Элис Мэк – Альва. Дарующая жизнь (страница 24)
— Тебе было хорошо? — спросил дракон, пропуская мои соски между пальцами, сдавливая и дразня напряжённые вершинки.
Я судорожно выдохнула, когда по телу прокатилась приятная волна возбуждения, на что дракон отозвался одобрительным рокотом, а его член вновь налился силой, став твёрдым и упругим.
Я смущённо прикрыла глаза и тихо проговорила:
— Очень.
— Не надо стесняться своих чувств, Элив. — Тэрон погладил мою щёку и мягко обхватил скулы, поворачивая моё лицо к себе. Посмотрел в глаза. — Ты прекрасна. И до безумия желанна! — В его глазах вновь вспыхнул огонь. — Разве вчера ты ещё не осознала, как сильно мы тебя хотим? Ты — наша единственная. И мы будем любить и беречь тебя всю жизнь.
— Я знаю. Просто я… — замялась на мгновение, задумчиво сплетая пальцы наших рук в нежных прикосновениях. — Мне нужно немного больше времени, чтобы привыкнуть, я уже говорила. Но вы мне так его и не дали. А теперь… Всё слишком быстро происходит. И то, что было прошлой ночью, ничего не меняет. Я знаю: вы ждёте от меня взаимности, но… чувства не рождаются за пару дней, понимаешь? Я всю жизнь боялась драконов. Боялась, что меня навсегда разлучат с моими родными… с мамой. Я пыталась избежать ненавистной участи всеми способами. Пыталась сбежать, спрятаться. Но, видимо, от судьбы не сбежать, — усмехнулась я и повернула голову, чтобы взглянуть на дракона. — Ты мне симпатичен, Тэрон. Я не вижу в тебе угрозы. И Мирос мне тоже нравится. Но это ещё не любовь, ты же понимаешь.
— Я понимаю, маленькая. И я не требую от тебя мгновенных чувств. Уверен, что со временем мы сможем завоевать твоё доверие. — Тэрон наклонился, чтобы шепнуть на ушко: — И любовь… Прости, но вчерашняя инициация была неизбежна.
— Из-за дарга? — догадалась я. — Но откуда он взялся здесь?
— В Амансиане проходил Совет трёх императоров. Мы думали, что всё пройдёт тихо. Тебя охраняли очень надёжно — никто бы не подобрался. Но всё пошло совсем не так…
— Если бы вы сразу сказали, в чём дело, я бы ни за что не вышла на тот балкон. Я ведь не знала. Я просто…
— Ты не виновата, Элив. Это… моя вина. Я не должен был впускать даргов в Амансиан.
— Моя метка, кстати, пропала.
Я подняла свою руку и показала её Тэрону. Он погладил пальцем моё запястье, проговорив многозначительно:
— Зато у тебя теперь появились другие.
Я привстала и, перекинув мокрые волосы через плечо, попыталась взглянуть на свою спину, но так ничего и не смогла разглядеть.
Тэрон улыбнулся, приподнялся вслед за мной, обнял руками за талию и поцеловал моё голое плечико.
— Три брачные метки. — Он провёл пальцем по спине сверху вниз. — Они отлично смотрятся на твоей спине.
И снова поцелуй, но уже в область метки и вдоль по позвоночнику, оставляющий россыпь мурашек на коже.
— Тэрон? — тихо позвала я. — Скажи, что теперь будет? Дарги… Они не смогут забрать меня теперь?
— Теперь никто не сможет забрать тебя у нас. Ты — наша, малышка.
— А спать… мы будем в одной комнате?
Почему-то этот вопрос волновал меня сейчас больше всего.
Я затаила дыхание.
— А ты этого хочешь?
— Ну… я не знаю… — Я неожиданно растерялась. — Я просто думала…
Тэрон тихо рассмеялся.
— Всё будет так, как ты захочешь, маленькая. Мы можем спать все вместе или отдельно, но поверь, тебе захочется иметь личное пространство, потому что теперь быть с тобой рядом и не сметь прикоснуться — настоящее мучение. Вчерашняя ночь не просто связала нас брачными узами — она связала наши жизни. Да-да, не удивляйся, Элив. Ты ещё многого не знаешь. Вместе с брачными метками мы отдали тебе часть своей магии. Поэтому теперь мы связаны магическими узами.
— Я не понимаю: во мне теперь есть магия?
— Да. Мы передали тебе дар жизни. Самый ценный. Береги его. Отныне ты — хранительница нашего рода. И теперь от тебя очень многое зависит.
