко оборвал парень, окинув нас сухим взглядом перед уходом. – Я пойду.

– О чём говорили? – толком и не дожидаясь его ухода, стала интересоваться Ребекка.

Закинув руку ей на плечо, я повела подругу в противоположную от него сторону.

– Он спросил про царапины.

– Беспокоится о тебе! – гнула своё Бекка.

Её эмоции зашкаливали больше обычного, наполняя подругу яркой живостью.

– Ладно. – сдалась я. – Так, зачем ты меня искала?

– Алисия прислала нам новые фотографии. – Ребекка маняще помахала перед моим носом телефоном, объяснив мне наконец причины своей радости. – Подумала, посидим в нашем кафе, вместе посмотрим. Но если у тебя другие планы…

– Идём уже. – подхватила я, опершись на её плечо.

– Но в кафе мы ещё поговорим о Нейтоне.

В ответ я только фыркнула.

Прежде поболтав с Кейт, работающей в этом кафе, мы заняли наш столик. Это кафе являлось нашим любимым с подругами, и именно в нем я время от времени подрабатывала. В том числе этим летом, когда дядя в очередной раз лишил меня от злости денег, что было обычным делом, так как до восемнадцати лет я не имела права владеть тем, что мне завещали родители, в отличии от моего опекуна.

Пока я заказывала кофе, Беккв для удобства, загрузила фотографии на ноутбук.

Фотографии с отдыха нашей подруги сопровождались и множеством видео, на которых Алисия слала нам воздушные поцелуи. Её отдых с родителями затягивался на месяц, чем следовало бы, но она, разумеется, не жалела о пропуске занятий.

Ребекка перелистнула на наш общий снимок из парка, что был сделан ещё в начале лета. Алис вытащила нас тогда покататься на роликах, что закончилось падением Бекки в пруд. И за наш смех, Ребекка повалила в воду и нас. Мы промокли, колени и локти были разбиты, но это не помешало нам сделать счастливую фотографию.

В который раз глубоко задумавшись, я и не заметила, как мы покинули с подругой кофейню, не имея дальнейшего направления. За разговором, мы шли точно по кругу и свернули в подворотню, что позволяла срезать до моего дома, нескоро. Уши заложило от резкого крика Ребекки, и меня мгновенно бросило в холод. У наших ног расплывалось необъятное пятно крови, в середине которого покоилась девушка с изрезанным горлом. Это было первое убийство, с которого в Глэртоне всё и началось.

Ребеккв трясла меня, бледнея хуже убитой. Скорее сообщив полиции, я испуганно опустилась на землю, уткнувшись носом в волосы подруги. До приезда полиции, нас одолела сильная дрожь, оставаться наедине с убитой было невыносимо.

Для выяснения подробностей увиденного нами, нас отвезли в участок. Но на вопросы полиции нам нечего было ответить.

Бекка, с детства до ужаса робеющая от вида крови, не выпускала меня, держа поблизости. Её родители приехали довольно скоро, также поинтересовавшись, как я. Мама Бекки мирно потрепала меня по голове, спросила нужно ли мне что-то. Но в настоящий холод я впала, когда в участке мелькнул профиль дяди Ловиза.

Растерзанное тело, именно растерзанное, что выяснилось, когда его подняли, и стекла вся кровь, привело меня в ужас.

Но дядя Ловиз, о, он пугал превыше всего.

Нас с Беккой больше не расспрашивали, и оставалось только дождаться, когда взрослые закончат решать вопросы о нашем допросе. Мама Бекки присела к нам, оставив вопросы мужу. Я повернулась к подруге:

– Ну ты как?

Ответ дался ей с трудом. Даже голос её был ещё слаб.

– Уже лучше. Мне дали успокоительное. – она понизила голос, скрыв от матери следующее размышление. – Как думаешь это было животное или… Кто может быть на такое способен?

