Элизабет Хейтер – Похищенные (страница 8)

Девушка отвела от него глаза.

– Я Эвелин Бейн из Бригады поведенческого анализа ФБР. Моя работа заключается в том, чтобы на основании собранных вами улик и данных о преступлении составить психологический портрет и модель поведения преступника. Я здесь для того, чтобы рассказать вам, как он мыслит, по каким критериям выбирает жертвы и что будет делать дальше.

Офицеры, казалось, все как один подались вперед, чтобы лучше слышать, и начали переглядываться, будто хотели оценить реакцию коллег на эти слова. Томас Ламар, стоявший в первом ряду, смотрел на Эвелин внимательно и сосредоточенно. В его черных глазах было столько надежды и ожиданий – оставалось лишь уповать на то, что удастся дать ему все необходимое для спасения Бриттани. Взглянув на профайл, который она лихорадочно дописывала за несколько минут до выхода из отеля, Эвелин продолжила:

– Преступник, которого вы ищете, – мужчина. Ему под пятьдесят или пятьдесят с небольшим. Со всей уверенностью могу сказать, что он белый.

– Почему? – громко спросил кто-то из глубины комнаты.

– Почему я считаю, что он белый? Потому что среди жителей Хай-стрит по-прежнему нет афроамериканцев и, будучи белым, преступник не боится привлечь к себе внимание даже сейчас.

– Даже сейчас? Это означает, что он бывал в Роуз-Бей и прежде? Бриттани Дуглас и Касси Байерс похитил один и тот же человек? – дрогнувшим голосом спросил Томас.

По кабинету пронесся нервный шепоток.

– Об этом я скажу чуть позже. – Эвелин понимала, что обсуждение этого вопроса сейчас отвлечет полицейских от важных деталей, которые должны помочь найти Бриттани. – Сначала давайте поговорим о поведенческой модели преступника. Он живет где-то поблизости – в Роуз-Бей или в одном из окрестных городков – и уже довольно давно. Возможно, он уезжал на некоторое время, а потом вернулся. Так или иначе, его здесь знают и считают своим, что дает ему прекрасную возможность подобраться к жертве, не вызвав подозрений.

– Минуточку! – подал голос Джек Баллок. – То есть это кто-то из местных и к нему здесь хорошо относятся?

– Вполне возможно. Вряд ли у него много близких друзей, но он умеет вести себя в обществе, достаточно коммуникабелен и не выглядит изгоем. Поговорив с людьми из его окружения, вы бы услышали, что это весьма порядочный господин, и даже если бы этого мужчину не назвали всеобщим любимцем, то уж в неприязни к нему точно никто не признался бы. Кроме того, он очень умен, осторожен с детьми на людях и не позволяет себе сомнительных слов или поступков, хотя вполне вероятно, что в прошлом у него был какой-то подозрительный инцидент. Но к этому мы вернемся позднее, когда перейдем к мотивации.

– Этот ублюдок крадет детей, – проворчал офицер, стоявший за спиной Джека. – Какой к черту «порядочный господин»?

– Я не сказала, что он порядочный, – напомнила Эвелин. – Он только кажется таковым. Речь идет не о простом уголовнике, этот человек слишком хитер, чтобы навлекать на себя подозрения. Узнав, что он арестован, никто из его знакомых не скажет: «Вот! Я всегда думал, что с этим парнем что-то не так!» Наоборот, все будут в шоке оттого, что жили рядом с преступником и ничего странного не замечали.

Офицеры захмыкали, зашептались, переминаясь с ноги на ногу. На лицах отразилась смесь тревоги и недоверия.

– Преступник водит машину какой-то распространенной и потому неприметной модели, в которой легко спрятать человека. Возможно, это фургон с тонированными стеклами или седан с просторным багажником. У преступника работа с гибким графиком: либо он сам себе хозяин, либо часто занимается делами вне офиса по заданию начальства. Так или иначе, его отсутствие на рабочем месте не вызывает вопросов у коллег.

– Но Бриттани-то он похитил вечером, – сказал офицер из первых рядов. – При чем тут график его работы?

– При том, что перед похищением он долго за ней наблюдал. Повторяю: преступник тщательно планирует свои действия. Он изучил распорядок дня Бриттани и ее родителей. Он заранее написал стишок, который в точности соответствовал обстоятельствам похищения. Вчера вечером девочка одна играла во дворе дома, и преступник знал, что так будет, потому что так было и раньше – он это видел. Ему оставалось только дождаться подходящего момента, чтобы схватить ее. – Эвелин обвела взглядом притихших полицейских и продолжила: – Вероятно, он придумал какую-то уловку, чтобы приближаться к детям, не напугав их, и вчера применил ее во время похищения Бриттани. Не исключено также, что он опробовал эту уловку на Бриттани заранее, то есть проверил, как она отреагирует. Многие серийные убийцы так поступают, особенно с незнакомыми жертвами.

