Елизавета Король – Оливковая любовь (страница 3)
После такой сладкой процедуры в голове наступило просветление, а тело, наполнившись свежестью и бессонницей, требовало крепкого чая. Расхаживая по комнате, Гиля рассматривала каждую мелочь и прислушивалась к голосам на первом этаже, и когда все звуки затихли, она осторожно спустилась на темную кухню. Хозяйничать в гостеприимном, но все же чужом доме было ужасно неудобно, и Гиля старалась максимально осторожно открывать деревянные шкафчики.
– «Я тоже люблю поздним вечером пить чай и желательно с какой-нибудь сладостью, – неожиданно раздался мужской голос за спиной Ирфунгильды, – Белла к этому времени обычно видит десятый сон, а я ложусь за полночь».
Викторио включил свет и подошел к стеклянному шкафу, откуда достал фарфоровые чашки с позолотой и, уже знакомый Гиле, кулек с шоколадными батончиками. Чайник быстро засвистел на газовой плите и хозяин дома, налив кипяток в кружки, поставил на деревянный стол пудровую вазу с пересыпанными конфетами. Над вазой повисла неловкая тишина, ведь малознакомым людям тяжело было найти тему для разговора, но все же Ирфунгильда осмелилась спросить:
– «Вы много читаете? В Вашем доме огромное количество книг, сейчас это большая редкость».
– «Читаю? Нет, я их пишу» – с ухмылкой произнес мужчина, а Ирфунгильда уставилась на него с вопросительным взглядом.
– «Не хочу показаться не скромным, – продолжил Викторио, – Но мои книги читают миллионы, людям нравится моя литература, хотя мне самому – не очень», – и он кокетливо рассмеялся.
– «Вы писатель?! Викторио…» – не успела договорить Гиля.
– «Виктория Коссе – это я» – поправил ее мужчина, причмокивая очередным шоколадным батончиком.
Ирфунгильда сглотнула горячий чай, не в силах поверить в происходящее – напротив нее, небрежно пережевывая конфеты, сидел самый известный автор современности, книги которого раскупались миллионными тиражами. Виктория Коссе стала для Гили вдохновением, триггером, который запустил в ней желание открыть в себе писательские способности, ведь она чувствовала схожие нотки с талантливой писательницей, которая в реальности оказалась пожилым мужчиной сладкоежкой.
– «Вы – женщина?! В смысле… Виктория Коссе – мужчина?!» – Ирфунгильда совсем запуталась в своих вопросительных высказываниях и заткнула себе рот шоколадной конфетой.
– «А Вы наверное представляли себе Викторию Коссе очаровательной брюнеткой, с длинными вьющимися волосами, страстным темпераментом и тягой к вседозволенности?!» – усмехнулся писатель.
– «Совсем нет! Мне казалась она скромной и неуверенной…» – неожиданно для Викторио открылась Ирфунгильда, описав ему образ девушки так похожей на нее саму.
Несмотря на то, что Виктория Коссе оказалась мужчиной, все же между известным автором и начинающей писательницей, действительно, нашлось много общего, что позволило им проговорить до самого утра. Викторию был полон загадок, тайн и волшебных историй, которыми он с удовольствием делился с Гилей, и эта поистине сказочная предновогодняя ночь подарила Ирфунгильде намного больше, чем удивительную встречу с любимым автором, что-то важнее, чем бесценные советы опытного писателя, и гораздо эмоциональнее, чем простое вдохновение. Стоило отметить, что не только Гиля была наполнена этим случайным рождественским знакомством, но и Викторио находился под приятным впечатлением от молодой, но такой талантливой и разносторонней девушки.
Когда на кухне появилась Белла, чтобы начать утренние приготовления, обессилившие от разговоров писатели все еще сидели в креслах. Их глаза, казалось, давно уснули, неприличная зевота мешала продолжать беседу и лишь неугомонные сердца все еще жаждали общения. Белла с негодованием взглянула на опустошенный заварной чайник, пудровую вазу полную фантиков и начатый домашний мармелад, который она припрятала к праздничному столу.
– «Шли бы вы уже спать, господа – писатели! Тем более, что вы, как я вижу, успели позавтракать!»
Ирфунгильда с трудом поднялась в гостевую комнату и, взяв со столика чистый блокнот и карандаш, укуталась мягким одеялом. Ей хотелось на бумаге оставить след о сегодняшней ночи: мысли, эмоции, то, о чем забыла спросить… Вдруг это был сон или ведение?! Возможно, судьба не даст ей еще один шанс! Но коварный ветер, монотонно завывая под окнами, убаюкивал сонную девушку, вынимая из ее руки карандаш и пряча белоснежный блокнот под пуховую подушку.
К полудню, сквозь бархатные шторы песочного цвета, солнце настойчиво билось в окно, вместе с холодным ветром и усилившимся за ночь морозом. Поверить в реальность происходящего было практически невозможно и Гиля перебирала в памяти вчерашние события, шаг за шагом, с того самого момента как на своей старенькой шкоде покинула коттеджный поселок.
