Элисон Гудман – Клуб «Темные времена» (страница 14)
– Ты дочь графини Хейденской? – спросила Ее Величество так тихо, что казалось, будто изо рта вылетело лишь теплое дыхание. Все-таки она задала этот вопрос.
У Хелен сжалось горло. Она молча кивнула в ответ.
– Дитя, не верь всему, что говорят о твоей матери.
Эти ласковые слова заставили Хелен поднять взгляд, и на мгновение она встретилась с сосредоточенным взором своей королевы. Что та имела в виду? В лице не читалось ответа. Оно было покрыто непробиваемой маской, выкованной жизнью при дворе. Ее Величество выпрямилась и благосклонно кивнула, показывая, что Хелен свободна. Или этот кивок означал удовлетворение?
Камергер незаметно скользнул за Хелен, ловко подобрал шлейф и водрузил гору атласа на ее левую руку. Девушка с трудом заставила себя поклониться принцессам и королеве, поднялась на ноги и отошла от трона.
Глава шестая
Тетушка Леонора резко, с шумом закрыла «Таймс» и отбросила газету на сервированный к завтраку стол:
– Унизительно.
Хелен взяла мягкую бриошь из серебряной корзинки, которую протянул ей Барнетт, и оставила ворчливое бормотание тетушки – уже в третий раз за сегодняшнее утро! – без внимания. Она разорвала булочку пополам и вдохнула ее сладкий, теплый аромат. Хелен необычайно успокаивал запах свежей выпечки, и после бессонной ночи он был ей особенно необходим. Девушка до утра прокручивала в голове разговор с Карлстоном и слова королевы. Она так и не поняла, зачем граф украл ее медальон. И что Ее Величество имела в виду под своим невероятным заявлением. Оно походило на туманное отрицание факта государственной измены леди Кэтрин, однако с полной уверенностью утверждать этого было нельзя, и Хелен, разумеется, не могла уточнить это у королевы.
Тем не менее, если леди Кэтрин и правда обвинили незаслуженно, долг ее дочери – докопаться до истины. Возможно, ей даже удастся восстановить доброе имя матери.
Чтобы отвлечься от беспочвенных надежд, Хелен отрезала кусочек масла. Она совершенно не знала, с чего начать. А что, если правда окажется во много раз хуже слухов? Несколько лет назад девушка поняла, каково это – сталкиваться с суровой реальностью. Эндрю рассказал ей тогда, что каждый неожиданный визит матери в их фамильное имение, Динсвуд-Холл, на самом деле был не ее прихотью, а вынужденным побегом от очередного разгоревшегося в Лондоне скандала.
Тетушка обмакнула тост в чай. Размокший кусок так и остался зажатым в пальцах: вместо того чтобы поднести его ко рту, Леонора вернулась к задевшей ее публикации в газете с описанием вчерашнего вечера в королевской гостиной.
– Унизительно, – повторила она. – Нас обошли приглашением на вечерний прием принца-регента. – Тетушка уронила влажный хлеб на тарелку. – Это все из-за твоего дядюшки. Если бы он не распространялся о вырождении Карлстонов, нас непременно бы пригласили.
Эти слова заставили Хелен оторвать взгляд от булочки, которую она намазывала маслом. Тетушка редко позволяла себе критиковать дядюшку, даже находясь в окружении самых близких людей.
– Мы давно знали, что нас не пригласят, – заметила Хелен.
– Это не менее унизительно. – Леонора отложила газету. – Тебя представили ко двору, мы по праву должны были получить приглашение. Наше счастье, что список гостей не опубликован. Все заметили бы, что в нем нет твоего имени. Это было бы ужасно. – Тетушка отодвинула от себя тарелку, и Барнетт забрал ее со стола. – Теперь нас ждет визит лорда Карлстона, который не добавит нам доброй славы, несмотря на благотворное присутствие мистера Браммела.
В укоряющем взгляде тетушки Хелен прочла:
Вчера вечером, после ужина, по всему дому долго разносились шумные крики лорда Пеннуорта, который выражал свое возмущение по поводу грядущего визита лорда Карлстона. Добрых полчаса тетушка успокаивала мужа, напоминая ему о том, как ценно знакомство с красавчиком Браммелом, и только благодаря этим увещеваниям дядюшка согласился принять у себя графа. Все знали о том, что успех девушки в обществе обеспечен, если о ней одобрительно отзовется мистер Браммел. Тем не менее дядюшка твердо заявил о своем намерении провести утро в клубе, дабы избежать встречи с Карлстоном.
Хелен надкусила бриошь – набитый рот послужит оправданием ее молчанию. То, что лорд Карлстон их навестит, действительно ее вина, но ей вовсе не стыдно. Она еще не придумала, как заставить графа вернуть медальон и объясниться, однако именно за этим девушка его и пригласила. Как джентльмен, он обязан вернуть портрет. Хелен откусила еще немного булочки и задумчиво прожевала ее. С другой стороны, пока что она не замечала за ним признаков джентльменского поведения.
