Элис Мэк – В объятиях вампиров. Дилогия (страница 39)
Опустился на кровать, осторожно стянул с нее простыню и чуть не застонал от накатившей похоти.
Какая же она все — таки совершенная. Округлые формы. Соблазнительные изгибы. Она кажется такой маленькой юной, но ее женственность говорит сама за себя. Ее не возможно не хотеть.
Чувствую, как во мне нарастает вожделение и похоть, желание всецело обладать этой невероятной сладостью, ее телом и душой.
На ней сейчас короткая маячка на тонких бретельках и белые трусики, самый простой и самый греховный наряд. Сквозь тонкую ткань хорошо видны округлые полушария ее соблазнительных грудок с призывно манящими сосочками.
Глупенькая. Кто же ложится в таком наряде в постель к двум «голодным» мужчинам.
Полурык — полустон вырвался из груди.
Навис над ней. Обхватил губами манящую вершинку, прямо через ткань. Немного оттянул сосок, слегка прикусил, срывая с ее губ слабый вздох.
Улыбнулся и спустился ниже к ее животику. Запечатлел на нем жаркий поцелуй и потянулся губами к трусикам. Быстро стянул мешающую ткань и жадно припал ртом к маленьким аккуратным губкам.
Такая вкусная…
Прошелся языком по розовым лепесткам и втянул в рот ее чувствительную горошину, тем самым сорвав с ее губ уже осознанный стон.
Кажется, наша девочка проснулась.
Вероника
Я так хорошо спала!
Только добралась до подушки, вырубилась моментально. А что сейчас? Меня пытаются разбудить, да еще и таким бесцеремонным способом.
Ахх!!!
Хотя…способ очень даже…очень даже…ахх…приятный.
Блииин! Ну вот, что они делают, а?
Так умело приучили меня к своим ласкам. Стоит им прикоснуться к моему телу, как я вспыхиваю моментально.
Чувствую, как с меня стягивают трусики. Нагло, бесцеремонно. А потом кто — то из близнецов припал губами к моей женственности. Хотелось свести ноги и выгнуться дугой, но я сдержалась. Приоткрыла один глаз и заметила, как Алекс задрал маячку и с большим энтузиазмом занялся мой грудью. Он втягивал губами чувствительный сосок, ласкал языком, а второй перебирал между пальцами, поглаживая при этом грудь.
А тем временем Николас творил что — то невероятное у меня между ног, и я больше не смогла сдержать стон. Выгнулась дугой, когда он сжал губами до боли чувствительную горошину.
До чего же сладко чувствовать на себе их поцелуи, умелые ласки. Хочется растворяться в этих ощущения, отдаваться в полную их власть.
Распахиваю глаза и ловлю на себе торжествующий взгляд близнецов. Их хищные улыбки и коварный прищур глаз говорили о том, что мне не отвертеться.
Хмурю брови и твердо поджимаю губы, чтобы показать им, что вообще — то я не давала согласия на все это безобразие.
Но, кто же меня спрашивает. Они, похоже, уже все решили.
Доминанты, блин!
Если в обычной жизни их мнения на счет меня могли резко отличаться, и я имела возможность, в случае чего, переметнуться от одного вампирского крылышка под другое, то когда дело доходило до постели…здесь эти заразы были заодно.
В ответ на мое нелепое упрямство Николас хищно оскалился и резко ввел два пальца в уже готовую и влажную плоть, выбивая из меня сладкий стон. Потом он приподнялся и быстро перевернул меня. Придерживая одной рукой, подсунул под живот подушку так, чтобы моя попка оказалась бесстыже приподнята вверх. Открыта и доступна, только для него. Раздвинул ноги и вошел, как можно глубже, вжимая меня в кровать всем своим телом.
Зашипел от удовольствия. А потом начал двигаться резко властно, словно наказывая меня, подчиняя, выбивая из легких хриплые стоны. Но уже через минуту насладившись моими приглушенными криками, его движения стали более размеренными и плавными. Он провел рукой вдоль позвоночника, лаская, а затем намотал мои волосы на кулак и мягко потянул на себя, вынуждая приподняться.
Не выходя из меня, он сел на колени и потянул мою попку на себя. Я оказалась сидящая на нем сверху.
Алекс тут же оказался рядом. Обхватил руками лицо и с жадностью смял мои губы. Углубил поцелуй, превращая его в страстный ураган эмоций.
Николас тем временем начал двигаться быстрыми резкими толчками.
Боже! Они сведут меня с ума своей страстью.
Алекс опустил одну руку вниз, отыскал пальцами чувствительный бугорок и твердо надавил. И в этот момент в меня словно тысяча молний вонзилась. Ослепительная волна всепоглощающей дрожи прокатилась по всему телу, заставляя меня кричать и судорожно цепляться за плечи Алекса, словно за спасательный круг. А сзади Ник продолжает вбиваться в меня, продлевая и усиливая эту сладкую дрожь.
