Элис Кова – Наследница мороза (страница 20)

На секунду он был ветром, а она — течением, переплетающимися душами. Они увидят, куда заведет их судьба.

— Когда мы доберемся до Офока, Адела отпустит вас, — тихо сказала Эйра, снова привлекая внимание Каллена к себе. Раз остальные предоставили им пространство (разговоры о любовных делах помогли отвести любопытные уши), то теперь у нее появился шанс рассказать. — Она сказала, что сделает это, не причинив никому из вас вреда. Она так же должна снять с вас кандалы. Но если она этого не сделает, я выяснила, где хранится ключ: он во внутреннем нагрудном кармане ее пальто.

— Эйра…

— Я уверена, что «Шторм» находится где-то у берегов Офока. Хотя я и не знаю, где, но, учитывая то, что Адела сказала, что она не вернется на этот путь в течение некоторого времени, я верю, что она пришла только из-за меня.

— Эйра, — сказал Каллен более твердо. — А как насчет тебя? — Он видел насквозь ее тщательный выбор слов.

— Я не покину ее, пока не верну магию, — сказала она мягко, слабее, чем ей хотелось бы. — Я не знаю, почему она до сих пор не вернулась… но это так. Однако я уверена, что, имея достаточно времени, она поможет мне.

— Что, если она намеренно затягивает процесс возвращения магии? — Его голос упал до шепота. Он так же, как и она, краем глаза высматривал пиратов, которые могли подойти слишком близко или иным образом подслушать их приглушенный разговор.

— Зачем ей это? Я для нее более ценна со своими способностями, чем без них. Существует не так уж много гипотетических магических применений, которые мы можем исследовать одними словами.

— Если только она не хочет, чтобы ты была рядом с ней по другой причине. — Каллен не стал распространяться о том, что это за «другая причина», и Эйра была рада этому. Он понимал странные и напряженные отношения, которые окружали семью. Все беспорядочные эмоции, которые сопровождали это. Мать Небесная знала, что он сам испытывал эти эмоции.

— Если это так, то я бы тоже хотела остаться. Узнать правду.

— Но…

— Я приняла решение, Каллен. — Это остановило его возражения. — Итак, если я не верну магию завтра утром до Офока, в чем я сомневаюсь, мне придется остаться с Аделой. Остальным из вас нужно уйти.

— Я не оставлю тебя здесь.

— Уходи, пока можешь. — Эйра слегка наклонилась, встречаясь с ним взглядом. — Возможно, это твой единственный шанс, если она сдержит слово. Я попытаюсь сбежать позже, как только смогу.

Он слегка нахмурился, и его взгляд стал суровым.

— Ты знаешь, что этого не случится. Элис и Ноэль тебя не оставят. Я не оставлю тебя. — Она тяжело вздохнула. Настала его очередь говорить, несмотря на ее протесты. — Эйра, все это время ты хотела, чтобы я сделал выбор. Жить так, как я бы хотел, а не так, как другие хотели для меня. Что ж, теперь вот он я.

— И ты должен был выбрать сейчас из всех возможных времен, чтобы начать жить своей жизнью, — пробормотала она и снова неловко поерзала. Он был прав, и она должна была уважать его выбор. Она должна была уважать все их решения.

— Никогда не бывает подходящего времени для трудных решений.

Несколько минут они сидели в тишине. Просто смотрели на мир, проплывающий мимо них. Она закрыла глаза и тихо вздохнула. После того, как она так много открыла друзьям, ей стало трудно действовать без их поддержки.

— Она сказала, что она не моя мать, — тихо прошептала Эйра.

— Неужели? — ответил он так же тихо. Эйра кивнула. — Ты ей веришь?

— Иногда я верю… иногда нет. Ее сила, Каллен, больше, чем у любого чародея, которого я когда-либо представляла. Она может сделать больше, чем любой Бегущий по воде, о котором я когда-либо слышала… даже мечтала. Чем больше я узнаю о ней, тем больше мне кажется, что ее команда права, и она говорит правду. Я ни за что не смогла бы быть ее дочерью.

— Твоя сила поразительна. Ты была той, кто обнаружил эхо. Кто начал исследовать расширяющиеся каналы. Не недооценивай себя.

Эйра подтянула колени к груди и обхватила их руками.

— Я никогда не думала, что действительно найду ее, но я мечтала, что, если я это сделаю, все встанет на свои места. Я бы без всяких сомнений знала, что она моя мать, и она была бы вне себя от радости воссоединиться со мной.

— Семья никогда не складывается так, как ты себе рисуешь.

— И то правда, — согласилась она с тяжелой ноткой в голосе.

— Ранее, в Вариче… ты говорила, что хочешь вернуться к родителям и дяде. Что ты беспокоишься за них.

Эйра взглянула на него, пытаясь понять, откуда исходило это замечание.

— Я не бессердечная. Даже если мы были в ссоре, я бы не хотела, чтобы они умерли.

— Я никогда не считал тебя такой. Просто… все это время ты боролась за то, чтобы добраться до Аделы. Теперь ты хочешь вернуться к своим родителям.