— Что именно?
Тэрон улыбнулся и положил руку мне на живот.
— Например, то, что однажды ты сможешь подарить жизнь маленьким дракончикам.
Я смущённо закусила губу.
О дракончиках я пока совсем не думала. Хотя мысли о ребёнке, маленькой крошке, которую я смогу взять на руки и назвать своей, грела душу.
— Поэтому, если ты захочешь делить с нами ложе каждую ночь, поверь, мы будем только рады. Но знай… — Голос Тэрона стал хриплым от возбуждения. Он наклонился и прошептал мне на ухо: — …мы залюбим тебя до изнеможения.
От его откровенных слов на щеках вспыхнул яркий румянец, а мышцы лона сжались сладким спазмом.
— Ах, вот вы где!
Мы с Тэроном одновременно повернули головы.
Глава 31
В дверном проёме стоял Мирос и смотрел на нас с лёгкой ухмылкой на губах.
Я тут же заёрзала в объятиях императора, пытаясь инстинктивно прикрыться.
Всё-таки открыто сверкать своими прелестями перед мужчинами мне всё ещё было непривычно, несмотря но то, что они видели меня вчера абсолютно голой.
Мирос усмехнулся и, лукаво прищурившись, направился к нам. Присел рядом с ванной.
— Я уже соскучился, — произнёс он, лаская меня своим взглядом.
Он опустил руку в воду и начал медленно гладить мою ногу, поднимаясь от коленки всё выше по внутренней стороне бедра, туда, где уже всё горело от ожидания и предвкушения его ласки.
— Мирос, — выдохнула я, когда он проник одним пальцем в моё лоно, нежно исследуя мягкую плоть и надавливая на чувствительный бугорок, который тут же запульсировал, посылая по телу сладкие волны удовольствия.
Сама не поняла, как раздвинула ноги ещё шире, предоставляя ему полный доступ к моему телу.
Как же это приятно!
Я даже и не предполагала раньше, что близость с мужчиной может быть настолько приятной. Вчера, когда я сходила с ума в их объятиях, думала, что это всё из-за напитка Лирей. Но сегодня… Сегодня уже никакой дурман не оправдает реакцию моего тела на ласки драконов.
Мне нравится!
Нравится, как трепещет моё тело, как всё внутри дрожит и сладко сжимается. Нравится смотреть в глаза драконов и видеть, как они меняют цвет: становятся тёмными и дикими от возбуждения. Нравится быть желанной.
Может, Лирей всё же была права, и стоит довериться им?
Я откинулась Тэрону на грудь и с тихим стоном прикрыла глаза. Мне было так хорошо!
— Кажется, тебе стоит к нам присоединиться, Мирос, — многозначительно проговорил Тэрон.
Я открыла глаза и закусила губу, глядя на то, как мой муж поспешно срывает с себя одежду, не сводя с меня потемневшего взгляда, а затем погружается в тёплую воду и, лукаво улыбнувшись, тянет меня к себе.
К счастью, ванна в покоях императора оказалась такой большой, что здесь с лёгкостью поместилась бы ещё пара человек.
Мирос притянул меня в плен своих рук, прижался к спине, и я почувствовала лёгкий поцелуй за ушком. Он смял ладонями мою грудь, пропуская чувствительные соски между пальцами, и прошептал:
— Красавица моя.
Я повернулась, чтобы посмотреть на него, а он накрыл мои губы глубоким страстным поцелуем — таким жгучим, что от острого желания в глазах вновь всё поплыло, и я застонала.
— Хочу тебя, малышка моя, — кусая мои губы в страстном порыве, произнёс он.
Мы целовались, как сумасшедшие, и я даже забыла о присутствии второго дракона в ванне, пока не почувствовала у себя между ног его руку.
Тэрон надавил мне на клитор, а затем вошёл в меня сразу двумя пальцами, отчего с моих губ сорвался протяжный стон.
Негромко рыкнув, Мирос мягко подтолкнул меня вперёд, вынуждая встать на колени. Я упёрлась ладошками в жёсткий торс императора, в то время как он прижался к моей попке твёрдым, как камень, членом. Раздвинул коленом ноги и плавно вошёл на всю длину, отчего я выдохнула, судорожно глядя в горящие огнём глаза Тэрона.
Он был возбуждён.
Его упругий член вздымался над поверхностью воды. Большой, налитый желанием, он был так близко.