Элис Вонд – Ближе, чем ты думаешь (страница 3)

Она никогда раньше здесь не была. Это даже не было комнатой её брата или матери. На ту, что Терниковы подготовили для Ларисы, тоже не было похоже. Синяя футболка и свободные шорты ей также не принадлежали. Чужая квартира.

Девушка быстро прикрыла рот рукой. Боже, Вероника ведь была не из тех, кто проводит ночь с незнакомцами. Ей всегда подобные истории казались странными и невозможными, тем более с ней в главной роли. Но она здесь.

Беспощадная паника хорошо отвлекла от навязчивой боли и лёгкого похмелья. Вдохи получались слишком резкими и частыми. Она вцепилась пальцами в ткань и немного оттянула воротник.

Всё ощущалось слишком реальным, чтобы быть сном. На глаза попадалось много разных вещей и все они были достаточно чёткими, настоящими. Лица участников какой-то музыкальной группы она отчётливо видела. Это не было воображением.

Грудь горела от паники и слишком учащённого дыхания. Футболка неприятно липла к спине. Холодный пот медленно стекал по шее.

Нужно было успокоиться. Всё не могло быть так плохо.

Она заставила себя сделать несколько медленных вдохов и выдохов, откинув неприятные мысли. Ника едва взяла себя в руки. Одеяло сползло на пол, когда девушка спустила ноги с кровати. Шорох ткани казался оглушительным в тишине комнаты. Прохладно. Ветерок пробежался у её ступней.

Она неуверенно открыла дверь и высунулась в коридор. Первое, о чём она подумала, оказался побег. То есть попытка покинуть квартиру до того, как проснётся хозяин. Т в тот момент вопроса про ключи в её голове не было. Да и план вдруг стал недействительным.

Из кухни доносился приятный аромат. Кто-то был там и, судя по всему, готовил. Уйти незамеченной не получится. Вероника была тихой, но не настолько. И что делать в подобных ситуациях она тоже не знала.

Осторожными шагами Терникова продвигалась вперёд. Кто-то действительно был в квартире и бодрствовал. Просто сбежать, поджав хвост не получится. Поэтому ей оставалось лишь то, что она умела делать. Быть тихой и вежливой. Постараться не спровоцировать хозяина квартиры и благополучно разойтись, как в море корабли.

Почему-то вид из прихожей был странно знакомым. Если не считать саму прихожую, которая, как будто, должна была выглядеть иначе, быть более старой.

Пройдя дальше, девушка, ожидаемо, переступила порог кухни. За плитой стоял парень, чьи волосы казались светлее, чем мог вспомнить её мозг. Он, судя по всему, жарил блинчики. Ожидал ли хозяин дома, что она вообще останется на завтрак? Сомнительное предположение, как подумала Вероника.

— О, утро, пташка, - вдруг сказал парень, так и не взглянув на неё. — Садись давай.

Что ж, в этот день многие её мысли заходили в тупик и оказывались неправильными. Было бы ужасно некрасиво не остаться на завтрак. Ника прекрасно помнит вечные обиды своей мамы по поводу утреннего ритуала.

Терникова быстро цепляется взглядом за стол, прилегающий к стене, и выбирает для себя ближайший к двери стул. Хотя, возможно, ей стоило спросить, где обычно сидит хозяин квартиры. Но она уже расположилась и быть ещё более неловкой не хотелось. В конце концов Ника была в гостях, а не дома.

— Кстати. Я думал, что всем рассказывают про клубы и гулянки там. Но, видимо, всегда есть исключения, - просто начал говорить парень, когда девушка устроилась за столом. Он ненадолго обернулся, как бы показывая с помощью зрительного контакта серьёзность темы. — Никуда не ходи с незнакомыми или малознакомыми людьми. А если бы я реально каким-то насильником был?

— Ты меня ещё отчитывать собираешься? Сам-то что там забыл? – слабо огрызнулась Ника и тут же прикусила язык.

Ей не стоит ругаться с парнем. Конечно, она в любом случает собиралась уйти с минуты на минуту. Но это не освобождало от простого, нормального поведения. Веронике не десять лет, чтобы вести себя так по-детски. Слишком грубый ответ для человека, который готовил ей завтрак. И впрямь бессовестная.

— В отличие от некоторых, я хотя бы туда не от безысходности зашёл.

Слова били больнее, чем ей хотелось бы. Скорее всего, он принял её за брошенную девушку. Что отчасти правда. Только вот оставили её в одиночестве члены семьи, а не какой-нибудь молодой человек. Не тот уровень безысходности. Да и жаловаться некому.

— И много я рассказала? – осторожно поинтересовалась Ника, немного смущённая тем, что могла просто вывалить свои проблемы на парня, будучи не в трезвом уме.

— Достаточно, чтобы решить привести сюда.

