Элис Кова – Дуэт с герцогом сирен (страница 12)

Рядом с ним застыла молодая широкоплечая женщина с бледной, как у моего сирена, кожей и светло-каштановыми волосами, заплетенными в косу, которая украшена жемчужинами, похожими на крошечные звезды. Глаза у нее знакомого карего оттенка, почти такие же, как у мужчины, стоящего со мной рядом, а по лбу и щекам, подчеркивая их цвет, вьются темно-синие узоры.

Женщина рядом с ней выглядит моей ровесницей, возможно, чуть старше. Наверное, если взять темные пряди ее соседки и смешать с платиновой гривой моего захватчика, как раз получатся ее волосы – золотисто-русые с каштановым отливом, немного светлее моих, которые сейчас свернуты в пучок, украшенный острыми ракушками, костями и самоцветами. Все ее тело покрывают строгие белые линии, издалека сливающиеся между собой.

– С возвращением, герцог Ильрит, – произносит одна из женщин, не шевеля губами, и склоняет голову. Ее голос просто звучит у меня в голове. – Мы здесь, чтобы начать помазание.

– Благодарю, Шил, Лусия, Фенни, но я займусь этим сам, – сообщает герцог, кивая каждому из них по очереди. Не сдержавшись, бросаю на него слегка прищуренный взгляд, отчего в его глазах вспыхивает веселье. – Наше подношение удержать столь же легко, как разъяренного угря. Лучше поскорее отправить ее в клетку.

«Прошу прощения?»

– В клетку? – чуть отстранившись, переспрашиваю на языке жестов.

– Не обязательно говорить руками, – врывается в мысли голос Ильрита. – Ты связана со мной, – он дотрагивается до своего предплечья, – поэтому сможешь общаться мысленно, как и прочие сирены.

– Отлично, здорово. – Еще больше незнакомой магии. Сосредотачиваюсь на том, чтобы мысленно произнести слова. Это дается на удивление сложно, поскольку в голове настойчиво крутится одна мысль: как может быть, что я под водой и еще не… мертва. – Но это не ответ на мой вопрос.

– Ты вручила мне свою жизнь. – Герцог немного склоняет голову набок, словно предлагая с ним поспорить. Конечно же, он прав, но…

– Чтобы… ты ее отнял?

Зачем же еще?

– Неужели ты не рада, что я тебя не убил? – ухмыляется он.

Само собой, я наслаждаюсь каждой минутой, проведенной в мире живых, однако его поведение сбивает с толку.

– Ты без раздумий перебил членов моей команды, не имевших никакого отношения к нашей сделке. Неужели решил пощадить меня, чтобы я мучилась чувством вины?

– Ты считаешь меня настолько безнравственным? – обиженно хмурится Ильрит. – Даже после того, как я дважды спас тебе жизнь? – Сирен, сузив глаза, наклоняется ко мне и, раздраженно кривя губы, мысленно произносит: – Я ведь уже сказал, что жизни твоей команды мне не принадлежали и я не имел права их требовать. Да и не хотел. Их смерть случилась по воле древних. – «Звучит как оправдание». – А теперь пойдем со мной.

Нахмурившись еще сильнее, сирен перехватывает меня за запястье. Непроизвольно отмечаю, что на его коже больше отметин, чем осталось в моей памяти, хотя каждая деталь той ночи отчетливо засела у меня в мозгу.

Даже не пытаюсь следовать за ним. Вода здесь другая, несколько плотнее, что ли? Можно спокойно зависать на месте без боязни, что тебя снесет. Ильрит тянет меня вперед, однако я вырываюсь. Он тут же резко оборачивается.

– Если ты не намерен меня убивать, тогда верни назад. – Трудно высказывать какие-либо требования, болтаясь в толще воды, где меня в любой миг может снести течением. Я чувствую себя скорее медузой, чем авторитетным капитаном. Где уж в таких условиях добиться уважения?

Остальные сирены наблюдают за нашей перепалкой с разными эмоциями. От мужчины отчетливо исходит неодобрение, граничащее с гневом. Женщина постарше немного потрясена, более молодая старается сдержать усмешку.

– Прости? – удивленно переспрашивает Ильрит, по всей видимости, ошеломленный тем, что у меня хватило наглости поднять этот вопрос.

– Я отдам тебе свою жизнь, как и обещала, но в оговоренный срок. – Я лишь раз нарушила клятву – ту, что дала Чарльзу; все остальные намерена сдержать. – У меня осталось еще полгода. Ты рано за мной явился.

Пусть мой корабль пошел на дно, Эпплгейт мертв, и я понятия не имею, где раздобыть двадцать тысяч крон, мне все равно нужно вернуться и попробовать хоть что-то сделать. От бессилия перехватывает горло, но я заставляю себя сглотнуть. Прочь темные мысли! Нельзя опускать руки, ведь я должна помочь родным.

– Ну ты и эгоистка. – Мощный взмах хвоста, и Ильрит вновь подплывает ближе, чуть не врезаясь в меня, но в последний миг останавливается. За ним следует поток воды. – Я нашел тебя практически мертвой и спас от одержимых духами сирен, а после даровал свое личное благословение, благодаря которому ты прожила на пять лет дольше. И ты еще смеешь о чем-то просить?

– Только о том, что мне причитается, – настаиваю я, чуть отклоняясь назад, чтобы получить хоть немного личного пространства. К сожалению, движение получается несколько дерганым. Как бы мне хотелось предстать перед ним со всей властностью известного капитана Виктории, но, похоже, не судьба, ведь я болтаюсь перед ним как обычная коряга – даром что в обличье человека.

– Известный капитан, – насмешливо повторяет Ильрит, и я от потрясения шире раскрываю глаза. «Да как он смеет?» Сирен, прищурившись, подается вперед. – Пока ты здесь, будь осторожней с тем, что и как думаешь.

Тут же стараюсь прогнать из головы все посторонние мысли и прячу все раздумья за запертыми вратами. Пусть я не знаю, как именно работает их общение, но сумею защитить себя и скрыть эмоции.

Раз одна тактика не сработала, следует попробовать другую. Чуть нахмурившись, смягчаю взгляд – на Чарльза обычно действовало безотказно.

– Пожалуйста, дай мне еще полгода, – просто прошу я.

– Не получится. Ты уже попала в Вечноморе. – Ильрит тянется к моей руке и легко проводит мозолистыми пальцами по узорам, которые нанес на мое предплечье; я же слишком потрясена, чтобы его останавливать. В отстраненном взгляде сирена появляются отголоски печали, которую я не в силах понять. – Лорд Крокан знает, что предназначенная для него жертва уже здесь. Больше нельзя откладывать. – Поджав губы, сирен отодвигается. – Прости. – Звучит почти искренне, но я ни на миг не верю его извинениям.

Ильрит снова отплывает прочь, я же остаюсь на месте, рассматривая линии его спины, переходящей в узкую талию. Бирюзовые чешуйки с хвоста, треугольной формы, поднимаются вверх по позвоночнику, ярко выделяясь на фоне бледной кожи. На этот раз он даже не оборачивается, полагая, что я последую за ним.

Ну-ну.

– Жертва? – Сама мысль об этом кажется столь же чудовищной, как и сам монстр. От столь неприкрытого варварства я теряю самообладание. – Неужели вашему лорду, – интересуюсь я, не выказывая ни малейшего уважения к титулу, – не хватило жертв в лице членов моей команды?

Рядом со мной вздрагивает Фенни.

Герцог Ильрит снова останавливается, но на этот раз не спешит возвращаться. От него ощутимо исходят печаль и беспокойство. Притворное сочувствие, похоже, из желания надо мной посмеяться.

– Нет, не хватило, – поясняет он, – поскольку они не были помазаны. Но, надеюсь, тебя ему будет достаточно, ради их и нашего общего блага.

Пять

Это он зря, поскольку обычно от меня толку мало. Я не сумела спасти ни собственный брак, ни свою семью, ни членов команды – так что для своей жертвы сирен выбрал самого неподходящего человека.

– А сейчас пойдем.

Судя по тону, его терпение уже на пределе. Что ж, наверное, пока лучше прекратить сопротивление, ведь я в явном меньшинстве, а мужчина с акульими плавниками, судя по виду, почти готов схватить меня и силой волочь вслед за герцогом. Двигая руками, неуклюже плыву вперед. Сейчас я в невыгодном положении, а посему нужно раздобыть как можно больше информации и лучше разобраться, что меня ждет. Пока же стоит подыграть.

Ведущий в поместье арочный проход представляет собой большой туннель, сделанный из кораллов. Над головой снуют крошечные рыбки, блестящие, будто светлячки. Разноцветные водоросли сплетены между собой и подвешены на манер гирлянд, но в отличие от тех, что попадались нам раньше, эти по-прежнему яркие и сочные.

Фенни плывет впереди, рядом с герцогом, я следом за ними, а позади меня двое других сирен, Шил и Лусия. Остается лишь благодарить судьбу, что за последние четыре с половиной года мне выпала не одна возможность поплавать в южных морях – там, где не водятся сирены. И все же я двигаюсь далеко не так изящно, как они.

Ильрит и Фенни переглядываются, то чуть заметно кивая, то качая головами, но я не слышу никакой беседы. И руками они не двигают.

«Возможно, есть какой-то способ общаться так, чтобы слышал лишь нужный собеседник?»

– Именно так, – сообщает сзади седеющий мужчина, и меня охватывает ужас, ведь он только что услышал случайно мелькнувшую в голове мысль. – Как только вы овладеете телепатией – если, конечно, у вас есть способности, – то сможете разговаривать только с теми, с кем захотите. Хотя для начала я посоветовал бы научиться держать большую часть мыслей при себе. – Он едва заметно улыбается, совсем не зло. Скорее понимающе, как будто мои трудности – вполне обычная проблема. Для сирен может быть, но не для человека.

Или я не первая, кого приносят в жертву этому лорду Крокану? Считается, что сирены убивают людей почти мгновенно, ведь никто из тех, кого они утягивают в море, обратно не возвращается. Я не нашла ни одного упоминания о том, чтобы сирены с кем-то договаривались, и за все время путешествий ни разу не встречала узоров, подобных тем, которые появились у меня на предплечье.