Элизабет Скотт Рорик – Мистер и миссис Кугат: Свидетельство счастливого брака (страница 2)

Здесь она присутствовала собственной персоной, и выглядела именно так, как Лиз хотела выглядеть сама, – покойная Хеди Ламарр.

У нее были глубокие дымчатые глаза, широкие темные губы и развевающаяся бронзовая грива волос. Ей очень шло золотое ламе и квадратные изумруды.

– Ну, Джордж! – сказала она, когда миссис Кугат на счет "десять" чуть не упала.

– Это мило! – продолжила Майра, голосом которой был приятный и, конечно же, хрипловатый.

Вечеринку на мгновение захлестнул водоворот приветствий и представлений, но затем она снова пошла своим чередом, и Лиз обнаружила, что ее уносит в незнакомое русло, изрядно выпитый старомодный шотландский виски.

Мистер Минк, однако, оказался в некотором роде утешителем. Ему показалось, что миссис Кугат симпатичная, и он сделал ей комплимент.

Тот факт, что все что сказал мистер Минке Лиз, казалось, не имело никакого значения для остальных участников вечеринки, и никто не придавал этому особого внимания, кроме самой миссис Кугат, которая была благодарна ему – как оказалось, ошибочно.

Появлялась и исчезала прислуга с подносами, где стояли напитки.

Лиз подумала, что, выпивая таким образом в неизвестности, человек не чувствует себя в безопасности.

Пробило уже десять вечера, но тема ужина так и не была затронута. Джордж и Майра продолжали сидеть вдвоем на диване, окруженные восхищенными членами Старой гвардии. Все, о чем они говорили, встречалось одобрительными возгласами.

Лиз ничего не слышала, но, наблюдая за ними краем глаза, ее начало охватывать когда-то знакомое чувство спокойствия и благоговения.

Мистер Кугат был привлекателен. Она просто так привыкла к нему, что забыла об этом. Женщина снова посмотрела на него, и заметила в нем таинственность.

Ее последний розовый напиток, вызвал в ней бурю эмоций. К этому времени, вероятно, было уже слишком поздно что-либо исправлять.

Кори в соседней комнате, тоже с большим количеством поклонников, готовил свое старое фирменное блюдо, что-то вроде декадентской хулы.

У ее ног, задумчиво подняв глаза, мистер Минке обнажил свою душу, он сказал, что, Майра, конечно, не понимала его и была стервой, но при этом слишком хороша для него.

История о том, как он стал королем соленого арахиса, продолжалась.

Однако, каким бы бесконечным это ни казалось, хозяйка положила этому конец, внезапно объявив, что она пьяна. – Котенок? Старая дырявая нога? Продолжай! Может, нам нужно немного еды. Как насчет того, чтобы немного поесть?

Предложение было принято с восторгом, но, к несчастью для старой Пустотелой Ноги, которая тем временем тихо отключилась. Прошел добрый час, прежде чем было принято окончательное решение о вигваме, придорожном кафе в тридцати милях на берегу озера.

Миссис Кугат обнаружила, что едет туда с королем соленых арахисов, которого она теперь называла Марко. Но, по ее признанию, винила в этом только себя.

Было достигнуто общее понимание, весьма очевидное, но тактично не высказанное, что мистер Кугат и Майра хотели побыть наедине, и теперь они сидели вдвоем в родстере Минке Бугатти.

Джордж, казалось, был немного удивлен таким раскладом и продолжал высматривать среди толпы свою жену.

Кто-то сказал, что она и Марко едут вместе на ее машине, и, чтобы подлить масло в огонь, этот кто-то даже лукаво намекнул, что они хотели бы остаться на едине.

Узнав об этом, Марко так обрадовался, что Кори это не понравилось. Миссис Кугат теперь поняла почему.

Последние двадцать миль она проехала, ведя машину левой, прикрывая правой и упираясь локтем Марко в живот.

– Что с тобой, милая? – пробубнил он, на время успокоенный быстрым ударом по голени. – Я просто не понимаю.

– Не бери в голову, – пробормотала она, сильно нажимая на акселератор. – Мы все совершаем ошибки.

– Подумайте о старушке Майре и ее приятеле, – задумчиво подметил он через некоторое время, а затем с восхищением добавил: – Она не такая уж и холодная, как репа!

Миссис Кугат еще больше похолодела от беспокойства. Она, подумала, что, вероятно, никогда больше не увидит Джорджа.

Однако мистер Кугат и миссис Минке застали ее за поеданием лягушачьих лапок в вигваме, и они выглядели невозмутимыми и безукоризненно чистыми.

– Что тебе нужно, детка, так это помощь, – заботливо сказал Кори, когда Лиз с облегчением остановилась в дверях столовой.

– И обтирание тоже, – отрезала она и устало направилась в раздевалку.

