Элизабет Хойт – Мое любимое чудовище (страница 34)

— Что касается вашего первого вопроса. Я здесь потому, что ко мне пришел человек, служивший под моим началом четыре года назад, когда я арестовал лорда Килбурна, и сообщил, что сегодня утром в парке была облава, но виконту удалось сбежать. Я пришел к вам в надежде узнать о его местонахождении. Оказалось, вы действительно знаете, где он.

— И вы пришли, чтобы снова его арестовать! — выкрикнул Мейкпис.

— Если бы я хотел его арестовать, он уже давно сидел бы за решеткой, — спокойно возразил Тревельон.

Аполлон внутренне сжался, услышав, с какой легкостью капитан рассуждал о его аресте.

Дверь в жилище Мейкписа открылась, и в комнату вошел герцог Монтгомери. Он вышагивал с такой небрежностью, словно явился на музыкальный вечер.

— Надеюсь, не помешал?

— Нет, но вы явились без приглашения! — рявкнул Мейкпис.

— Ждать приглашения слишком утомительно, — парировал Монтгомери. — К тому же, как я заметил, их никто не присылает, когда они так нужны. Гораздо проще их вообще игнорировать. Господи, приятель, ну у вас и свинарник! Неужели совсем некуда усадить гостей?

— Приглашенные гости могут присесть на кровать, — буркнул Мейкпис. — А вот те, что явились без приглашения…

— Что вы здесь делаете, ваша светлость? — поспешил спросить Аполлон, пока Мейкпис не успел натворить дел.

Монтгомери медленно развернулся к нему.

— Вы никак обрели дар речи, лорд Килбурн?

Аполлон кивнул.

— Замечательно! — произнес Монтгомери таким тоном, словно Аполлон был экзотическим животным, которого он не видел прежде.

— Вы не ответили на мой вопрос.

Монтгомери развел свои изящные руки в стороны.

— Слышал, у вас проблемы, вот и пришел помочь.

— Вы хотите мне помочь? — безучастно переспросил Аполлон.

— В конце концов, вы же автор грандиозных планов по восстановлению моего парка. — Монтгомери эксцентрично вскинул голову.

— Моего парка, — заявил Мейкпис.

Монтгомери бросил на него насмешливый взгляд, но обратился к Аполлону:

— Помогая вам, я помогаю и себе, и посему не вижу в этом никакой проблемы.

— Да уж, вы не видите, — буркнул Аполлон.

— Могу я поинтересоваться, откуда вы узнали о трудностях лорда Килбурна, ваша светлость? — спросил Тревельон.

— О, — пробормотал Монтгомери, чересчур внимательно рассматривая механическую курицу, — мир слухами полнится.

— Особенно если за эти слухи хорошо платить, — сухо констатировал Тревельон.

— Но как же иначе? — Монтгомери выпрямился и лучезарно улыбнулся. — Ну а теперь, если обмен любезностями закончен, предлагаю обсудить, как мы будем доказывать невиновность лорда Килбурна, чтобы он мог вернуться к работе по восстановлению парка. Я действительно хочу, чтобы он начал приносить доходы уже к следующей весне, а эта… загвоздка может отложить открытие на несколько месяцев. Такого я допустить не могу.

Мейкпис схватил горящий чайник.

— Ладно. Тревельон, садитесь здесь. — Он подвинул собственный стул. — А вы, — указал Мейкпис на герцога, — можете сесть на кровать или вообще остаться стоять. Кстати, кто хочет чаю?

Спустя несколько минут все держали в руках чашки с горячим напитком — все совершенно разные. И это было самое странное чаепитие из тех, на которых присутствовал Аполлон.

— Итак. — Мейкпис демонстративно шумно отхлебнул чаю, чтобы только, как подозревал Аполлон, досадить герцогу. — Давайте послушаем. Каков же ваш грандиозный план?

Монтгомери опасливо понюхал чай и сделал очень маленький, изящный глоток. Его брови тотчас же взметнулись вверх, и он поспешно поставил чашку на стопку книг.

— Очевидно, мы должны найти настоящего преступника и вывести на чистую воду.

— Очевидно, — ерничая, протянул Мейкпис.

Однако герцог не обратил на его кривляние никакого внимания.

