Элизабет Пауэр – Битва двух сердец (страница 2)

– И вы, естественно, хотите видеть малыша? – Лорен должна была уступить. – Боюсь, сегодня это уже невозможно – он спит.

Она почувствовала напряжение, исходящее от мужчины, и впервые обратила внимание на темные круги у него под глазами – вероятно, их причиной стала недавняя гибель его брата.

– Ясно. – Казалось, Эмилиано успокоился. – Но ты нет, Лорен. Я хочу, чтобы ты понимала мои намерения. Мне будет недостаточно лишь изредка видеть собственного племянника.

Лорен почувствовала головокружение и тошноту. – Что вы хотите этим сказать? – осторожно спросила она.

– Этот ребенок – Каннаваро. Будет правильно, чтобы он жил со своей семьей.

– Он живет со своей семьей! – Лорен покраснела от возмущения.

Он окинул взглядом ее более чем скромную кухню – растрескавшаяся раковина, крепкий дубовый стол, немало успевший повидать на своем веку, шкаф у дальней стены. Эмилиано вновь обратил на нее свой взгляд, упрямо поджал губы.

– Ты действительно думаешь, что здесь можно растить ребенка?

Его осуждение больно задело Лорен. Когда-то в этом доме она жила вместе с двумя любящими родителями и сестрой… Она решила не показывать ему своей печали.

– Да, возможно, это не дворец, где, как вы считаете, ему следует жить, – теперь она по-настоящему опасалась Эмилиано, – но я уверена, что при должном воспитании из этого небогатого дома Даниель вынесет больше, чем из стерильного дворца, который вы называете домом.

Мужчина стиснул зубы. Лорен уже видела это выражение: в тот момент, когда они слились воедино.

– И что ты или твоя сестра знали о человеческих ценностях? – вкрадчиво спросил он.

Лорен боролась с воспоминаниями об их обнаженных горячих телах.

– Тебе кажется, что ничего, – ответила она.

Конечно же, Эмилиано не слушал каких-либо объяснений, когда клеймил их с Викки. Лорен не собиралась убеждать его в обратном. По всей видимости, Эмилиано хотел приписать к ее прегрешениям похищение несовершеннолетних детей.

– Что же ты думаешь о моем доме?

Как ни странно, она никогда не представляла его только на швейцарских курортах, где отдыхали все богатые и знаменитые, или в стильном офисе, в самом центре его империи.

– Предпочитаю не тратить время на что-то подобное.

– Даже тогда, когда там, вероятнее всего, будет жить твой племянник?

Лорен заставила себя прикусить язык. Уже давно прошло время, когда ее волновало то, что думал о ней Эмилиано Каннаваро. Ей все еще могло быть стыдно, но эти воспоминания уже не причиняли боли. Она отряхнулась, стиснула зубы и просто продолжила жить. Но больше Эмилиано Каннаваро не был просто воспоминанием.

Теперь власти у него было хоть отбавляй. Эмилиано легко мог сделать ей больно, так и поступит, если она позволит ему отнять у нее самое дорогое.

– Эмилиано, мне не нужно думать о том, где дальше будет жить мой племянник, – решительно сказала Лорен. – Я точно знаю, что он останется со мной. Таковым было желание моей сестры, если что-нибудь с ней случится, я должна заботиться о Дэнни, пока он не достигнет совершеннолетия.

– Она не имела права поступать так, пока отец ее ребенка был жив.

– Сестра имела на это полное право! – бросила Лорен в ответ. Она была возмущена его высокомерным отношением. – К тому же она никогда бы не пожелала такого, если бы Анджело был достойным мужем и отцом!

– Ты говоришь о человеке, которого она использовала?

«Я отберу у него каждое пенни, которое мне причитается!»

Лорен не хотела вспоминать ядовитые слова Викки, которые она произнесла в тот трагический день, одиннадцать месяцев назад, когда ушла, чтобы встретиться с Анджело, оставив с ней шестимесячного Дэнни.

Это воспоминание повлекло за собой другое. Например, то, что рассказала ей Викки в день ее свадьбы.

– О, не пойми меня неправильно. Я не оправдываю Анджело.

