Элиз Вюрм – Дом на болотах (страница 4)
- Мне нравится песня «Caminito» в его исполнении, - Задумался Карвель. - «Дорожка»!
- Я знаю эту песню! - Кивнула Саша.
Он посмотрел с удивлением.
- Любите испанскую музыку?!
- Да... Дьянго, например…
Она смешливо заулыбалась.
- Он очень... Проникновенен!
Карвель тоже заулыбался.
- Значит, у вас чувствительная душа!
- Никогда об этом не думала!
Он засмеялся.
А потом:
- Это же прекрасно!
- Что именно?
Саша улыбалась.
- Что… сердце живо!
Посмотрел с симпатией.
- Слишком много тех, кто не жив...
- Согласна!
- С чем именно?!
Карвель тоже улыбался.
- Они не могут почувствовать того, что чувствую я!
Он внимательно, пристально посмотрел на неё.
- У вас есть свой мир... Это самое дорогое, что есть у человека!
- «Дорогое»? - Удивилась Саша.
- В этом вашем мире, где всегда светло и нежно (а Дьянго это свет и нежность), вы переживёте всё, и выйдете из этого обновлённой!
Она сказала, растерянно, потерянно даже:
- Откуда вы всё знаете?!
Карвель мягко улыбнулся.
- Мой мир похож на ваш; мне там тоже никто не нужен, потому, что никто не может почувствовать того, что чувствую я!
Деревья нависли над ними зелёной аркой, и Саше захотелось сказать своему спутнику:
- Тут — необыкновенно!
- Согласен…
Карвель улыбнулся.
Она вдруг спросила его, неожиданно для самой себя:
- Вы всегда такой…
Она поняла, какой.
- Спокойный как храм из камня!
- Храм — не спокоен, - Чуть лукаво улыбнулся Карвель. - Он же всё помнит… демон-камень, помнит как пена морская, как Крест серебрится звездой…
Посмотрел в глаза.
- Вы правы… Я родом из Храма имя, которому Сердце…
- «Сердце»? - Удивилась и смутилась Саша.
- Сен-Шарль... Его так зовут, то ли город, то ли проклятие. Однажды там встретились двое, юноша по имени Шарль и женщина по имени Аннет. Он был францисканским монахом, — преломил с людьми дух и хлеб!
- А она? - Взволнованно спросила Саша.
- Она была аббатисой… флагелланткой!
Она вопросительно посмотрела на Карвеля, и он добавил:
- Её близость к Христу измерялась шрамами на её теле, — она была из самобичевателей, из тех, кто искупил каждую Христову слезу умерщвлением души и плоти.
Саша потеряно спросила:
- А это, возможно, умертвить душу?!
- Да… - Сказал он по-пастырски глухо, в нос. - Если жить без любви...
Глава 3
Они пришли в паб, в тот самый, в котором познакомились.
- Какой столик вам нравится? - Спросил Карвель. - У окна, или в глубине?
- В глубине!
Саша посмотрела ему в глаза.
- Если вы не против...
- Не против.
Они прошли за столик, и сели.
Саша осмотрелась; просто уютно тепло, и эти грубые вазы с полевыми цветами...
- Почему Саша? - Спросил Карвель. - Не Алекс...
- Мой отец родом из России, это он дал мне это имя, и всегда называл меня так.
- Какой он?
- Душу не сохранил, только память.
- Почему?!
- Пришлось начать сначала, но чтобы начать сначала, надо умереть!