Элизабет Мун – Меч наемника (страница 95)

Герцог подмигнул ей, и Пакс покраснела:

— Благодарю вас, мой господин.

Когда герцог ушел, Пакс посмотрела вслед отступающей колонне и удивилась: ей показалось, что бой длился очень долго, а между тем даже половина отряда противника еще не скрылась в лесу.

Наскоро перекусив, колонна герцога и его союзников начала преследование. Вскоре один из дозорных сообщил:

— Синьява остановился и перестраивается на небольшом холме, за поворотом дороги.

Колонна втянулась в лес, и Пакс, очутившись в тени деревьев, вдруг ощутила жжение на груди, в том месте, где висел медальон Канны. Она насторожилась, сама не зная почему. Маршируя в первой шеренге, она внимательно вглядывалась в окружающий лес. Заметив вдруг металлический блеск чуть в стороне, буквально в паре шагов за конным дозорным из роты Кларта, она на мгновение застыла в ужасе, а затем громко крикнула:

— Засада! По левому флангу противник!

— Что?! — Стэммел метнулся к левой стороне колонны. — Тир! Когорта, в каре — становись!

Арколин лишь продублировал команду мгновением позже. С другой стороны донесся рев герцога:

— Занять круговую оборону!

Охранение уже вступило в бой, но силы были явно неравными — уцелевшие всадники быстро отступили вплотную к колонне.

— Быстро на место! — подтолкнул Пакс Стэммел; она поняла, что ни разу не была в каре в роли капрала и поэтому встала не туда, куда было нужно. — Давай на угол, живее!

Над колонной прокатился голос герцога:

— Рота, в единое каре становись!

Когорты сомкнулись, ощетинились во все стороны мечами, выставили перед собой щиты. Одновременно со всех сторон из леса вынырнули солдаты противника. Пики первых двух шеренг ударились в щиты защищающихся. Стоя на углу, Пакс впервые оценила «преимущества» капралов в бою: не две, а четыре пики одновременно метнулись к ней. Не то что нанести удар — она едва успевала отражать уколы противников, нацеленные на нее с двух сторон.

Словно вторя буре на земле, на небе, с утра затянутом тучами, прогремел гром, сверкнула молния и полил сильный дождь. Пакс едва успевала стряхивать катившиеся по лицу и заливавшие глаза капли. Видимо устав и промокнув, противник чуть ослабил натиск. Между раскатами грома Пакс услышала, как герцог и Арколин обменялись отрывистыми фразами. Затем до нее донесся голос Стэммела:

— Левый фланг — аккуратно, медленно, на полшага вперед — перестраиваемся вдвое, раз-два!

По команде Пакс привычно сделала короткий шаг левой ногой вперед и отступила на шаг в сторону. В образовавшиеся просветы в строю втиснулись бойцы из второй шеренги. Пакс воспользовалась увеличившейся плотностью строя и, резко поднырнув под пику, ткнула в живот давно досаждавшего ей противника. Тот застонал и повалился на землю, держась за живот.

— Стоим на месте! — перекрикивал бой и ливень Стэммел. — Никто не лезет вперед! Держать строй!

Еще один раскат грома чуть не оглушил Пакс, а вспышка молнии на миг ослепила не только ее, но и всех сражающихся. Замерев на секунду, бой возобновился с новой силой. В сумерках за плотной завесой дождя Пакс воспринимала противника лишь как темную шевелящуюся массу, из которой к ней тянулись жала пик. Вражеские солдаты перестали давить вперед, но и не отступали.

Бой продолжался до темноты. Единственное, что было в силах окруженных, они сделали — удержали строй. Противник, отойдя за ближайшие деревья, явно не в состоянии добиться желаемого результата, остановился, но отступать, снимая кольцо, не стал. Ночь так и прошла под дождем — окруженные по очереди сидели и стояли в строю, перетащив раненых в центр каре и укрыв их плащами; окружившие тоже мокли, но, по крайней мере, смогли разжечь костры и поесть. У солдат Пелана со вчерашнего дня во рту не было ни крошки. Единственной приятной новостью стало известие о том, что рота Хальверика, сопровождавшая чуть отставший обоз и раненых, не попала в кольцо и без особых потерь отбилась от лобовой атаки, даже рискнув перейти одним взводом в наступление и изрядно потрепав арьергард нападавших.

Рассветало. К удивлению Пакс, настроение солдат не было подавленным. Кто-то пытался шутить, многие всерьез обсуждали, куда стоит пробиваться — назад, к Хальверику, или вперед, уводя противника от обоза с лазаретом и рассчитывая на встречу с сореллинцами. То и дело над их головами раздавался характерный свист стрелы. Время от времени из леса в ответ слышался стон или крик боли. Отлично, подумала Пакс, значит, стрелкам Кракольния удалось сохранить сухой запасную тетиву их луков. Когда же шеренга охранения противника вдруг резко разошлась в две стороны и из-за нее вышел строй арбалетчиков, Стэммел, хоть и присел, как и все, за щитом, но ободрил остальных:

— Не бойтесь. Все будет нормально.

