Елизавета Лещенко – Самолёт до Луны и почти нормальная жизнь (страница 15)
Облака, недавно показавшиеся над горизонтом, подступая всё ближе, теперь показывали истинное лицо, на глазах превращаясь в тяжелые тучи, готовые разразиться ливнем. Вдалеке послышались первые раскаты грома, над водой засверкали молнии, крупные брызги разбушевавшихся волн обрушились на раскалённое побережье, остужая тяжёлый воздух. Эрни быстро надел на Аниту кеды и ветровку с капюшоном, собрал игрушки и заспешил домой.
Первые крупные капли дождя тёмными кругами впечатались в перегретую землю, когда Эрни открывал ворота. Едва они успели нырнуть под козырёк, на дом и двор обрушилась стена ливня. Том открыл дверь и занёс в прихожую коляску вместе с Анитой.
— Ты, как всегда, вовремя! — похвалил он Эрни. — Не будь ты таким большим музыкальным талантом, я бы определил тебя в синоптики, — пошутил он, доставая Аниту из коляски.
Анита обеими ручками крепко ухватила его за волосы, но Тома это ничуть не смутило, наоборот, он довольно улыбался, ласково глядя на внучку.
— Я пинесла тебе якушки! Мы постёили дём! — залепетала Анита.
— И нашли Дане новую клиентку, — добавил Эрни.
— Для полного счастья, — рассмеялся Том, «бодая» Аниту. Подбросив и поймав малышку, он унёс её в комнату.
Эрни заметил, что следы утренней бытовой катастрофы уже тщательно замаскированы: под столом был постелен новый ковёр успокаивающего зелёного цвета, с цветочным орнаментом, сам стол был застелен новой клеёнкой. На столе, в новой стеклянной вазе, стоял букет свежих живых цветов.
Том также оставил на столе два набора струн, медиаторы и масло для лютни Эрни. Нина, забыв обо всем и не обращая ни на кого внимания, увлечённо перебирала яркие ленты и искусственные цветы. В кухне великолепно пахло, но… из комнаты потянуло дымом.
Эрни не выдержал и гневно закричал:
— Адалстан! Тебе было велено сидеть в своём чёртовом сундуке!
Нина вскочила со стула, уронив все свои ленты и нечаянно опрокинув вазу с цветами. Никакой катастрофы от этого, по счастью, не произошло: на ковре образовалась прозрачная лужица, а ленты и цветы не пострадали.
— Боже, я совсем про него забыла!
Эрни не понял, почему Нина считает, что должна всё время думать о цверге, и последовал за ней в гостиную, ожидая застать там гнома за его проделками. Но Нина направлялась в спальню Тома и Далии, откуда, оказывается, и валил дым. Эрни наконец догадался, в чём дело: Нина гладила одежду Аниты и забыла выключить утюг.
Далия, дремавшая на диване, облокотившись о подушки, вздрогнув, привстала.
— Что опять стряслось? — низким, хриплым голосом спросила она.
Вместо Тома и Аниты над ковром вращался, левитируя, клубок переливающегося и мерцающего тёмно-синего волшебного тумана.
— То-о-ом! Ты опять за старое?! Мы, кажется, договорились! — Голос Далии теперь звучал гораздо выше и звонче.
Том, вокруг шеи которого обвилась счастливо хохочущая Анита, которую он крепко держал за лодыжки, выпал из магической субстанции, плюхнувшись на ковёр.
— Мы просто совсем немножечко покувыркались. — Том обворожительно улыбнулся, строя глазки рассердившейся супруге.
Эрни поспешил в спальню, где застал Нину, проливавшую слёзы над «подгоревшей» кофточкой Аниты.
Эрни присел рядом, обняв её.
— Ну что ты сокрушаешься, зато будет чем растопить камин, — приободрил её Эрни. — Наш дорогой цверг спалил и съел гораздо больше, и ни разу не заплакал.
Нина утерла слёзы и рассмеялась:
— Да уж, это точно. Вообще-то, он… даже забавный…
— Ах вот как, он забавный! А я скучный, значит?!
Эрни получил удар локтем под ребро и упал на кровать, притворяясь поверженным.
— Ноешь как девчонка! — Нина пнула его ногой под колено. Это было по-настоящему больно, но зато её печаль как рукой сняло, чему Эрни был искренне рад.
Из гостиной тем временем донеслись звуки какой-то новой катастрофы. Прихрамывая, Эрни пошёл спасать Тома.
Том стоял посреди комнаты, потирая ушибленный затылок, гнев Далии, однако, угас, Анита мирно полулежала в кресле-мешке, поглаживая Мистера По, её уставшие глазки слипались, несмотря на шум и суматоху. В середине комнаты на ковре образовалась новая лужа — град снова пробил ветхую, видавшую виды крышу. Дождь, правда, уже заканчивался, через пару минут солнце снова засияло, тёплые лучи, просочившиеся сквозь проломившийся шифер, заиграли на ковре, растапливая льдинки и испаряя воду.
Том потёр ладонь о ладонь и стал бормотать себе под нос что-то древневаллийское.
Далия, однако, остановила его, и Эрни понял, что ошибся насчёт её настроя.
— Нет-нет, дорогой, магии на сегодня достаточно, ты полезешь наверх и поработаешь руками по-настоящему! — отчеканила она безапелляционным тоном.
