Элиза Маар – Лилия для демона (страница 75)

«Воспитываю!».

«Воспитываю!».

— Ну Лия? — в нетерпении протянула Хелен, с мольбой смотря на меня.

— Ну Лия? — в нетерпении протянула Хелен, с мольбой смотря на меня.

— Не сегодня. — помотала я головой и начала отступать к своему демону, чтобы меня не выловили, намереваясь выведать всю правду.

— Не сегодня. — помотала я головой и начала отступать к своему демону, чтобы меня не выловили, намереваясь выведать всю правду.

— Лия! — рокочуще произнес дядя.

— Лия! — рокочуще произнес дядя.

— Ждите свадьбы! — отрезала я упрямо. — Тогда и поговорим!

— Ждите свадьбы! — отрезала я упрямо. — Тогда и поговорим!

— Лилия!

— Лилия!

— 180 лет уже Лилия, дядюшка.

— 180 лет уже Лилия, дядюшка.

— Лилия! — дядя двинулся на меня, раздраженный утайкой.

— Лилия! — дядя двинулся на меня, раздраженный утайкой.

Я пискнула и, сорвавшись на бег, полетела к двери. Заливистый смех сам сорвался с губ, стоило представить, как абсурдно выглядела данная ситуация.

Я пискнула и, сорвавшись на бег, полетела к двери. Заливистый смех сам сорвался с губ, стоило представить, как абсурдно выглядела данная ситуация.

Эх, как же я скучала по побегам от разгневанного повелителя!

Эх, как же я скучала по побегам от разгневанного повелителя!

— Лилия!

— Лилия!

— Ну что? Как в старые, добрые? — прозвучал над ухом голос возбужденного побегом Бакстера, и туша друга оказалась на моем плече.

— Ну что? Как в старые, добрые? — прозвучал над ухом голос возбужденного побегом Бакстера, и туша друга оказалась на моем плече.

— Как в старые добрые!

— Как в старые добрые!

— Умеющий бегать – люлей не получит! — выкрикнул мой мышь и расхохотался, зарываясь в волосы. — Вперед, моя резвая фея!

— Умеющий бегать – люлей не получит! — выкрикнул мой мышь и расхохотался, зарываясь в волосы. — Вперед, моя резвая фея!

Хмыкнув, я зарулила в следующий коридор, ведущий к моим старым покоям, в коих я прожила 150 лет.

Хмыкнув, я зарулила в следующий коридор, ведущий к моим старым покоям, в коих я прожила 150 лет.

Глава 37

***Лия***

***Лия***

Валафар нашёл меня спустя полчаса стоящей на балконе, который открывал невероятный вид на красоты подземного мира. Горящие в темноте потоки лавы неслись вдоль по склонам, формируя реки; гейзеры безумными столбами взмывали вверх, заставляя с каждым таким взрывом сжиматься сердце; в лавовых озерах плавали огромные крагийлады, рассекая острыми гребнями опасную жидкость.

Валафар нашёл меня спустя полчаса стоящей на балконе, который открывал невероятный вид на красоты подземного мира. Горящие в темноте потоки лавы неслись вдоль по склонам, формируя реки; гейзеры безумными столбами взмывали вверх, заставляя с каждым таким взрывом сжиматься сердце; в лавовых озерах плавали огромные крагийлады, рассекая острыми гребнями опасную жидкость.

Одно слово – дом!

Одно слово – дом!

Здесь всё для меня родное. И если раньше я мечтала больше никогда сюда не возвращаться, сейчас же абсолютно уверена, что нигде больше не смогу жить. Ни в Туманной долине, на родине своей мамы, ни где-либо ещё. За этот месяц я поняла одно – свой дом больше не оставлю. И дядю тоже.

Здесь всё для меня родное. И если раньше я мечтала больше никогда сюда не возвращаться, сейчас же абсолютно уверена, что нигде больше не смогу жить. Ни в Туманной долине, на родине своей мамы, ни где-либо ещё. За этот месяц я поняла одно – свой дом больше не оставлю. И дядю тоже.