И действительно, рой стрел, не долетев до первой шеренги, вонзился в землю. Стэммел пояснил:

— Арбалет — штука мощная, но дождь действует на него куда хуже, чем на лук. Чтобы достать нас, им придется далеко продвинуться вперед. Они должны подойти, и я что-то не наблюдаю у них энтузиазма по поводу этой идеи.

— Точно, — согласился Арколин. — Надо признать, что засада была спланирована удачно, хотя и не безупречно: я имею в виду оставшуюся у них в тылу роту Хальверика. Но главное, что благодаря нашему упорству у этих болванов не хватило сил воспользоваться своим преимуществом. Разумеется, я был бы рад, если бы они прониклись этой мыслью и спокойно пропустили нас, когда мы пойдем вперед.

Кефер, усмехнувшись, спросил:

— Капитан, вы случайно не в курсе, где сейчас доблестные сореллинские ополченцы?

Прежде чем Арколин нашелся, что ответить, Стэммел буркнул:

— Где именно — не принципиально. Важно, что они в сухости, тепле и в безопасном месте.

— Согласен с вами, сержант, — рассмеялся Арколин. — Скорее всего вы абсолютно правы. А теперь слушайте меня внимательно. Влади передал, что между его ротой и рекой кольцо намного тоньше. Мы попробуем пробиться к берегу, а Влади ударит им во фланг.

— Кто будет в арьергарде?

— Доррин и Кракольний. Нам придется пробиться и сразу же расширить плацдарм, перестроившись в четыре шеренги. Так что слушайте мои команды.

— Ясно, капитан.

— Понт остается со стрелками на правом фланге. Если со мной что-нибудь случится, Стэммел, бери на себя командование и держись до подхода Доррин.

— Есть, сэр.

Приготовившись, когорта единым квадратом сделала шаг влево. Медленно, чтобы не нарушать строй, шаг за шагом солдаты Арколина направились к угадывавшейся за плотными зарослями реке. Вражеские шеренги вздрогнули и так же медленно пошли параллельно им. Где-то левее, в районе роты Влади, послышались крики и звон оружия, но Пакс не позволила себе ни на миг отвести взгляд от противника, по шеренгам которого явно передали какую-то команду. Пакс напряглась и, когда две шеренги солдат Синьявы, резко размахнувшись, метнули в когорту свои пики, мгновенно подняла щит на нужную высоту. Предназначенные для ближнего боя, пики в качестве метательного оружия оказались малоэффективны. Большая часть даже не долетела до цели, а остальные были без труда отбиты щитами. Вслед за пиками едва ли не с той же скоростью бросились вперед метнувшие их солдаты, выхватившие из ножен легкие кривые сабли.

Без щитов они не могли всерьез противостоять слаженному строю когорты и были быстро перебиты. Правда, оставшиеся три шеренги были явно не намерены расставаться со своим, куда более эффективным оружием и попытались, действуя пиками, сдержать перешедших в наступление солдат Пелана. Слева от когорты Пакс различила шум приближающегося сражения и боевой клич роты Влади. Его копьеносцы явно успешно теснили солдат Синьявы. Пакс усмехнулась. Несмотря на сохранявшийся численный перевес противника, она впервые поверила в реальность того, что они смогут выбраться из этой западни живыми.

Неожиданно земля под ее ногами вздрогнула. Пакс удивилась — неужели снова гроза? Послышался далекий гром, перешедший постепенно в ясно различимый стук копыт. Если у Синьявы здесь есть кавалерия… Пакс сжала челюсти и с остервенением вонзила меч в горло противника, пойдя на риск — оставить на миг открытым правый бок.

Кавалерия показалась на правом фланге — мелькнули синие плащи и бок о бок с ними — черно-красные. Рота Собаная! Противник еще не успел сообразить, кто это и на чьей стороне, а эскадроны уже обрушили на арьергард Синьявы свои копья и мечи.

— Пора! — крикнул Арколин. — Пробиваемся влево, к реке. Давай!

— Навались! — рявкнули Стэммел и Кефер.

Поначалу противник в замешательстве даже не оказал серьезного сопротивления, затем, видимо бросив резервы против кавалерии, сумел замедлить и продвижение роты Пелана. Но тут над полем боя прокатился многоголосый рев — боевой клич сореллинского ополчения, вонзившегося в строй Синьявы между кавалеристами Собаная и когортой Доррин. В считанные минуты строй противника рассыпался, превратившись в толпу одиночек и мелких группок, пытающихся противостоять организованному натиску с нескольких сторон.

Все это Пакс скорее чувствовала, чем видела, ориентируясь в основном по слуху. Она не могла позволить себе отвлечься и оглядеться до тех пор, пока перед их строем вдруг не оказалось свободное от противника пространство, усеянное грудами трупов в черно-желтых туниках.