Элис Манро – Отсюда к великому счастью, или Как улучшить Вашу жизнь навсегда! (страница 2)

Непустое предостережение: пусть покупатель остерегается! Прочесть и использовать эту книгу – значит сказать «прощай» всем оправданиям, которые мы называем удачей, шансом, несчастным случаем, кармой, волей Бога, и т. д. «Прощай» игре в русскую рулетку с жизнью. «Прощай» обвинениям, стыду и негодованию – этим неэффективным двигателям, которые управляют большинством жизней. Неизбежное загрязнение, которое их сопровождает, – недовольство, конфликт и месть, – подвергает опасности жизнь и прогресс всех нас, кто населяет эту планету.

С другой стороны, последствия того, что Вы становитесь более здравомыслящим, более удовлетворённым и реализовавшимся человеком, действуют как инфекция, поскольку эти качества отражаются всеми, с кем Вы контактируете в жизни. Каждый, с кем Вы теперь взаимодействуете, в некоторой степени и неким образом отражает Вас. Что эти люди заставляют Вас чувствовать по отношению к самому себе? Если Ваш ответ – нечто меньшее, чем тёплое, доброе и прекрасное, то – СТОП. Я приглашаю Вас откликнуться на Ваш импульс исследовать эту книгу и её секреты. Первый секрет, который она раскрывает, – объяснение, что то, каким образом с Вами сейчас обращаются, точно дублирует то, что Вы чувствуете по поводу самого себя. Большой секрет, первоначально обнаруженный Тойчами, которым они делятся с Вами, касается «захороненной» информации о Вас самих, соединённой с некоторыми простыми и мощными методиками. Через шесть часов система Тойчей позволит Вам стать лучшим человеком, каким Вы можете быть, и испытать лучшее, что Вы можете испытать. Попробуйте – Вам понравится. Я использую это!

Краткая история

Я обнаружил, что популярные пословицы не всегда правильны. Любопытство не обязательно убивает кошку[1]. Без него моя жизнь была бы нудной, и я никогда бы не искал ответы, которые составляют сущность этой книги.

Начиная с раннего детства, я был любознателен, если не сказать откровенно любопытен. Я хотел получить имеющие смысл, практические объяснения тому, что озадачивало меня. Например, я хотел знать, что движет моими родителями, моим братом, моими преподавателями, другими людьми и мною. Почему люди любили, казалось, недостойных индивидуумов, и почему они ненавидели тех, кого я считал достойными? Почему некоторые люди были больны, одиноки, несчастны, тогда как другие наслаждались здоровьем, богатством и лучшими вещами?

Масштаб моего любопытства не знал пределов. Почему с некоторыми людьми происходили несчастные случаи, тогда как другие были избавлены от них? Почему некоторые продвигались, казалось, без усилий, тогда как других, хотя они сильно стараются, отвергали и увольняли? Я удивлялся по поводу миллионеров, не имевших солидного формального образования, и выпускников колледжей или даже аспирантов, которые всегда были разорены, находясь обычно на грани бедности.

Степень моего удивления росла с каждым днём. Почему мужчины, женщины, дети, которые открыто заявляли, что любят друг друга, дрались, и почему они ладили с теми, кого они, очевидно, ненавидели и перед кем не имели никаких обязательств? Почему некоторые люди, стремясь быть вовремя, всегда опаздывали к назначенному времени, на поезда или самолёты? Другие, казалось не стараясь, всегда являлись вовремя. Некоторые индивидуумы в поисках дружеского общения были одинокими, овдовевшими или в разводе. Другие, постоянно ворча на своих супругов или любовников, были в браке или состояли в связи.

Почему, хотел я знать, так много религиозных людей, кто молится и часто посещает церкви, испытывает невзгоды или, подобно большинству членов моей семьи, погибло в холокосте, тогда как атеисты или агностики процветают и избегают неприятностей? Я был одержим мыслью о том, почему многие жалобщики достигли вершины и почему другие, якобы веселые и довольные, не пришли ни к чему. Хорошие, казалось, умирали молодыми или служили «половыми тряпками», тогда как плохим или эгоистичным буквально сходило с рук убийство.

Мои родители, хотя и были искренни и доброжелательны, не имели ответов на мои вопросы. Со временем они, вполне понятно, стали на меня сердиться. Как и мои учителя, раввины, священники и пасторы. Они и книги, которые они рекомендовали, давали мне мало удовлетворения.

После того как я поступил в колледж, моё замешательство и разочарование только выросли. Как я это видел, несправедливость, жестокость и пристрастие управляли миром. Когда профессор физики цитировал Эйнштейна, сообщая, что Бог не играет в кости со Вселенной, я захотел узнать, применимо ли это утверждение к человеку. «Конечно, нет, – резко ответил профессор. – Человек имеет свободную волю. Именно поэтому он – исключение». На некоторое время я успокоился.

