Элизабет Гилберт – Город женщин (страница 28)

Пег пригладила рукой короткие волосы и широко улыбнулась, отчего ее изборожденное морщинами лицо засветилось изнутри.

– Для женщины вроде меня комплимент спорный.

– Нет женщин вроде тебя. Я проверял. Ты одна такая.

– Билли, прекрати.

– Ни за что.

– Так что привело тебя в Нью-Йорк, Билли? Работа?

– Никак нет. Я тут как обычный гражданский. В отпуске. Когда ты сказала, что Эдна здесь и ты подыскиваешь для нее хороший спектакль, я не смог удержаться от визита. Мы с Эдной не виделись с девятнадцатого года. Господи, до чего же мне хочется снова с ней встретиться! Обожаю эту женщину. А когда ты упомянула, что доверила сценарий Дональду Герберту, мне стало ясно как день, что я просто обязан тебя спасти.

– Благодарю. Ужасно мило с твоей стороны. И если меня потребуется спасать, Билли, я непременно дам тебе знать. Обещаю. В списке моих потенциальных спасителей ты на четырнадцатом месте. Из пятнадцати.

Он просиял:

– Но все же я в списке!

Пег прикурила сигарету и протянула ее мне, затем зажгла еще одну для себя.

– А чем ты сейчас занимаешься в Голливуде? – поинтересовалась она.

– Да всякой ерундой. Мои последние опусы совершенно справедливо отмечены грифом «ДСП»¹ – они такие же плоские и унылые. Мне ужасно скучно, Пег. Но платят хорошо. На жизнь хватает. Запросы у меня скромные.

Пег расхохоталась:

– Скромные запросы? Знаю я твои скромные запросы. Ты же, Билли, у нас аскет. Практически монах.

– Мне много не надо, – кивнул Билли.

Для служебного пользования» и «древесно-стружечная плита».

– Его величество скромность, который сидит у нас на кухне в таком наряде, будто собрался принять рыцарское звание. Его величество скромность с виллой в Малибу. Напомни, сколько там бассейнов?

– Ни одного. Я пользуюсь бассейном Джоан Фонтейн[25].

– И что Джоан получает взамен?

– Бесценную роскошь общения со мной.

– Господи, Билли, она же замужем. За твоим другом Брайаном.

– Я люблю замужних женщин, Пег. Ты же знаешь. Особенно тех, у кого идеальный счастливый брак. Женщина, счастливая в браке, – самый верный друг для мужчины. Не переживай, Пегси, мы с Джоан просто приятели. Брайану Ахерну с моей стороны ничего не грозит.

Я невольно переводила взгляд с Билли на Пег и обратно, пытаясь представить их романтической парой. Поначалу они производили впечатление совершенно разных людей, но от их диалога просто искры летели. Поддразнивание, шутки, понятные лишь им двоим, полная погруженность друг в друга – их близкие отношения не оставляли сомнений, вот только что это за отношения? Любовь? Дружба? Родство душ? Соперничество? Кто бы знал. Я оставила тщетные попытки разобраться и лишь следила за их искрометной беседой.

– Мне бы хотелось провести с тобой немного времени, пока я здесь, Пегси, – сказал Билли. – Мы слишком давно не виделись.

– Кто она? – спросила Пег.

– О чем ты?

– Женщина, которая только что тебя бросила, – ведь в этом причина твоей внезапной ностальгии по мне? Давай, не томи: кто она, очередная мисс Билли, разбившая тебе сердце?

– Обижаешь. По-твоему, ты видишь меня насквозь?

Пег молча смотрела на него и ждала.

– Ладно, если тебе так интересно, ее звали Камилла, – сдался Билли.

– Танцовщица, осмелюсь предположить? – спросила Пег.

– Ха! А вот и мимо! Она пловчиха! Пловчиха из шоу русалок. Несколько недель у нас продолжались очень серьезные отношения, но потом она решила пойти другой дорогой, и больше я ее не видел.

– Очень серьезные отношения на несколько недель. Вы только его послушайте, – рассмеялась Пег.

– Давай сходим куда-нибудь, раз уж я здесь, Пегси. Только ты и я. Послушаем отличный джаз, навестим бары, куда раньше любили ходить, – те, что закрываются в восемь утра. Без тебя мне и веселье не впрок. Вчера, например, я заглянул в «Эль Марокко» и был страшно разочарован. Те же лица, те же разговоры. Ничего не меняется.

Пег улыбнулась:

– Слава богу, ты живешь в Голливуде, там-то разговоры небось поинтереснее! Но нет, Билли, нет. Никуда я с тобой не пойду. Ночные вылазки уже не для меня. Да и пить мне вредно. Ты же знаешь.

– Серьезно? Хочешь сказать, вы с Оливией не напиваетесь?

– Тебе бы все шуточки, но раз уж ты спросил – нет. У нас теперь вот как заведено: я пытаюсь напиться, а Оливия пытается мне помешать. И меня такой расклад устраивает. Не знаю, какой с него прок Оливии, но я страшно рада, что она взяла на себя роль сторожевого пса.

– Тогда давай я хотя бы помогу со спектаклем. Сама знаешь, этой макулатуре еще далеко до сценария. – Он постучал наманикюренным пальцем по почти пустому блокноту мистера Герберта. – Сколько бы Дональд ни старался, вряд ли у него получится путный сюжет. Не требуй от него невозможного. Позволь мне сесть за машинку и придать сценарию лоск. Ты знаешь, на что я способен. Сделаем отличную пьесу, достойную Эдны и ее таланта.

– Молчи. – Пег схватилась за голову.

– Давай, Пег. Рискни.

– Молчи, – повторила она. – Я думаю изо всех сил.

Билли умолк и дал ей подумать.

– Мне нечем тебе платить, – наконец выдала она, снова поднимая на него взгляд.

– Я богат, Пег. Такой уж у меня талант. Врожденный.

– И никаких прав на выручку. Оливия будет категорически против.

– Забирай все себе, Пег. Возможно, тебе даже удастся неплохо подняться за счет этой авантюры. Если позволишь мне написать сценарий и он окажется настолько хорош, как я себе представляю, ты заработаешь такие деньги, что обеспечишь потомкам безбедную жизнь до конца дней.

– Придется оформить письменный договор, что ты отказываешься от всех прав. Оливия будет настаивать. И постановку я оплачу из своего кармана, не из твоего. Не хочу больше связываться с твоими деньгами. Ни разу ничего путного не вышло. Таковы условия, Билли. Соглашайся, иначе Оливия ни за что не допустит тебя к шоу.

– Разве это не твой театр, Пег?

– Формально – мой. Но без Оливии я ничего сделать не могу, и ты это знаешь. Она нужна мне как воздух.

– Воздух столько не зудит над ухом.

– Ты тоже зудишь, но без тебя я легко обойдусь. А без Оливии я как без рук. Она мне необходима. Вот в чем главное различие между вами.

– Ох уж эта Оливия! И как ты ее терпишь? До сих пор не пойму, что ты в ней нашла, – не считая того, что она бросается выполнять любую твою прихоть по первому зову. Дело в ее верности, да? Пожалуй, я на такое не способен. Но Оливия – та надежна, как несгораемый шкаф. Вот только мне она не доверяет.

– Именно. Ты прав по всем пунктам.

– Но почему? Серьезно, Пег, почему эта женщина не верит мне? Я же очень-очень-очень заслуживаю доверия.

– Чем больше повторяешь «очень», тем меньше заслуживаешь доверия. Но ты ведь и сам понимаешь, да?

Билли рассмеялся:

– Понимаю. А все-таки, Пег, уж тебе-то отлично известно, что я могу написать этот сценарий левой рукой, одновременно играя в теннис правой и подбрасывая мячик на носу, как дрессированный тюлень.

– И не пролив ни капли виски.

– Ни капли твоего виски, – подчеркнул Билли, поднимая бокал. – Я тут угостился в твоем баре.

– Уж лучше ты, чем я, если учесть безбожно ранний час.

– Хочу повидать Эдну. Она уже проснулась?

– Эдна так рано не встает. Пусть выспится. У нее на родине идет война, город бомбят, Эдна только что лишилась дома и всего остального. Она заслужила отдых.

– Тогда загляну позже. Съезжу в клуб, приму душ, отдохну, а потом вернусь, и начнем. Между прочим, спасибо, что не сохранила мои апартаменты, хоть я там никогда и не жил. Твоя племянница с подругой заняли мою кровать и разбросали повсюду свое нижнее белье. А запах! Как взрыв на парфюмерной фабрике.