Елизавета Горская – Между строк и лжи. Книга I (страница 5)

– Моя спутница немного заблудилась, – продолжил он с легкой улыбкой. – Но я ее уже нашел.

На секунду повисла напряженная тишина.

Мадам Роусон вскинула бровь, скользнув оценивающим взглядом по Вивиан, затем по ее «спутнику», которого она, по-видимому, хорошо знала.

Тяжелые складки бордового платья дрогнули, когда хозяйка борделя слегка наклонила голову и коротко кивнула.

– Как скажете, лорд… – она намеренно не закончила фразу, но мужчина только с ухмылкой склонил голову в ответ.

А через мгновение Вивиан уже шагала к выходу, деликатно, но твердо направляемая неизвестным спасителем.

Оказавшись на улице, Вивиан резко дернулась, пытаясь вырваться, но пальцы мужчины лишь чуть крепче сомкнулись на ее локте – не больно, но достаточно твердо, чтобы показать: он не намерен отпускать ее вот так просто.

– Спокойнее, мисс, не стоит терять достоинство. – Его голос был низким, с ленивой, почти небрежной насмешкой, но в этой бархатной мягкости чувствовалась сталь. – Убегать – дурной тон. Особенно для леди. – Он чуть наклонил голову, разглядывая ее с неприкрытым интересом. – Так что же заставило столь изысканную даму ступить в логово порока? Скажете сами, или мне угадать?

Холодный ночной воздух прошелестел по коже, остужая разгоряченные щеки. Где-то вдалеке, на соседней улице, прозвенели колокольчики проезжающего экипажа, а у пристани, скрытой за домами, тоскливо гудел пароход.

Вивиан резко вскинула подбородок.

– Я не имею ни малейшего желания отвечать на ваши вопросы, сэр, – отчеканила она, резко вырывая руку.

Он не возражал – не последовало ни резкого движения, ни попытки остановить ее, – только легкая, еле заметная усмешка, словно он смотрел не на женщину, а на неразумного ребенка, который упрямо играет в несвою игру.

– Как скажете. – Он наклонил голову, будто соглашаясь с ее правом на дерзость.

Затем изящным жестом, с той небрежной грацией, какая бывает лишь у людей, привыкших командовать, указал на экипаж. Дверца уже была распахнута, словно кучер знал заранее, что хозяин вернется не один.

– Тогда, возможно, вам больше по душе беседа с теми джентльменами, что сейчас выбежали из борделя? – мягко поинтересовался он, чуть склонив голову набок.

Вивиан бросила быстрый взгляд назад. Действительно, у дверей «Розы и Лилии» уже собралась небольшая группа мужчин. В свете газовых фонарей тускло поблескивали золотые цепочки часов, некоторые из них тревожно осматривали улицу, а один даже достал из кармана платок и нервно вытирал шею.

У нее сжалось сердце. Если они ее поймают, последствия будут куда хуже, чем просто неприятный разговор. Она перевела взгляд на своего «спасителя». Ему явно нравилась эта игра. Сжав губы, Вивиан резко шагнула к экипажу и вскочила внутрь, одаривая мужчину раздраженным взглядом. Он, разумеется, последовал за ней.

Дверца с глухим стуком захлопнулась, и лошади двинулись вперед, выбивая по мостовой ровный ритм.

Запах лакированного дерева и кожи смешивался с легким ароматом табака – его костюм едва уловимо пах дорогими сигарами и сандалом. Вивиан сидела напротив, упрямо скрестив руки и отвернувшись к окну, стараясь не замечать пристального взгляда своего спутника.

Карета мерно покачивалась на колесах, за окнами мелькали редкие газовые фонари, освещая ее точеный профиль с все еще покрасневшими от волнения щеками.

Мужчина не торопился нарушать тишину. Он просто наблюдал.

Вивиан чувствовала его взгляд и злилась на себя за то, что зачем-то подметила оттенок его глаз, этот теплый цвет выдержанного виски.

– Неужели вам совсем не любопытно, кто я? – наконец заговорил он.

Вивиан чуть заметно вздернула бровь, но продолжала смотреть в окно.

– Если вы ждете, что я начну выпрашивать ваше имя, боюсь, разочарую вас, – бросила она, не глядя.

Мужчина чуть подался вперед, и свет газового фонаря мягко скользнул по его лицу, на мгновение выхватив из полумрака ровную линию скулы и уголки губ, изогнутые в полуулыбке.

Но стоило пламени дрогнуть – и все снова скрылось в тени, оставив лишь тонкую серебряную линию света на ткани его безупречно сшитого сюртука.

– А если я скажу, что мы еще встретимся, мисс… – он выдержал почти незаметную паузу, явно ожидая, что она назовет свое имя.

– О, уверена, что не встретимся, – сухо отозвалась Вивиан, скользнув по нему оценивающим взглядом. – Если только вы не имеете привычки спасать женщин из борделей каждую ночь.

Он чуть приподнял бровь, и уголки его губ дрогнули в усмешке.