Плечи Терниковой поникли. Стоило ожидать, что домой её привели не просто так. Вероника неловко водила большим пальцем по тыльной стороне ладони, надавливая чуть сильнее, чем стоило. Она опустила взгляд в пол, стараясь подавить возрастающий стресс.

— Не парься, - быстро прервал её парень, не позволяя уйти в омут с головой. — Ты большую часть времени рыдала и задавала философские вопросы.

— Так, а с чего ты тогда взял, что мне некуда идти?

Теперь Ника с интересом смотрела на хозяина квартиры. К сожалению, её бывший жених был единственным мужчиной, не считая брата, кто принимал участие в её жизни. Зато много разного она слышала от матери и её подруг, когда те приходили на чай. И если изначально Вероника думала, что парень просто решил помочь человеку со сложной жизненной ситуацией – ну, может он был очень сострадательным и добросердечным - то теперь у неё были сомнения по поводу чужих действий. Ведь мало ли чего добивался.

— Когда мы вышли, ты буквально встала посреди улицы и говорила мне потеряться, когда я спрашивал твой адрес.

Пусть парень и посмеивался, когда говорил, Терникова не знала куда себя деть. Она лишь представила себе эту картину в голове и сгорала со стыда, понимая, что далеко не один человек мог стать свидетелем её странного поведения. Узнай об этом Анна Анатольевна, была бы очень разочарована в дочери. Вероника молилась, чтобы прохожие не сняли это на телефон, и никто из знакомых их семьи случайно не увидел этого позора.

— А потом я предложил тебе это, - продолжил парень, качнув головой и махнув рукой, как бы обводя кухню. Его квартира стала их маленькой крепостью, где потерянные и одинокие люди, судя по всему, могли найти убежище. Хоть и на одну ночь, но Ника стала частью этого места. И она почти не жалела. Всё же это было лучше ночного клуба. Пусть чужие намерения до сих пор вызывали у неё вопросы. — И знаешь, что ты мне сказала?

Терникова встретилась с ним взглядом и приподняла бровь. Увы, память о ночных похождениях была весьма нестабильной из-за алкоголя. А потому большая часть воспоминаний казалась размытой и едва ли реальной. По крайне мере теперь Вероника точно знала, что спиртные напитки не для неё. Уж больно много проблем от пары стаканов.

— «Куда угодно, только не домой», - процитировал, видимо, парень, параллельно ставя чайник на плиту. Ника вновь опустила взгляд, неловко ёрзая на стуле. С её стороны говорить что-то такое было отвратительным. Слово она отказывалась от дома, от мамы, от брата и его жены. Неблагодарная. Однако разогнать эту мысль дальше ей вновь не дали. — Страшно другое. Ты, предположив, что я могу быть маньяком, попросила меня убить тебя быстро, пока ты ещё пьяна. И посоветовала не парится по поводу тела, ведь тебя не будут искать. Знаешь, весьма необычно для молодой девчонки. Очередной переходный возраст?

У Терниковой было ощущение, словно к ней относились как к ребёнку, хотя, казалось, у них не такая большая разница в возрасте. И вот её, уже совершеннолетнюю девушку, отчитывал незнакомый парень. Парень, который составил ей компанию в клубе. Парень, который с горем пополам довёл её до своей квартиры, так как она отказывалась возвращаться домой. И этот же парень сейчас готовил для них блины. Всё это звучало как бред, вымысел ещё сонного мозга.

— Как звать хоть тебя, потеряшка?

Глава 4

Влад дожаривал блинчики, но уже поставил одну из тарелок на стол, чтобы не морить гостью голодом. Когда чайник закипел, девушка вскочила с места и отставила его. Но квартира была для неё незнакомой, из-за чего она не смогла быстро понять расположение некоторых вещей.

Всего было пять кружек, но ей дали выбор лишь из двух. Видимо, у оставшихся уже были владельцы. Вероника налила им чай. Была небольшая проблема с тем, чтобы определиться с количеством сахара. Дело в том, что у неё дома всегда был только в кубиках. Скорее всего из-за красивых расписных сахарниц Влад покупал рассыпной.

Терникова только начала наслаждаться блинами, когда вдруг услышала знакомую мелодию. Такую же как у неё на телефоне. Взглянув на подоконник, она увидела зарядное устройство, тянущееся к мобильнику. И уж больно этот старый чехол был похож на тот, что ей когда-то купил бывший жених.

И почему-то Ника уже не сомневалась, что это её телефон.

— Ты возьмёшь трубку?

Это стало последним толчком к действию. Девушка быстро подошла к подоконнику, отсоединила свой гаджет от зарядки, села обратно за стол и нажала на соединение.

— Алло?

— О, Ника, это же ты, да? – тут же раздался до боли знакомый голос.

А в голове Вероники уже бегали мысли. От простых вопросов до уговоров сбросить звонок её отделяло воспитание и, возможно навязанное, чувство вины, что настигнет сразу после. Она сделала медленный вдох. Выдох.

— Да, привет, Лариса.