После ужина женщина почувствовала себя немного лучше, но ненамного.

Еда была вкусной, а музыка – приятной, и отличное развлечение. К тому же вскоре Марко исчез, и она обнаружила, что за ней присматривает мистер Мартин Дюпре, казначей, который показался ей довольно милым. Но, подумала, кипя от негодования, как она могла радоваться кому-то или чему-то, когда мистера Кугата увели прямо у нее из-под носа. И, очевидно, теперь она потеряла его.

Правда, он помахал ей рукой, когда Майра вошла, и сказала: "Все в порядке, Лиз?" – с фамильярным выражением лица, она ринулась танцевать.

–Ишь ты, – Лиз жалобно шмыгнула носом. – Как он мог вот так просто бросить меня после стольких лет, проведенных вместе? – Но она могла это понять.

Майра, очевидно, показала настоящего Джорджа Кугата, блистательного Джорджа.

Сидя рядом с мужем, непринужденная и милая, Лиз подталкивала его к небывалым высотам. Прямо сейчас он был забавен.

"Расскажи, Джордж, свою старую любимую сказку о близнецах в спальном вагоне", – крикнул кто-то в перерывах между приступами, и миссис Кугат начала рассказывать историю, которую он никогда в жизни не слышал.

Когда танцы возобновились, люди за другими столиками повернулись, чтобы посмотреть.

У Майры, всегда смотревшей в зеркало с закрытыми глазами, захватывало дух. Танцуя с мистером Кугатом, она держала их закрытыми. Джордж кружился и опускался, поглощенный и экспрессивный.

Миссис Кугат, танцующая с Мартином Дюпре, который был весел и любил румбу, была вынуждена в отчаянии отвести от них взгляд.

Вскоре он прервал ее, радостно напевая. – Весело проводишь время, милая? – спросил Джордж, но прежде, чем она успела пропустить ком в горле, чтобы ответить, кто-то другой прервал его.

"Наверное, это и к лучшему, " подумала она и чуть не расплакалась.

– Пойдем в бар, – беспечно предложила Лиз своему новому партнеру. – Я хочу еще одну такую розовую штучку.

Ее новым партнером был мистер Спинелли, владелец "Вигвама". – Не пей это пойло, девочка, – с чувством попросил он. – Давай я принесу тебе что-нибудь из своих вещей.

Она поблагодарила его, утешила – хоть кто-то заботился о ней. Чувствуя себя совершенно особенной и значительно окрепшей (собственные вещи мистера Спинелли, "Отард", 1848), миссис Кугат вернулась к столу и услышала, как Джорджа и Майру уговаривали что-нибудь спеть.

– Когда-то они чудесно пели вместе, – сказал кто-то стоящий в сторонке.

Мистер Кугат скромно ответил, – я не пел много лет и не знаю слов ни к чему новому.

Это вызвало бурю недоверия.

Джордж не собирался сидеть там и рассказывать всем, что просто позволил своему голосу заржаветь и пропасть зря.

– Разве вы с Элизабет никогда не пели вместе, Джордж? – Нежно спросила Майра.

Миссис Кугат, которая терпеть не могла "Янки Дудл", почувствовала, что ее акции снова упали.

– Нет, если это хоть как-то может помочь! – беспечно вставила она, надеясь, что фраза прозвучала весело.

Джордж с Майрой все же исполнили пару старых песен, чтобы подбодрить всех.

– Делай, делай, делай то, что ты делал, делал, делал раньше, детка, – жестикулируя и напевая "Лунный свет на Ганге", а потом склонили головы друг к другу.

Обоих встретили радостными возгласами, а руководитель оркестра подошел и попросил их подойти к микрофону. Но миссис Минке, выглядевшая не менее сияющей, казалась совершенно измученной.

– Дорогой, – сказала она мистеру Кугату, – я устала, и мне плохо, отвези меня домой.

– Где Марко? – спросил он, оглядываясь.

– Наверное, опять в постели с прислугой, я полагаю, бедняга так озабочен сексом, – она обошла вокруг стола Мартина Дюпре. – Мы с Джорджем хотим завтра покататься верхом на лошадях, Марти, – сказала она, положив свою прекрасную руку на затылок мистера Дюпре.

На что Джордж ответил, что все его бриджи изъедены молью.

–Можно, я приведу его домой после обеда и надену на него твои штаны? – спросила она у Дюпре.

Миссис Кугат заскрежетала зубами. Конечно, она могла бы знать, что Джордж, женившись, лошадей тоже бросил.

– Поло! С женой, которую нужно содержать?" – обычно спрашивал он.

Лиз это слышала и раньше. И все же, из вежливости, он мог бы опустить эту историю. Подумала она.

– Вы ведь не возражаете, правда? – неожиданно спросила миссис Минке, взглянув на миссис Кугат, по-видимому, в первый раз.