Натянув огромные валенки, она осторожно спустилась вниз и огляделась, мечтая остаться незамеченной, но горластая Белла уже давно услышала скрип деревянных ступеней:
– «Доброго дня, моя дорогая! Как спалось тебе в эту морозную ночь на новом месте?»
– «И Вам доброго дня! Если честно, то я подумала, что мне приснился весь вчерашний день! Разве возможно такое наяву?!» – прошептала Гиля осипшим, от ночных бесед, голосом.
– «Викторио в полнейшем восторге от тебя! Весь завтрак только и говорил о твоем таланте, проницательности и трогательной индивидуальности, заказал твои книги, а это дорогого стоит!» – не умолкала Белла, а Гиля искренне стеснялась, но была невероятно счастлива слышать эти добрые, согревающие душу слова.
Завтрак, а точнее сказать уже обед, не уступал вчерашнему ужину: блины с семгой в сливочном соусе, свежая выпечка, облепиховый чай с мятой, с чабрецом, с шиповником, ароматный турецкий кофе, приготовленный в турке на печи… у Гили разбегались глаза от изобилия.
– «Белла! Как же у вас тепло и уютно! А про Ваши кулинарные способности я напишу отдельную книгу, – засмеялась Гиля, – Я так благодарна за время, проведенное с вами, лучшего подарка к Новому году и представить нельзя! Но мне пора возвращаться в свою одинокую берлогу. Я могу попрощаться с Викторио?»
– «Деточка, Викторио уехал в город, но думаю через пару часов вернется. Может ты останешься у нас на праздники?»
Конечно, Гиле совсем не хотелось покидать этот гостеприимный дом с его прекрасным хозяином и добродушной Беллой, но все же она нашла в себе силы отвергнуть, возможно, самое желанное приглашение в своей жизни.
Натянув свои старые неудобные ботинки, девушка сразу почувствовала себя одиноко и на ее счастливом лице отобразились грустные нотки, заставив Беллу печалиться и причитать. Уложив большой пакет с угощениями на заднее сидение старенькой шкоды, хозяйка еще долго махала рукой в след отъезжающему автомобилю.
Глава 3
Расчистив ворота, Гиля резко надавила на педаль газа и перепрыгнула образовавшийся на въезде сугроб так, что шкода жалобно заскрипела, а видеорегистратор и вовсе оказался под сидением. Сунув его в карман, девушка поспешила в дом, забыв угощения Беллы и замороженные продукты, приобретенные в супермаркете еще вчера вечером. Впервые за последнее время ее голова была наполнена литературными мыслями, вдохновением и сюжетными идеями, которые не терпелось изложить на бумаге, а точнее в ноутбуке.
Пару поленьев тлели в камине, поддерживая маломальское тепло и тускло освещая темную комнату, когда Ирфунгильда, наконец, оторвалась от яркого экрана компьютера. В окне висела вечерняя луна, настенные часы даже не пытались показывать правильное время, и только хвойный друг подмигивал зелеными глазами. Несколько раз перечитав первую законченную главу, Гиля нехотя поплелась к машине за покупками, ведь утренние блины с семгой и чай с чабрецом давно превратились лишь в приятные воспоминания.
«Белла! Жаль, что не могу обнять Вас!» – чуть не заплакала Гиля, доставая из пакета новенькие валенки молочного цвета и заледенелые, но все еще ароматные булочки с корицей. Поставив чайник, девушка положила валенки к камину, чтобы нагреть их так же, как это делала Белла, а потом, за чашкой горячего чая со сдобой, в теплом мягком войлоке, мысленно вернуться в дом обожаемой писательницы Виктории Коссе.
В таком расслабленном состоянии Ирфунгильда развалилась на диване, дожевывая последнюю булку и все еще любуясь войлочной обновкой. В бедро уперлось что-то жесткое и Гиля вытащила из кармана видеорегистратор, который подтолкнул ее к мысли пересмотреть кадры вчерашнего вечера. Безлюдное заснеженное шоссе на экране снова наполнило сердце предвкушением волшебных событий и Гиля нажала на паузу, когда встречная машина танцевала на обледенелом перекрестке. На записи видеорегистратора отчетливо было видно, как седан, с большой шапкой снега на крыше, сбивает Викторио и уносится с места происшествия, оставив за собой лишь снежный ветер. К сожалению, на черно-белом видео невозможно было определить точный цвет автомобиля и полностью разглядеть его номер, но все же некоторый данные, еще не понимая зачем, Ирфунгильда отобразила на чистом листе. «Цвет – светлый, регистрационный знак содержит символы 12ВК» – вывела она красивым почерком и, удовлетворенная проделанной работой, залезла под теплое пуховое одеяло.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».