– Спасать? – переспросил он, чуть наклоняя голову. – Уж не думаете ли вы, что я действовал исключительно из благородных побуждений?

Вивиан сжала губы.

Конечно, она не верила в случайности. Этот человек сидел за тем самым столом в дальнем зале. Он видел ее там. И теперь она ощущала это знание в каждом его взгляде, в каждом слове, наполненном скрытым смыслом.

Карета покачивалась, словно пытаясь сбить ее с толку. Вивиан сжала блокнот так, что корешок затрещал, но лицо оставалось непроницаемым – этому научили годы в редакции, где мужчины видели в ней мишень для насмешек. Незнакомец наблюдал за ней, полуприкрыв веки, как кот, решивший поиграть с мышью до заката. Его пальцы медленно гладили бархат сиденья, оставляя едва заметные вмятины на ткани.

– Если вы желаете получить благодарность, боюсь, мне нечем вас одарить, – ее голос прозвучал ровно, но под перчаткой ногти впились в ладонь.

– О, я не настолько мелочен, – усмехнулся он, откинувшись на спинку сиденья. – Мне куда интереснее выяснить, чем занималась… – он сделал вид, что подбирает слова, но в его голосе чувствовалась игра, – одна любопытная журналистка в столь сомнительном заведении.

Вивиан не выдала удивления, хотя внутри все сжалось.

Он знал: ее профессию, причину визита в бордель – слишком много для человека, которого она встретила лишь полчаса назад.

Она выдержала его взгляд, хотя в груди сердце колотилось так, будто пыталось вырваться из корсета.

– Не думаю, что это вас касается, сэр.

Он рассмеялся – негромко, но с той ленивой уверенностью, от которой ее пальцы непроизвольно сжались в кулак.

– Боюсь, это касается меня куда больше, чем вам хотелось бы, – заметил он и провел рукой по лацкану сюртука, убирая несуществующую пылинку с той грацией, которая бывает лишь у людей, привыкших держать власть в своих руках.

Затем он чуть подался вперед, отбрасывая тень на ее колени.

– А теперь, может, начнем с основ? Как вас зовут?

Вивиан промолчала, глядя в окно. Снаружи сквозь стекло пробивался свет фонарей, отражаясь на гладкой поверхности, словно размазанные капли янтарного коньяка.

Сердце все еще билось слишком быстро, но она не собиралась облегчать ему задачу.

– Ну конечно, – протянул он, с явной усмешкой. – Вы ведь предпочли бы, чтобы я разузнал это сам. – Он чуть наклонил голову. – Что ж, мне по душе вызовы.

Он наклонился вперед, благодаря чем Вивиан смогла разглядеть его получше: высокие скулы, резкие, но благородные черты лица, выдававшие породу, но не смиренность, безупречно выбритый подбородок. И глаза, цвета дорогого бурбона, которые смотрели на нее с ленивым презрением – как если бы он изучал интересную, но предсказуемую книгу, сюжет которой знал наперед.

– Вы ведь журналистка, верно? – негромко произнес он, словно не сомневался в этом ни на секунду. – И, судя по всему, влезли туда, куда вам не следовало.

Вивиан едва заметно напряглась, но взгляд ее остался холодным.

– А это не вам решать, – отчеканила она.

Он склонил голову, будто изучая ее заново, затем чуть усмехнулся, но не откинулся назад – напротив, наклонился ближе, и свет газового фонаря мягко заскользил по безупречным лацканам его сюртука.

– А вот здесь вы ошибаетесь.

Голос его был спокоен, почти ленив, но под этой ленцой чувствовалась скрытая власть.

– Видите ли, мисс… – он нарочито замялся, позволяя ей самой заполнить пробел.

Вивиан сжала губы, и он усмехнулся.

– Ну хорошо. Пусть пока просто «мисс». – Его глаза заискрились весельем, но голос остался ровным. – Так вот, если бы вас поймали, последствия могли быть… печальными.

– Благодарю за беспокойство, но я умею о себе позаботиться, – процедила Вивиан.

– О, я заметил. – Он небрежно откинулся на спинку сиденья, вытянув ноги вперед. – Вы почти незаметно подкрались к двери и почти успели скрыться.

Он выделил это «почти» с едва уловимой насмешкой, и Вивиан почувствовала, как у нее начинают гореть щеки.

Она встретилась с ним взглядом, стараясь не выдать досаду, но по тому, как уголок его губ чуть дрогнул, было ясно – он читал ее, как раскрытую книгу.

– Так что же теперь? – бросила она, скрестив руки на груди.

Мужчина слегка склонил голову, продолжая смотреть на нее с той же ленивой уверенностью, но теперь в этом взгляде читался интерес – как будто он пытался разгадать ее и сложить части головоломки воедино.

– Теперь, мисс, – он откинулся назад, сцепив пальцы, и его тон стал почти небрежным. – Вы расскажете мне, что именно ищете, и, возможно, я придумаю, как помочь вам.

– Почему я должна вам верить? – Вивиан прищурилась.