Лорен склонила голову.

– Действительно?

– Ошибки моего брата были очевидны.

Щеки Лорен запылали.

– Я приехал сюда не для того, чтобы воскресить то, что произошло между нами, – поведал он холодно. – Хотя, чем черт не шутит, если бы где-то давали приз за то, как свести мужчину с ума, ты бы легко взяла его, дорогая. Ты точно не противилась угодить мне в ту ночь, которую мы провели вместе.

При мыслях об их близости тело Лорен сладко заныло, несмотря на то что она покраснела от гнева.

Так или иначе, ей удалось сказать следующее:

– Эмилиано, избавь меня от своих колкостей. Он засмеялся, наслаждаясь ее замешательством и смущением.

– Конечно. У меня есть гораздо более важное дело.

Например, отнять у нее Даниеля.

– Приди в себя! Неужели ты думаешь, что я просто так отдам ребенка моей сестры?

Эмилиано улыбнулся той самой улыбкой, которая привлекла ее к нему два года назад. Та самая улыбка, из-за которой она больше не могла смотреть на других мужчин.

– Конечно же, я жду, что ты отдашь мне Даниеля без боя. Естественно, ему нужно будет привыкнуть ко мне, и, естественно, ты будешь вознаграждена за то время, пока заботилась о нем.

Лорен не могла поверить в то, что он говорил. – «Вознаграждена»? – Она метнула в него это слово так, словно оно было отравлено дротиком. – И во сколько же ты оценишь Дэнни?

Эмилиано взглянул на нее почти с презрением. – Не знаю, что ты там себе нафантазировала, но я не собираюсь выкупать у тебя ребенка. Я просто возмещаю тебе ту потерю заработка, которая имела место во время того, как ты ухаживала за ним. Но если тебя это волнует, я позволю тебе самой назвать цену. В пределах разумного. Я уверен, что нам удастся найти компромисс.

– О, неужели?! Ты думаешь, что можно купить все, что угодно, не так ли? Жаль разочаровывать тебя, Эмилиано, но в ближайшее время я не имею никакого намерения отказываться от племянника. Так что бери свою дорогую машину и толстый бумажник и возвращайся в холодную, сырую пещеру, откуда ты вышел, потому что Даниель ни при каких обстоятельствах не уедет с тобой! Не сейчас. Никогда!

Эмилиано ухмыльнулся. Некоторое время он размышлял над тем, что она говорила.

– Видимо, я зря думал, что мы сможем решить проблему полюбовно. Стало быть, я ошибся? – спросил он. – Хочешь, чтобы я обратился в суд?

«Тот, который безоговорочно удовлетворит его иск?»

Лорен не собиралась показывать испуга и ответила:

– Если потребуется, обращайся.

Он щелкнул языком.

– Мисс Вествуд, вы ведете себя неразумно. – Между ними разверзлась пропасть. – Я недооценил тебя, когда думал, что мы сможем обойтись без участия дорогих адвокатов. Или ты думаешь, что при помощи суда сможешь выиграть этот раунд?

– Какой же ты мерзкий! – Лорен пылала злобой.

– Но что, как ты думаешь, скажут обо мне в суде?

Она посмотрела на него искоса.

– Это угроза?

– Нет, просто совет. Подумай нам моими словами.

– Можешь засунуть подальше свои советы!

Он тихо засмеялся.

– Вот ведь характер!

Он двигался ей навстречу. Лорен отступала, пока не почувствовала спиной буфет.

Не смея дышать, она стояла как вкопанная, не сводя с него испуганных глаз. Руки Эмилиано опустились на крышку комода по обе стороны от нее, удерживая ее на месте.

– Знаешь… Это было первым, что привлекло меня в тебе помимо… – Лямка ее комбинезона соскользнула с плеча, так, что теперь он мог видеть очертания ее обнаженной груди.

Лорен всегда считала свою грудь слишком большой – особенно на фоне тонкой талии и узких бедер. Словно в ответ на его горячий взгляд, Лорен почувствовала, как ее соски напряглись под мягкой хлопковой майкой.

– То, как ты пыталась осадить меня, что бы я ни сказал.