– Но вы же сказали, что преступника знают в Роуз-Бей, – раздался громкий голос Карли Санчес.

– Да, он здесь не чужой, но из этого не следует, что с ним знакомы все дети в городе. Скорее всего, он присматривался к потенциальным жертвам и пробовал с ними пообщаться. Самые подходящие для него кандидатуры – дети, которые хотят казаться милыми и послушными, или те, кто доверчиво относится к чужим людям. Сообразительный, настороженный ребенок не даст себя обмануть. Разумеется, все это напрямую связано с мотивацией преступника.

– Так в чем же она состоит? – спросила Карли.

Эвелин очень хотелось дать ей четкий ответ, но это было невозможно.

– Есть два варианта. Первый: в стишках преступник говорит правду, он действительно считает, что о конкретной девочке плохо заботятся, и видит себя ее спасителем. В его прошлом должна быть какая-то трагедия – к примеру, гибель девочки по недосмотру родственников. Возможно, это его дочь, сестра или подруга детства. И воспоминания об этой потере служат ему оправданием преступных действий.

– А второй вариант? – вмешался Джек.

– Как я уже говорила, похититель очень умен. Не исключено, что он оставляет стишки для того, чтобы сбить нас со следа. Если это так, его единственная мотивация – сексуальное насилие.

– Проклятье! – рявкнул Джек. – Надо еще раз поговорить с Уиггинсом!

Эвелин не успела поинтересоваться, кто такой Уиггинс, потому что Карли опять задала вопрос:

– И какая версия вам кажется более правдоподобной?

– Я точно не знаю. – Эвелин не хватало информации для выстраивания поведенческой модели преступника, и сказать что-то конкретное о его мотивации она не имела права – это могло увести следствие в сторону. Так что, если полицейские не раздобудут в ближайшее время новые данные, профайл так и останется довольно неопределенным.

Ее печальные мысли прервал Джек:

– А разве это не ваша работа – знать точно?

В кабинете сделалось тихо, и Эвелин постаралась не подавать виду, что эта реплика ее больно задела.

– Я буду знать точно, когда получу больше сведений. Но возможно, верны обе версии мотивации. Преступник похищает девочек с целью изнасилования, но при этом он пытается убедить не только нас, но и самого себя, что спасает свои жертвы. Таким самооправданием он стремится подавить чувство вины.

Джек молчал, хмуро глядя на нее. На сей раз вмешался Томас:

– А есть какая-то связь между делом Бриттани и давними похищениями? Вы обещали сказать, тот же это преступник или подражатель. – В голосе шефа полиции звучал страх, как будто он боялся услышать ответ.

– Тот же.

Эвелин ожидала взволнованных возгласов, но вместо этого Томас едва слышно спросил:

– Вы уверены, что не подражатель?

– Уверена. – В номере отеля, обдумывая профайл, Эвелин пришла к выводу, что это единственная возможность объяснить совпадения в четырех делах о похищениях. – Возьмем для начала стишки. Мне известно, что за прошедшие годы в полицию обратились несколько человек с ложными признаниями. Все эти люди знали о том, что похититель оставляет на месте преступления детскую «потешку», – об этом писали в газетах. Но содержание стихотворений полиция сохранила в тайне, в прессу не попало ни строчки. А «потешка», привязанная к велосипеду Бриттани, совпадает по стилю и смыслу с теми, что были найдены восемнадцать лет назад.

Она услышала, как Томас выругался сквозь зубы.

– Нужно запросить экспертизу у специалистов из ФБР, но в любом случае эти стишки – наша главная улика. Похититель Бриттани знает о прежних делах слишком много, чтобы быть подражателем. – Эвелин опять посмотрела на лист бумаги с профайлом, но даже не увидела слов – ей это было не нужно, она все помнила наизусть. – Схемы четырех преступлений абсолютно одинаковы, что не может быть совпадением. Полное отсутствие улик, долгое наблюдение за будущей жертвой и ее похищение вечером или ночью в доме или во дворе дома родителей свидетельствуют о том, что мы имеем дело с хладнокровным и решительным преступником. – Она в очередной раз оглядела присутствовавших: нужно было убедиться, что все понимают, на чем основаны ее выводы о личности похитителя. – Составляя психологический портрет, я сначала изучила информацию по делу Бриттани, абстрагировавшись от преступлений восемнадцатилетней давности, и все данные говорят о том, что ее похититель совершал злодеяния и раньше. Для новичка он действовал слишком смело и взвешенно. Кроме того, он знал подробности старых дел, не попавшие в прессу.

– Тех трех девочек он тоже собирался изнасиловать или… «спасти», что бы это ни значило? – спросил кто-то из полицейских.