Анита и Мистер По уснули, обнявшись, не обращая на происходящее ни малейшего внимания.
— Пора бы фундаментально починить эту крышу при помощи нашего золотого запаса, — пробормотал Том, почёсывая подбородок… и дырка в крыше куда-то пропала.
— Ах, ну раз так! — Далия упёрла руки в бока и побагровела.
— Вообще-то, это не я… — Том прикрыл лицо руками, как боксёр, ставящий блок, Далия продолжала «наступать» на него. — Говорю же, не я!
— Смотрите-ка! — Нина указывала на окно в спальне, сквозь которое виднелся тротуар на другой стороне улицы. Там стояли двое прохожих, которые фотографировали их дом. К ним присоединились ещё двое зевак.
Эрни заподозрил неладное и выбежал во двор. Двор выглядел чересчур ярко освещённым даже для такого знойного дня. Эрни почему-то вспомнились вестерны, в которых ковбои скакали по каньонам.
Подняв глаза, он в изумлении открыл рот: крыша была покрыта теперь не старым шифером, а черепицей из чистого золота.
— Адалстан, — догадался Эрни.
Глава 10. Освобождение Адалстана и появление незваной гостьи
Эрни подбежал к кирпичной стене, отделявшей внутренний дворик от соседских виноградников. Подпрыгнув, он ухватился за верхний бортик и, подтянувшись так, что над стеной торчали только его макушка и глаза, оглядел соседские «угодья». Машин во дворах не было, всё было тихо и глухо. Только крупный лохматый пёс, зажмурившись, грелся на солнце с видом невинного котёнка. Перевернувшись на спину и вытянув передние лапы, он зевнул, издав звук, одновременно похожий на рык и визг, и громко клацнул зубами. Перекувырнувшись, он сел и стал чесать за ухом задней лапой, запрокинув голову.
Эрни понял, что с этим четвероногим соседом стоит быть настороже, иначе он поднимет большой шум.
Эрни подошёл к «компосту» и откинул ткань, прикрывавшую сундук. Драгоценные камни засверкали на солнце. Эрни тихонько постучал по крышке. В замке что-то щёлкнуло, крышка начала подниматься, из-под неё повалил цветной клубящийся дым.
— Ну хватит представлений, открывай скорее, — тихо, но строго поторопил Эрни гнома.
Дым рассеялся, и крышка открылась полностью.
На дне теперь почти пустого, поэтому тёмного, сундука, закинув правую ногу на левую, согнутую в колене ногу, вальяжно лежал Адалстан.
— Я понимаю, тебе так удобно, но верни, пожалуйста, всё это золото на место. Том имел в виду совсем не это, говоря о починке крыши. Кстати, подслушивать нехорошо, — начав с просьбы, Эрни перешёл к выговору, зная, что такой тон неплохо действует на Адалстана.
Адалстан нахмурился и наклонил голову, перебирая пальцами свою рыжеватую бороду.
— Адалстан скучает по своим подземельям, — сокрушённо повторил он.
— Я понял, понял. Мы с Томом что-нибудь придумаем, обещаю, просто у меня пока не было времени обсудить это с ним.
Адалстан тяжко вздохнул, с недоверием покосившись на Эрни. Эрни выдержал кратковременную паузу и снова перешёл в наступление.
— Ну, давай же, верни эту черепицу обратно в сундук: так никуда не годится! — Последние слова Эрни произнес уже твердо и напористо.
Гном отыскал в своей бороде серебристые волоски и выдернул их, скорчив болезненную гримасу.
«Каньонное» освещение пропало, золотая черепица теперь лежала в сундуке в том виде, в котором она только что украшала крышу.
— Преврати это в обычные слитки, пожалуйста. Нас не очень-то поймут, если мы попытаемся продать золотую черепицу, понимаешь? — Эрни говорил серьезно и чётко, скрестив на груди руки и глядя на Адалстана сверху вниз, как будто общался с трудным подростком.
Не поднимая глаз, Адалстан вздохнул и снова выдернул нужный волосок из бороды. Золото наконец обрело приемлемый вид.
— Я бы не отказался от чашечки чая. — В животе у цверга нарочито громко заурчало.
— Сейчас не могу пригласить тебя на кухню: у нас дома спит Анита. Пойду поищу что-нибудь в холодильнике, только не вытворяй ничего больше: сиди здесь тихо и жди меня.
Нина пила чай, доедая последний оладик с мёдом. Том варил кофе и помешивал рис: Мистер По тоже проголодался и требовал свой обед.
Далия отдыхала в гостиной, приглядывая за спящей Анитой.
Старый кот, дежуривший возле своей миски, потёрся о ноги Эрни, встав на задние лапы, так что Эрни чуть было не споткнулся.
На холодильнике стояла большая пачка с сухим кормом, Эрни достал её и насыпал коту полную миску «подушечек». Кот, понюхав их, фыркнул и недовольно посмотрел на Эрни. Будь он моложе, он, наверно, спел бы настоящую серенаду, требуя любимую отварную рыбу и жареный бекон. Но сейчас, будучи в преклонном возрасте, он был уже не способен на громкий протест.
Все же съев немного корма, он подошёл к двери и, снова встав на задние лапы, начал её царапать.