Я резко перебила её ради собственного спокойствия:

– Думаю, какой-нибудь зверь. – и еле слышно добавила. – Надеюсь…

Ловиз вернулся за мной, взмахивая ключами от машины. Возмутившись моему заметному страху, он покосился на людей, выясняя что, кому известно. Но родители моих подруг только догадывались о происходящем в моей семье, и лишь Ребекка с Алисией знали наверняка.

– Эйвери, поехали. – коротко затребовал дядя, желая поскорее скрыться со мной с общего обозрения.

Я опустила голову, ощутив поддержку от прикосновения Бекки к моим плечам.

– Я сама доберусь, позже.

Но Ловиз остался недоволен, настоял:

– Поехали. – просьбой это уже не звучало.

– Ловиз, пожалуйста. – встряла мама Бекки, укрыв нас за собой. – Пусть Эйвери вернётся позднее или переночует у нас. Я присмотрю за ней.

– Клэр, при всём уважении, её опекун-я.

Она кашлянула, привлекая внимание мужа. Отец Ребекки встал рядом с женой, скрестив руки, и лишь его по-настоящему мог испугаться мой дядя, его и общей огласки, что может бросить тень на его безукоризненную репутацию адвоката.

– Ловиз, Эйвери вполне может переночевать у нас, не о чем беспокоиться.

Дядя в упор посмотрел на меня, рассчитывая, что я покорно пойду за ним.

– Мы ещё поговорим об этом.

Буркнул Ловиз перед уходом, после чего до меня донеслось, как он громко хлопнул дверью, злобно сев в автомобиль моего отца. Отец Ребекки мягко обратился ко мне:

– Ты с нами, не переживай.

Но к несчастию было о чём переживать. И если сегодня мне нечего опасаться, то наступит день, когда Ловиз вернёт должок за моё непослушание. Когда мне придётся вернуться домой, туда, где меня всегда будет ждать напоминание о моей ошибке.

В вечернее время, после семейного ужина, места на котором я, по правде, не заслуживаю, мы с Беккой легли в её комнате. Я вытащила тетрадь с недоделанным заданием.

– Спасибо. – ещё раз поблагодарила я.

Подруга плюхнулась рядом, чудом не задев домашку.

– Тебе всегда здесь рады. – затвердил её голос. – Но я никогда не смогу понять его жёсткости к тебе.

– Это ведь я виновата. – сорвалось глухое объяснение. – Виновата в смерти мамы. Ему противно от этого.

Ребекка шлёпнула меня по руке, но ей было не выбить всю ту ненависть, что я испытывала сама к себе.

– Ты не виновата! И плевать мне, что он думает иначе! А вообще, знаешь что? – она насильно отобрала у меня подушку, накрывшись которой я пряталась от этого мира, прикрикивая. – Я принесу твоего любимого мороженого, устроим ночь кино, чтобы ты больше не грустила.

– Уроки, Бекки. – напомнила я, серьёзно настроенная на учёбу.

– Будешь делать уроки под кино. – выдала она и с этими словами выхватила у меня тетрадку.

После случившегося, в следующий учебный день, на меня и подругу открыто взирала вся школа, окружая нас, чтобы много всего спросить об убитой. Глэртон слишком спокойный городок, чтобы подобное убийство не заинтересовало жителей поголовно. Вещи пришлось собирать очень быстро, чтобы скорее оказаться дома, вдали от общественного любопытства. Я вскользь проверила почту, мечтая хоть о каком-то ответе от художественной академии.

– Ты в порядке?

Я взглянула за пределы своего шкафчика, встретив весьма обеспокоенное лицо Нейтона. Он повторил вопрос:

– Ты как? Я слышал о том, что вчера произошло. – искренне изложил Нейтон свои переживания.

– Получше. – тихо отозвалась я, на самом деле напуганная до сих пор. – Я ведь даже имени той девушки не знаю, но всё равно помню…

– Что? – спросил он весьма серьёзным тоном.