— Знаешь, за два века мне так приелся этот пейзаж, что я иной раз не могла выйти из комнаты, боясь почувствовать тошноту. — призналась я, прижимая руки Кайма крепче к своему животу. — Но сейчас… Сейчас я поняла, что скучала по нему. По дому. По дяде.

— Знаешь, за два века мне так приелся этот пейзаж, что я иной раз не могла выйти из комнаты, боясь почувствовать тошноту. — призналась я, прижимая руки Кайма крепче к своему животу. — Но сейчас… Сейчас я поняла, что скучала по нему. По дому. По дяде.

— Ты бы хотела остаться? — спросил Кайм, водя носом по моей шее.

— Ты бы хотела остаться? — спросил Кайм, водя носом по моей шее.

— Тогда я предам свою мечту. — ответила я и тяжело вдохнула.

— Тогда я предам свою мечту. — ответила я и тяжело вдохнула.

— Верно, но никто не заставляет тебя возвращаться прямо сейчас. Ты можешь закончить учебу, попутешествовать по миру и только после вернуться домой. — Кайм поцеловал меня в висок, прижимая к себе теснее. — Может пройти 10 лет или же сотня прежде чем ты вернешься, но одно я знаю точно – Виктор всегда будет ждать тебя.

— Верно, но никто не заставляет тебя возвращаться прямо сейчас. Ты можешь закончить учебу, попутешествовать по миру и только после вернуться домой. — Кайм поцеловал меня в висок, прижимая к себе теснее. — Может пройти 10 лет или же сотня прежде чем ты вернешься, но одно я знаю точно – Виктор всегда будет ждать тебя.

— У него скоро появятся свои дети. — без злобы, с грустью произнесла я. Конечно, я была рада за дядю, но что-то внутри меня скребло по сердцу острым когтем.

— У него скоро появятся свои дети. — без злобы, с грустью произнесла я. Конечно, я была рада за дядю, но что-то внутри меня скребло по сердцу острым когтем.

— Это не изменит его отношения к тебе. Для Вика ты всегда была больше, чем просто племянницей. Он считает тебя дочерью.

— Это не изменит его отношения к тебе. Для Вика ты всегда была больше, чем просто племянницей. Он считает тебя дочерью.

— Он мне никогда этого не говорил.

— Он мне никогда этого не говорил.

— Ещё скажет.

— Ещё скажет.

— Спасибо тебе. — прошептала я, нежно улыбнувшись.

— Спасибо тебе. — прошептала я, нежно улыбнувшись.

Тишина сопровождала наше дальнейшее времяпрепровождение в объятиях друг друга. Мы наслаждались контактом магии, ласкающей нас, теплом тел, биением сердец, бьющихся в одном ритме. Кайм с наслаждением втягивал мой запах, опаляя кожу горячим выдохом. Я таяла в руках любимого, позабыв о тяготах и грустных мыслях.

Тишина сопровождала наше дальнейшее времяпрепровождение в объятиях друг друга. Мы наслаждались контактом магии, ласкающей нас, теплом тел, биением сердец, бьющихся в одном ритме. Кайм с наслаждением втягивал мой запах, опаляя кожу горячим выдохом. Я таяла в руках любимого, позабыв о тяготах и грустных мыслях.

Чувствуя, как губы Кайма растягиваются в улыбке, я сама невольно улыбнулась и, развернувшись в кольце сильных рук, подняла глаза на демона, утопая в нежности его золотых озер.

Чувствуя, как губы Кайма растягиваются в улыбке, я сама невольно улыбнулась и, развернувшись в кольце сильных рук, подняла глаза на демона, утопая в нежности его золотых озер.

— Что это за улыбка? — прошептала я томно, скользя руками по широким плечам.

— Что это за улыбка? — прошептала я томно, скользя руками по широким плечам.

— Вспомнил лицо Виктора, когда ты сказала, что у него будет двойня.

— Вспомнил лицо Виктора, когда ты сказала, что у него будет двойня.