— Мне просто нужно помириться. Мы все плохо справлялись с обстоятельствами, и, даже если я не знаю, хочу ли я, чтобы они остались в моей жизни навсегда, я хочу окончательности… Я — размазня, — сказала она с ноткой сарказма, пытаясь привнести немного легкомыслия или шутки в этот тяжелый разговор.

Он проигнорировал это, оставаясь серьезным.

— Просто ты немного запуталась.

— Ну, составляю тебе в этом компанию.

Они обменялись легкими улыбками. Наконец-то, Эйре стало окончательно комфортно находиться рядом с ним. Теперь, когда они не пытались быть чем-то, игнорировать что-то или вообще не быть никем, у них появилась свобода исследовать, кем им суждено стать.

В этой идее было что-то захватывающее. Снова встретиться с Калленом. Заново узнать, кто он такой.

— Вы двое закончили шушукаться? — спросила Элис, подходя к ним сзади.

Эйра бросила на Каллена многозначительный взгляд, который говорил: «Не забывай, что мы обсуждали». Он слегка опустил подбородок. Она поверила в то, что он серьезно подумает об уходе, когда придет время, и побудит других сделать то же самое. Если они решат остаться… Эйра мало что сможет сделать, чтобы переубедить их.

— Думаю, да, — сказала Эйра. — И это хорошо, потому что я хочу услышать все, что на данный момент записано в твоем блокноте.

— Я не готова делиться своей незавершенной работой. — Элис прижала блокнот к груди и похлопала по нему. — Но как только он будет готов, ты будешь первой, с кем я им поделюсь.

— Лучше бы так и было. — У Эйры было смутное подозрение, что она сама вдохновила большую часть написанного там.

— Ужин готов. — Элис указала ей за спину. Остальные сидели с наполненными едой металлическими плошками.

Эйра и Каллен решили присоединиться к ним.

Лаветт и Варрен направились к носу корабля, по-прежнему держась особняком. Но они то и дело бросали взгляды в сторону Эйры. Эйра пыталась не обращать на это внимания. Если… когда Лаветт захочет поговорить, она будет готова, но она не стала бы преждевременно затевать беседу.

Трапеза казалась почти… нормальной. Фен и Крут присоединились к ним во время еды. Пайн сидел в стороне, держась особняком в своей задумчивой, неодобрительной манере. Но даже он время от времени вмешивался в разговор, взвешивая состояние политики Меру или легкие темы вроде лучшего портвейна, рома или виски.

К тому времени, когда они отправились в трюм спать, Пайн был единственным, кто спать не собирался, и, казалось, вполглаза наблюдал за ними, сматывая веревку. Хотя в его скромной попытке произвести впечатление не было необходимости, все охотно отправились в трюм, будто это была спальня, а не тюрьма.

Эйра была удивлена, но довольна, увидев, что пираты позаботились о том, чтобы ее друзьям было удобно. У них были разномастные одеяла, некоторые потертые, но другие толстые от пуха. В фонаре был зажат слабо светящийся камень, от которого за стеклом исходили сияющие пылинки, похожие на светлячков. Эйра с удивлением уставилась на него.

Ноэль положила руку ей на плечо и сказала:

— Дюко сказал, что он из Сумеречного королевства. — Из его дома. — Я поняла, это подходящее название, потому что там никогда не бывает ни ночи, ни дневного света — вечные сумерки. Большая часть света исходит от звезд и созвездий над городом или от вот таких фонарей, как этот.

— Полезно на корабле. — Эйра подумала о том, что Дюко ранее сказал об огне и кораблях.

— Я думаю, огонь бы тоже пригодился, — пробормотала Ноэль и убрала руку с плеча Эйры.

— Невероятно полезно. — Дюко зевнул и пополз туда, где Ноэль куталась в одеяло. Ночью в трюме было холодно и сыро. Он обнял ее за талию, притянул спиной к груди и крепко прижал к себе.

Элис вошла в трюм, и Эйра, взглянув на подругу, прошептала:

— Именно эту пару тебе следует использовать для вдохновения.

— О, поверь мне, это так, — прошептала Элис в ответ. — Но иногда они бывают немного… скучными. Недостаточно драматичными, чтобы получилась интересная история.

Эйра склонила голову набок и, прищурившись, посмотрела на Элис. Девушка рассмеялась и подползла к куче одеял, взяла одно и протянула его Эйре.

— Вот тебе.

— Спасибо, — сказала Эйра, взяв его и по умолчанию вернувшись на то место, где впервые очнулась. Все, за исключением Дюко, остались на своих местах.

Что означало, что она была почти рядом с Калленом.

Только когда она легла, она поняла, что его лицо будет напротив ее. Увидев Дюко и Ноэль, Эйра внезапно осознала, насколько холодна ночь. Как далеко он был, и как хорошо было бы прижаться к его телу.

Их взгляды встретились, когда он ложился. Внезапно пропасть между ними стала казаться больше и меньше одновременно. Их предыдущий разговор построил между ними мост. Она не ожидала, что он когда-нибудь будет возведен на пепелище прошлого. Или, возможно, этот мост никогда по-настоящему не сгорал дотла. Было еще кое-что, что нужно было спасти и укрепить, если они захотят.