Военная служба, сначала военнослужащим от рядового до старшего сержанта, затем офицером воздушной разведки, просто укрепила моё убеждение, что мир состоял из двух групп людей: победителей и неудачников, тех, кто добился, и тех, кто не добился, или живых и мертвых.

После войны я решил изучить право. Хотя я выиграл стипендию в Гарварде, я ушел оттуда, потому что система, казалось, оправдывала и увековечивала статус-кво. «Возможно, психология, – думал я, – утолит мою жажду», но она только усилила её. Как аспиранту Южно-калифорнийского университета мне советовали или читать статьи различных исследователей, или провести своё собственное исследование. Мысль потратить свою жизнь, изучая вопросы, на которые имелись ответы «нет» или в лучшем случае только предварительные ответы, приводила меня в содрогание.

Я уже готов был расстаться с надеждой, когда встретил Джоэл Мари Ноэль. Она быстро и к счастью стала моей женой. У нее были все ответы: осколки встали на свои места. Именно она произвела порядок из хаоса, придав смысл тому, что я и другие называли бессмысленным. Мой поиск был закончен. Через семь интенсивных лет круглосуточных дебатов, изучения и исследований мы развили методологию, которая стала основанием нашей практики.

Принципы, которые составили ИДЕАЛ[2] -метод Тойча, мы испытали сначала на себе, затем на наших друзьях и, наконец, на незнакомых людях. Результаты были быстрыми, точными и обнадёживающими, если не сказать захватывающими. Ободрённый, я впервые решил применить на общественной арене то, что узнал от моей жены. Национальный совет безопасности в Дирборне, штат Мичиган, по привычке тогда давал на праздники публичные прогнозы общего количества несчастных случаев. Джозеф П. Хавеннер, тогда инженер по безопасности, а позже исполнительный вице-президент Южно-калифорнийского автомобильного клуба, «купил» мой аргумент, что прогноз являлся равносильным колдовству вуду (черная африканская магия – прим. пер.), способствуя, таким образом, смертельным исходам многих невинных людей, бессознательно стремящихся угодить власти. Благодаря нашему совету в выходные четвёртого июля (День независимости США – прим. пер.) 1957 года имело место замечательное снижение количества несчастных случаев и аварий. Когда я позвонил в штаб Национального научного фонда, реакция была прохладной. Но Хавеннер и я упорствовали. Постепенно тоскливые прогнозы уменьшились. К 1962 году они почти полностью прекратились. Тогда же научно-исследовательский институт дорожного движения Колумбийского университета великолепно подтвердил наши более ранние утверждения, что методы запугивания не работают.

В то время работая техническим писателем в Лаборатории «Рамо-Вулдридж» в Канога Парк, я сказал своему начальнику, что знаю о недорогом и не электромеханическом способе уменьшения нормы тревожащих тогда неудачных запусков ракет. «Продолжайте, – сказал Расс. – Возможно, у Вас кое-что есть». В течение нескольких дней он уполномочил меня подготовить то, что позже стало Техническим Меморандумом № 8. Озаглавленный «Воздействие сознания на человеческое поведение и работу механизмов», он был издан 7 октября 1959 года. Его содержание оказало такое воздействие на многих технически подготовленных, а так же непрофессиональных читателей, что скоро мои приятели инженеры и ученые, а также члены их семей засыпали меня просьбами о частных консультациях. Вот так я начал мою частную практику сначала на неполный рабочий день, а затем как рискованное предприятие полной занятости. Его успех доставил нам наибольшее удовольствие.

Мы и пальцем не пошевелили, как новости и суть «ТМ-8» распространились, как напалм. Они достигли большого количества благодарных читателей не только на Юге, но и во всех частях страны и мира. В начале 1961 года Чарльз Сайммонс, глава института Сайммонса в Лос-Анджелесе, пригласил нас представить цикл лекций о подсознательном разуме в аудитории посольства. После шести вечеров подряд почти 2000 восторженных мужчин, женщин и подростков умоляли нас подготовить резюме наших наблюдений.

Мы решили составить книгу из частей I и II. Первой частью была пересмотренная версия «ТМ-8», вторая состояла из более общего и практического материала, нацеленного на аудиторию, находившуюся тогда в посольстве.

Первый тираж, выпущенный в силу фактора времени за наш собственный счет, был распродан почти немедленно. Один друг-адвокат купил 29 экземпляров. Он сообщил, что каждый клиент прибрал – а в действительности украл – по экземпляру книги, выставленной в его приёмной. Одна наша поклонница продала две дюжины экземпляров пассажирам салона первого класса реактивного самолета, направляющегося в Нью-Йорк. Многие клиенты распространили книгу среди членов семей и в своих организациях. Издательство «Кэйзер Перманент» заказало 500 экземпляров ещё до выхода второго тиража.