Утробно зарычав, Николас вновь опрокинул меня на четвереньки и, сделав несколько мощных толчков, достиг кульминации.
Лежу, пытаюсь прийти в себя. Дышу так, словно стометровку пробежала с непривычки. Ну, надо же так упахать! И это был только Николас, а ведь еще Алекс не получал своей порции меня.
Теплые ласковые руки поворачивают на бочек мое обмякшее тело, и притягивают в свой плен.
Алекс. Он не настаивает на немедленном продолжении марафона, его руки нежно скользят по волнующим изгибам, гладят, мнут. Губы целуют и игриво покусывают мое плечико. Я нежусь в этой ласке, откидываю голову ему на грудь и буквально начинаю мурлыкать от удовольствия.
— Девочка моя, — шепчут его губы у самого уха.
Ник прилег ко мне спереди с улыбкой довольного и сытого кота.
Очертил пальцем контуры губ, а затем поцеловал нежно так, ласково. С большим энтузиазмом и упоением вновь разжигая во мне жгучее пламя.
Алекс тем временем уже скользнул в меня, начиная свои неспешные мерные покачивания бедрами.
Всхлипываю, чувствуя, что вновь начинаю возбуждаться.
Боже! Да!
Что же они сделали со мной?
Может я извращенка какая — нибудь? Получаю удовольствие в постели сразу с двумя мужчинами. Ведь это же не нормально…наверное. Или нет?
Секс с ними стал для меня, как наркотик. Попробовав один раз, я хочу еще. Хочу их обоих…сразу двоих или по отдельности…это уже не имеет значения, главное, чтобы они оба были рядом.
Я знаю, что они меня не отпустят.
Если честно, то я сама уже не могу представить, как буду без них, если все — таки удастся вернуться домой.
Всем своим существом они забрались ко мне под кожу, по — хозяйски, основательно и надолго обосновались там, пустив корни. И это пугает меня и приводит в невообразимый трепет.
Алекс перевернул меня на спину. Я даже опомниться не успела, как он закинул мои ноги себе на плечи и вошел глубоко, доставая, как мне показалось до самой души.
Ахх! Не смогла сдержать хриплый стон.
Он неотрывно смотрел на меня начиная двигаться. Его темные глаза с адским пламенем внутри, казалось, пронизывают душу. Он ловит ими мои эмоции, захватывает в плен и подчиняет себе.
Смотрю на него, как завороженная и, отдаюсь в его полную власть.
Алекс крепко обхватывает мою попку руками и продолжает вбиваться. Уже более мощно, напористо. Сейчас он ощущается особенно остро и глубоко, учитывая еще его довольно приличный размер и то в какой позе он меня взял, то уровень моих ощущений просто зашкаливает.
Чувства на грани боли и наслаждения. Нереальное сочетание!
— Ааа! — вскрикиваю и невольно морщусь, когда он погружается особенно глубоко.
— Что маленькая, больно? — тяжело дыша, спрашивает, хриплым от возбуждения голосом.
— Немного, — отвечаю.
Рядом Николас усмехается и укоризненно хмурит брови.
— Нежнее Алекс, нежнее, — говорит, а сам хищно скалится, оголив свои острые клыки.
Алекс опускает мои ноги и уже не боясь сделать мне больно продолжает свое властное вторжение. Наши стоны и учащенное дыхание смешиваются, превращаясь в музыку, понятную только для нас троих. А потом словно взрыв сверхновой, сознание разлетается на мириады мелких осколков, и я парю в этом космосе из звезд, на волнах блаженства.
После, лежу в крепких и уютных объятиях близнецов, уткнувшись носом Нику в грудь. Алекс обнимает сзади, собственнически прижимая к себе мою попку. Я нежусь в этих объятиях, пытаюсь, как можно лучше запомнить этот чудесный момент, впитать в себя его теплоту и заботу. И все бы ничего и наши отношения можно было бы назвать идиллией, если бы не это жирное «НО», которое стоит между нами.
— Секс все равно ничего не меняет…, — я должна была это сказать, расставить все точки, объяснить им свою позицию. — Я не смогу смириться с тем, что вы от меня хотите, не смогу просто взять и перечеркнуть свою жизнь, обрубить все мосты. Я так не хочу…
— Послушай, малышка, — перебил Ник. Он гладит меня рукой по голове, зарываясь и перебирая между пальцами длинные волосы. — Мы с Алексом решили, что… В общем…ты сможешь позвонить своей матери и сказать, что с тобой все в порядке.
Что? Он это сейчас всерьез говорит или они решили поиздеваться надо мной? Неужели тираны решили пойти на уступку? Для меня?