Тетушка сняла верхнюю карточку со стопки приглашений, которые прибыли утренней почтой.
– По крайней мере, нас пригласили на бал в честь дня рождения короля. – Она согнула плотную бумажку указательным и большим пальцами. – А ты не поделилась со мной тем, что сказала тебе королева.
Хелен пожала плечами:
– Я страшно волновалась и ничего не разобрала. Наверное, обычную любезность.
Она не сознательно решила скрывать ото всех слова Ее Величества. Когда тетушка впервые о них спросила, Хелен отмахнулась от ответа. Так она поступила и в этот раз. Возможно, это незрелый поступок, но ей не хотелось, чтобы тетушка разрушила ее надежду на невинность матери. Это открытие принадлежит ей одной.
Леди Леонора с беспокойством изучила племянницу:
– Она сказала что-то жестокое?
Хоть на это можно ответить правду.
– Нет, вовсе нет. – Хелен нагнулась к столу и прочитала надпись, выгравированную на следующей карточке в стопке. – Дом Говардов, третье мая? Мы пойдем?
– Других интересных предложений нет, так что, скорее всего, да. Говорят, там будет присутствовать лорд Байрон.
– Правда? Мне очень хотелось бы его увидеть. Я слышала, что он прекрасен, как Адонис.
Миллисента уже встречалась с великим поэтом и в излишних подробностях доложила Хелен о его физической привлекательности и очаровательной угрюмости. Интересно, как бы Миллисента истолковала странное поведение лорда Карлстона? Что ж, скоро она об этом узнает: леди Гардуэлл с дочерью присоединятся к ним на воскресной прогулке в парке.
Тетушка хмыкнула:
– Лорд Байрон – красивый юноша, с этим я не спорю, но мне не нравится вся эта история с Каро Лэм. Они совершенно не скрывают свой роман.
Хелен отложила карточку и прочла следующую.
– Смотрите, тетушка, леди Джерси приглашает нас во вторник в Воксхолл-Гарденз. Мы пойдем? Мне там нравится.
– Разумеется. Нельзя отказывать одной из покровительниц «Олмака». Однако мы очень поздно получили приглашение. Боюсь, что о нас подумали не в первую очередь. – Тетушка раздраженно отпила свой чай. – Тем не менее мы его примем. Мы обеспечены билетами на весь май, но стоит нам потерять расположение леди Молчание, и вход в клуб в июне будет для нас закрыт.
Хелен удивило то, что тетушка использовала неприятное прозвище, которое покровительнице клуба присвоили за ее удивительную словоохотливость.
– Я думала, вам нравится леди Джерси.
– Да, но ее внезапный интерес к тебе вызывает у меня сомнение. Не будет преувеличением назвать эту даму переменчивой особой, а мы не хотим, чтобы она оскорбилась по какой-нибудь нелепой причине и закрыла нам доступ в «Олмак».
Хелен улыбнулась. Пускай леди Джерси непредсказуема, но вечер в развлекательном саду не может не быть волшебным. Она убрала карточку и прочитала надпись на следующей.
– А это приглашение на бал Миллисенты в честь ее девятнадцатилетия.
– Само собой, мы его принимаем, – кивнула тетушка. – Раз уж ты сочла разумным втянуть в наш круг общения лорда Карлстона, возможно, нам следует пригласить его на твой бал?
Хелен поспешила занять рот очередным куском булочки. Ее бал назначили на двадцать шестое мая, чтобы приурочить его к полной луне, но именно в этот день Хелен с Эндрю узнали о смерти родителей, и обычно девушка проводила его в уединении, размышляя о времени, проведенном с отцом и матерью, которое она все еще хорошо помнила. К сожалению, эту годовщину ей придется провести на балу. Дата была выбрана не случайно, а из сентиментальных соображений: тетушка сказала, что пора заменить печальные воспоминания радостными. В каком-то смысле она была права, но Хелен видела в этом предательство и не могла готовиться к балу с тем энтузиазмом, на который рассчитывала тетушка. Участие же Карлстона, несомненно, привнесет что-то новое в атмосферу предстоящего вечера.
Хелен проглотила разжеванный кусок бриоши:
– Дядюшке это не понравится.
– Ты права. И все же вполне вероятно, что Карлстон приведет с собой Браммела. Насколько я понимаю, красавчик намерен восстановить репутацию графа в обществе. – Тетушка вернула королевское приглашение в стопку карточек. – Если я права, Браммел, скорее всего, останется на твоем балу допоздна и уже не будет посещать в намеченный день другие дома. – Леди Леонора задумчиво постучала пальцами по белой скатерти. – Надо добиться именно этого счастливого исхода. Ты завершила свой список гостей?
– Пока нет.
– Тогда им сегодня и займешься. – Тетушка отряхнула руки от хлебных крошек и украдкой оглядела свою лимонного цвета сорочку. – Твой дядюшка попросил меня нанять новую горничную, так что первым делом я напишу в агентство, а затем мы обсудим твой список. – Она незаметно смахнула с лифа затерявшуюся крошку.