Элизабет Мун – Меч наемника (страница 15)

— Выглядит абсолютно чисто, — вздохнул капитан, — что не исключает возможности того, что вчера там могла находиться какая-нибудь гадость. Но тут уж ничего не поделаешь.

— Давайте проверим эль, — предложила Коула.

— Пожалуйста, — кивнул капитан и отвинтил с фляги крышку.

Все по очереди понюхали напиток.

— Пахнет, как и должен пахнуть хороший эль, но я не уверен, что мы учуяли бы запах дурмана, да и аромат эля мог перебить его, — сказал дворецкий.

Стэммел пожал плечами:

— Я слышал, что обычно дурманящие снадобья сильно пахнут, но кто знает?

— Попробуем глоток-другой? — предложил дворецкий. — Посмотрим, что случится.

— Давайте я глотну, — сказала Коула. — Если вдруг я разбушуюсь, со мной будет легче справиться. Только не ломайте мою единственную руку, мне скоро яблоки собирать в саду.

С этими словами свидетельница отпила из фляги.

— На вкус — замечательный эль. Похоже, из тех сортов, что подаются только по праздникам и на званых обедах. Так, Веннер?

— Именно так.

— Нет, я не чувствую никакого привкуса, — сказала Коула.

— Я уверен, что капрал просто выпил лишнего, — продолжал настаивать Веннеристимон. — Эль очень крепкий, и я не должен был приносить целый кувшин.

— Но он ведь не выпил весь кувшин, — объяснил Седжек. — Выпив кружку, Стефи вылил остальное в свою флягу. А одной кружки чего бы то ни было явно недостаточно, чтобы Стефи опьянел до беспамятства.

— Стефи, — спросил Стэммел, — а у тебя нет какого-нибудь снадобья, лекарства или еще чего-то, что ты мог бы добавить в эль и забыть об этом?

Стефи явно смутился.

— Ну, если честно, у меня есть… ну что-то вроде эликсира любви. Я купил пузырек у одной старушки по дороге, еще на дальнем склоне Вереллы. Но я еще не открывал его, капитан, оставив до выходных…

Коула переспросила:

— Любовный напиток?

— Ну, иногда мы с моей подружкой добавляем по паре капель в вино…

Капитан покачал головой:

— Я и не знал, что ты пользуешься такими штучками, Стефи.

— Но это же абсолютно безвредно, сэр. Правда! Веселит как вино, только чуть больше. Просто ночь проходит веселей и более бурно, вот и все.

— Я думаю, стоит проверить, что за отраву ты прикупил. Вполне может оказаться, что это снадобье вовсе не так безобидно. Ты купил его у знакомого продавца?

— Э-э… нет, сэр. Но это же ходовой и простой товар. Его продают бабки-знахарки в каждой деревне. Обычно я покупал его в поселке одного лесного племени в Эринсе, но в этот раз мы ехали другой дорогой, и в одной из деревень около трактира я купил этот пузырек у какой-то старушенции. Не думаю, что ей был смысл подсовывать мне какую-то гадость. Но в любом случае я еще не раскрывал флакон.

— А где он?

— С остальными вещами — в моей седельной сумке.

— Надо посмотреть. — Капитан огляделся. — Куда это Веннер исчез? Ладно, Стефи, кто из твоих людей знает, где твои вещи?

— Да любой из них. У нас же все седла вместе лежат.

— Стэммел, не принесете нам пожитки капрала?

— Конечно, сэр. Не следует ли кому-нибудь из свидетелей проследовать со мной?

Капитан только отмахнулся.

— Не валяйте дурака, Стэммел. Дело приняло совсем другой оборот. Сейчас мы оба заинтересованы в скорейшем и объективном расследовании.

Выйдя из резиденции, Стэммел направился к конюшне. Около входа понуро сидели на земле солдаты из отделения Стефи. Увидев сержанта, они оживились и, вскочив, окружили его.

— Господин сержант, — посыпались вопросы, — что с ним будут делать? Сэр, он ведь отличный капрал…

Стэммел жестом приказал им замолчать:

— Чем закончится расследование, я пока не знаю. А сейчас нам нужны вещи Стефи. Где его сумка?

Один из рядовых отвел его в кавалерийский склад и показал на стеллаж, где были уложены полтора десятка седел.

— Крайнее в верхнем ряду — его, — сказал солдат.

Сняв сумки с седла, Стэммел вышел из конюшни.

— Ребята, кто-нибудь трогал вещи капрала? — спросил он.

— Нет, сэр, — ответил один из подчиненных капрала. — Он сам уложил седло на стеллаж, а потом только принес и засунул в сумку свою флягу. И, насколько мы знаем, больше к его вещам никто не притрагивался.

Возвращаясь в резиденцию, Стэммел заметил спускающегося по парадной лестнице замка Веннера. Сержант, удивившись, подумал, куда мог уходить распорядитель, но быстро забыл о нем, вернувшись к свидетелям и капитану.

— Это ваши вещи, Стефи? — спросил Седжек.

— Да, сэр. Фляга должна быть в левой сумке, в специальном отделении, а флакончик — на дне правой, он завернут в запасные носки.

Все внимательно проследили за тем, как капитан расстегивает сумки и извлекает оттуда вещи. Фляга, по крайней мере, была плотно закрыта, и в ней плескалась какая-то жидкость. Из второй сумки были извлечены плотно скрученный плащ, расческа, затем — один носок, второй и лишь потом — маленький флакончик из дымчатого стекла со стеклянной же пробкой.

— Стефи, флакон не был завернут в носки, а лежал отдельно, на дне сумки, — заметил капитан, вынимая пробку. — Черт! Ну и запах! Э-э, да пузырек-то пустой!

Дымчатый флакончик прошел по рукам всех присутствующих, заставив каждого сморщить нос от запаха.

— Это тот флакон? — спросил капитан.

— Да, сэр. По крайней мере, насколько я помню. Но у него не было резкого или неприятного запаха. Можно мне понюхать?

— Пожалуйста, — ответил капитан и добавил: — Но вряд ли ты мог его унюхать раньше. Пробка была залита воском, когда ты покупал свое снадобье.

Стефи принюхался.

— Странное дело… Кажется, этот запах мне знаком… Но кто же мог вылить содержимое и куда?

— Твои подчиненные говорят, что не трогали вещи с тех пор, как уложили седла на стеллаж, — сказал Стэммел.

— Но я только засунул в сумку флягу перед ужином. А к пузырьку даже не притрагивался.

— Посмотрим, что у нас с флягой, — сказал капитан. — Так, и наполовину не полная. А запах, кстати, и здесь чувствуется!

Свидетели переглянулись.

— Если то, что заставило капрала действовать столь агрессивно и вызвало временную потерю памяти, связано с выпитым им, то, судя по всему, такой эффект вызвало содержимое стеклянного флакона, — высказал общую мысль дворецкий.

— Но я не открывал его, — повторил Стефи.

— Не помнишь, что открывал, — уточнила Коула. — Не обижайся, но если это снадобье дает такой сильный эффект, то ты мог и забыть, как принял его.

— Но я же помню, как уложил флягу и пошел потом на ужин.

— Стефи, ты уверен, что не прикладывался к элю позже, например после ужина? — скорее устало, чем раздраженно спросил капитан.

— Сэр, я уверен… настолько, насколько могу быть уверенным в чем-то после вчерашнего. Я уверен, что не пил больше и не открывал флакон. Но что теперь толку в моей уверенности?

Седжек вздохнул: