Элизабет Адлер – Тайна (страница 22)

Прошлой ночью, закончив собирать вещи. Фил устало села на кровать, глядя на чемоданы. Если бы не мысль о ждущей в Ницце Би, о ее милом личике и тревожных карих глазах. Фил могла бы позвонить и отменить поездку.

Ей хотелось только одного: забраться в постель и провести там ближайшую неделю.

Но, конечно, она этого не сделала. Даже если бы Би не стала ей столь близкой подругой, она все равно оставалась бы пациенткой, и Фил чувствовала себя обязанной помочь.

Глядя на забитую машинами дорогу, она поморщилась.

— Мы успеем? — спросила она водителя, тревожно думая о времени отправления своего рейса.

— Все будет в порядке, как только мы выберемся за стадион, — пообещал он. — Не беспокойтесь, док, я доставлю вас вовремя.

Откинувшись назад. Фил закрыла глаза, думая о том, сколько раз она сама же говорила людям, что нет смысла беспокоиться из-за неизбежного. Что единственный способ справиться — примириться с этим. «Однако это не относится ко мне и пропущенным рейсам», — подумала она, чувствуя, как напряжен позвоночник. Господи, она не выносила промедлений и еще ни разу в жизни не опоздала на рейс.

Водитель оказался прав. За Кэндлстик-парком поток машин разделился надвое, и лимузин устремился к аэропорту. Подозвав носильщика, водитель торопливо выгрузил оба ее чемодана, пока она бежала к пункту контроля первого класса.

— Я опаздываю, — виновато сказала она, подавая свой билет.

— Посадка уже закончена, доктор Форстер, — сказал служащий. — Я позвоню и скажу, что вы здесь. Они не будут закрывать ворот до вашего прихода, — он с улыбкой протянул ей билет, — но вам лучше поторопиться.

— Благодарю, — схватив свою сумку, она быстро повернулась и чуть не упала, наткнувшись на стоящего за ней высокого блондина.

— Ox, — задохнулась Фил, ухватившись за него, чтобы не упасть. Глядя на него снизу вверх, она извинилась, про себя отметив, что незнакомец весьма привлекателен.

— Я опаздываю, — крикнула Фил через плечо, направляясь по проходу к воротам. — Я могу упустить свой рейс.

Когда она побежала, за спиной раздался его смех, и она раздраженно подумала, что хорошо ему быть таким спокойным: до его-то рейса, возможно, еще целый час. У ворот служащий аэропорта ждал ее, чтобы проводить до самолета. Наконец, совершенно без сил упав на сиденье, она обвела глазами пустой салон первого класса. «Хорошо, — подумала она. — Я здесь одна. Закрою глаза и немножко посплю. Тогда, может быть, после всего этого я и буду готова к конференции». Покачав головой, она вздохнула: международная конференция экспертов в избранной ею области — то, чему она должна бы радоваться, а не воспринимать приглашение как тяжелую повинность.

Посмотрев на часы. Фил удивилась, почему двери в салон еще не закрыты: рейс уже задержался на десять минут. Она поинтересовалась у стюарда, в чем причина задержки.

— Мы ждем еще одного пассажира, — ответил он. — Если хотите, могу предложить вам бокал шампанского.

Она покачала головой, раздраженно думая, что ей не нужно было бежать всю дорогу и гробить себя. Она услышала, как стюард приветствует запоздавшего пассажира, а командир приказывает закрыть двери салона. Когда опоздавший проходил мимо Фил, она недовольно посмотрела на него. Это был тот самый симпатичный блондин, в чьи объятия она упала во время контроля.

Когда он перехватил ее взгляд, его глаза блеснули.

— Извините, — он состроил подобающую случаю гримасу. — Я хотел сказать вам, что бежать ни к чему, но вы слишком быстро исчезли. Вы понеслись…

— Как летучая мышь из ада, — закончила она за него и покачала головой, смеясь над собой. — Ненавижу опаздывать.

— Я всегда считал это добродетелью. — Ее собеседник передал свой пиджак стюарду и сунул свой багаж в шкафчик. — Так или иначе, я должен извиниться за задержку вашего рейса. Особенно теперь, когда я знаю, как вы не любите опаздывать. Тем не менее у вас нет причин для беспокойства: сегодняшний попутный ветер домчит нас туда вовремя.

Он улыбался, глядя на Фил сверху вниз, и она с внезапным интересом подумала, что он хорош собой: высокий, стройный, с резкими чертами лица и светло-голубыми глазами за золотой оправой очков от Армани. Он был неплохо сложен, густые светло-русые волосы были аккуратно причесаны, и, вообще, он производил впечатление очень довольного собой человека. Фил задумалась, кем он может быть.

— Откуда вы это знаете? Насчет попутного ветра? — поинтересовалась она.

— Обычно я сам летаю на самолете, — он невозмутимо пожал плечами. — К сожалению, сегодня в последнюю минуту обнаружилась неисправность в электропроводке. А мне к завтрашнему утру необходимо быть в Париже. Поэтому я здесь, и именно поэтому ваш рейс задержан. — Он расхохотался глубоким приятным смехом и добавил: — Приношу свои извинения, — после чего прошел на свое место. Самолет побежал по взлетной полосе.

Усталость оказалась сильнее любопытства. Фил отказалась от еды, выключила свет и закрыла глаза, надеясь уснуть. Ей удалось лишь провалиться в беспокойную дремоту. Полет был на редкость неровным, и таблички с просьбой пристегнуть ремни горели все время. Фил выпила несколько чашек горячего чая, проглотила «Эдвил», спасаясь от головной боли, и еще раз взглянула на часы. Лететь осталось пять часов, но Фил этот срок показался вечностью.

Она встала, чтобы достать с полки над головой черную рабочую сумку, и заметила, что у ее попутчика включен свет. Присмотревшись, она увидела, что он что-то пишет на желтых листках. Она ехидно подумала, что он — настоящий сгусток энергии, умеющий пользоваться каждым моментом. Точь-в-точь такой, какой она сама всегда хотела быть.

Фил достала приготовленные для конференции бумаги и принялась их просматривать. Когда Фил оторвалась от своей работы, занимался рассвет, и ей принесли завтрак и апельсиновый сок. «Слава Богу, — подумала она, отложив бумаги, — мы уже почти на месте».

Париж скрывало дымно-серое облако, когда самолет начал снижаться. Фил кивком попрощалась со своим попутчиком, проходя мимо него к выходу. Он все еще складывал свои бумаги, и она подумала, что этот человек ведет себя так, словно весь мир обязан его ждать. «Может, так оно и есть», — думала она, обозревая хаос, как обычно царящий в аэропорту «Шарля де Голля». Ей пришлось очень долго ждать свой багаж, а когда он наконец появился, исчезли все такси, и она в одиночестве оказалась на улице, глядя, как барабанит дождь.

От усталости и напряжения у Фил дрожали колени, когда она увидела темно-синий «бентли» с шофером.

— Как видно, у вас сегодня неудачный день, — удивленно произнес чей-то голос, и, обернувшись. Фил увидела улыбку своего красивого попутчика.

— Я сама виновата. Нужно было договориться, чтобы меня встретила машина. — Она пожала плечами. — Думаю, скоро появится такси.

— В Париже-то? Когда идет дождь? — он усмехнулся. — Никаких шансов. Но я буду счастлив подвезти вас.

Фил посмотрела на него и перевела взгляд на огромный «бентли».

— Это ваша машина? — кивнула она в направлении автомобиля.

— Нет, компании. Мне нравятся более изящные и скоростные модели. Она засмеялась.

— В данной ситуации мне и эта кажется великолепной. Но я не хочу, чтобы ради меня вы отклонялись от своего маршрута. Я живу в «Рафаэле».

— Сначала в «Рафаэль», Адаме, — приказал он шоферу-англичанину. — Потом — домой.

Фил села на роскошное, обитое кожей сиденье и с улыбкой взглянула на своего спасителя. Их разделял целый акр сиденья, но она чувствовала присутствие этого мужчины, словно он касался ее.

«Должно быть, это влияние Парижа», — удивленно подумала она.

— Вы выглядите усталой, — сказал он сочувственно.

— Вы имеете в виду, что я выгляжу настоящей развалиной, — застонала она. — Я это чувствую. Все, что я хочу в настоящий момент, — это горячая ванна, прохладительный напиток и мягкая постель.

Когда машина плавно тронулась с места, их глаза встретились.

— Вероятно, мы должны представиться друг другу, — она протянула руку через разделявшее их пространство. — Я — Фил Форстер.

— Брэд Кейн.

Его ладонь оказался твердой и неожиданно холодной.

— Я прилетела в Париж на конференцию, — добавила она. — По психиатрии.

— Разумеется. Доктор Фил. Я должен был узнать вас. Приношу свои извинения.

— Не обязательно. Кроме того, я себя сейчас чувствую так, что наверняка не похожа на свою фотографию на обложке книги, — несмотря на одолевавшую ее усталость, она рассмеялась. Ей нравился этот красивый «добрый самаритянин».

Зазвонил телефон. Фил прикрыла глаза. Брэд взял трубку и быстро заговорил по-французски.

— Извините, пожалуйста, — обратился он к ней, — но я должен сделать несколько важных звонков.

Она откинулась назад, в полусне слушая успокаивающее, расслабляющее бормотание своего спутника по телефону, вяло гадая, кто он, чем занимается, и не с женщиной ли он так тихо и сексуально разговаривает по-французски. Фил с тоской подумала о ждущей ее в отеле постели.

Наконец они прибыли на место.

Когда она выходила из машины, он взял ее под руку и еще раз извинился за то, что всю дорогу разговаривал по телефону.

— Не знаю, что бы я делала, если бы рядом не оказались вы и не спасли меня от дождя, — сказала она, устало улыбаясь.

Он долго не сводил с нее глаз. Затем достал из кармана карточку со своим адресом и номером телефона и вручил ей.