— Судя по тому, что здесь присутствует капитан Тревельон, вы уже навели какие-то справки, не так ли? Переглянувшись с Тревельоном, Аполлон кивнул.

— Да, ваша светлость, я провел кое-какое расследование. — Капитан откашлялся. — Судя по всему, дядя лорда Килбурна, Уильям Грейвс, задолжал его деду большую сумму денег.

Монтгомери, рассматривавший свою чашку, вскинул голову.

— Превосходно! У нас появился подходящий кандидат на роль убийцы. Теперь нужно лишь соответствующим образом намекнуть властям…

— И в чем состоит намек? — взорвался Мейкпис. — У нас нет ни малейшего реального доказательства, что дядя Аполлона совершил нечто противозаконное.

— О, доказательства легко состряпать, — беспечно произнес герцог, уронив в чашку кусочек сахара и с интересом наблюдая, как тот растворяется.

В комнате повисла тишина, но герцог, похоже, понял, что что-то не так, и поднял на собеседников лучистые голубые глаза:

— Какие-то проблемы?

К счастью, ему ответил Тревельон:

— Боюсь, мы не можем просто сфабриковать доказательства, ваша светлость. Нужно их найти.

— Как это утомительно! — Герцог капризно выпятил губы, но уже через мгновение его лицо приобрело весьма настораживающее выражение коварства. — Поймите же: то, что предлагаю я, отнимет у нас гораздо меньше времени.

— О, ради всего святого! — взорвался Мейкпис, и Аполлону на мгновение показалось, что придется применить силу, чтобы его успокоить. — Вы обсуждаете подтасовку фактов, тем самым обрекая человека на виселицу.

— Не будьте ханжой, мистер Харт! — рявкнул герцог. — Вы так же, как и я, уверены, что он виновен. А поиск доказательств просто для очистки совести. В итоге получите точно такой же результат: убийца арестован, лорд Килбурн спасен.

— И тем не менее мы поступим по закону, ваша светлость, — произнес Тревельон, не повышая голоса, но твердо и решительно.

Несколько мгновений солдат и аристократ гневно взирали друг на друга, а потом герцог внезапно опрокинул свою чашку на стопку бумаг.

— О, простите! — издевательски протянул Монтгомери, заглушая вопли Мейкписа: очевидно, это были газеты, которые он собирался прочитать. — Если уж я не смог изменить вашего решения, то придется отправиться в поместье Уильяма Грейвса, что за пределами Бата, и поохотиться там.

Все посмотрели на него.

— И что теперь?

Тревельон откашлялся, но Мейкпис, очевидно расстроившись из-за промокших газет, его опередил:

— И как вы предлагаете пробраться в дом Грейвса? Вряд ли это можно сделать незаметно: все-таки четверо мужчин.

— Почему незаметно? — промурлыкал Монтгомери. — Через пару недель в его загородном доме состоится званый вечер, кульминацией которого станет постановка специально написанной для этого пьесы. Я приглашен. Просто приеду туда с моим очень хорошим другом мистером Смитом… Думаю, хозяин не будет против.

— Ничего не выйдет: как только Грейвс узнает Аполлона, сразу же натравит на него солдат, — возразил Мейкпис.

— Вообще-то, — заметил Аполлон, — мы никогда с ним не встречались.

Мейкпис резко развернулся, явно удивленный:

— Что, вообще никогда? Разве такое возможно?

Аполлон пожал плечами.

— Разве что в детстве. Я совершенно не помню ни дядю, ни остальных членов семьи. Возможно, он никогда меня не видел. — Аполлон обратился к Тревельону, спокойно попивавшему чай: — А леди Фиби не сможет раздобыть приглашение на званый вечер?

— Нет, — с уверенностью ответил капитан. — Брат не позволяет ей посещать светские мероприятия. Исключение составляют лишь те, что устраивает кто-то из членов семьи, но это бывает чрезвычайно редко. Однако… — Капитан на мгновение задумался. — У Уэйкфилда есть дом в Бате. Будет несложно предложить леди Фиби поехать на воды. И поскольку она очень любит театр, в один из вечеров мы сможем посетить частное театральное представление. Я займусь этим вопросом.

Монтгомери захлопал в ладоши.

— Значит, решено. Насколько я понимаю, в ближайшие две недели предстоит сделать только одно.