Элис Кова – Академия Аркан (страница 73)

Одним щелчком пальцев Каэлис зажигает холодные огни — вспыхивают факелы, горящие без запаха и дыма. Свет играет на резной поверхности знакомой двери. Мой взгляд сам собой падает на пол, туда, где Сайлас в первый раз оставил меня после того, как спас жизнь. Крови нет. Он её убрал? Или магия этого места стерла все следы?

— Как ты держишься? — Каэлис ненадолго останавливается. — Всё это пространство заклято, чтобы держать людей снаружи.

— Вот откуда это неприятное ощущение, — шепчу я, оглядываясь назад в кромешную тьму, которая скрыла путь, откуда мы пришли. Теперь, когда я выбралась, к пальцам ног постепенно возвращается тепло. Наверное, в прошлый раз я смогла пройти только благодаря своим врождённым способностям Старшего Аркана.

— Дурак любил работать в одиночестве… и держать свои открытия при себе, — в голосе Каэлиса звучит восхищение.

— Дурак? — переспросила я, уверенная, что ослышалась.

Он кивает с широкой усмешкой:

— Вот бы ты видела своё лицо.

— Хочешь сказать, Дурак был… здесь?

— Фундамент академии — это первый замок Дурака.

— Но я думала, что академия стоит на крепости, возведённой Королевством Ревисан? — И правда, если вспомнить, здание всегда выглядело слишком хорошо — куда современнее, чем могло бы быть у королевства, рухнувшего тысячу лет назад. Но Дурак существовал задолго до этого. Что-то тут не сходится.

— До того, как это стало их, это было его. Всё строится на прошлом. Переименовывается, используется заново. Снова возводится на давно забытых историях… — Каэлис смотрит на дверь. Свет скользит по его лицу, придавая ему почти потусторонний вид. Скулы кажутся резче, нос острее, а глаза… глаза сияют такой жаждой, что у меня в животе скручивается спираль ужаса — того самого, которого я не ощущала рядом с ним уже много месяцев.

— Держись ближе, Клара. Этот путь коварен… но если его может выучить кто-то ещё, то только ты.

— И ты покажешь мне? — я делаю полшага ближе, осознавая, что это самый короткий промежуток, между нами, со времени той ночи после Дня Монет. Сердце бьётся слишком быстро. Я не могу признаться, что уже была здесь. Что-то подсказывает: Каэлис бы этого не простил… Я едва удерживаю руку от того, чтобы потереть шею там, где в прошлый раз меня задел луч.

— Да. Тебе. И только тебе, — шепчет он.

Но прежде, чем эта фраза успевает задержаться и вырвать из меня ответ, он поворачивается к двери. Прикладывает руку к груди и вынимает её с изящным движением. Три карты вырываются из колоды, что он хранит во внутреннем кармане, и зависают в воздухе. Одним взмахом запястья он прижимает их к двери. Свет выхватывает скрытые узоры в хаосе символов.

И снова дверь беззвучно распахивается внутрь, открывая ещё больше тьмы.

— Ступай точно в мои следы, — Каэлис сжимает мою ладонь крепче.

— Поняла. — Я глубоко вдыхаю, и мы переступаем живую стену из теней, входя в тускло освещённый зал с гладким песчаным полом. Те же десять бритвенно-тонких лучей выстраиваются вдоль стен. Я почти чувствую, как они режут мою плоть, но сохраняю спокойное лицо и ровные движения.

Каэлис двигается с привычной, почти неестественной грацией. Но здесь она становится ещё явственнее: он скользит ногами, изгибается всем телом, уходя из-под лучей, обходя их. Я стараюсь повторить каждый его жест по песку, прорезанному светом. Каким-то образом он заранее знает, где появится каждый луч, и всегда на шаг впереди, легко проводя и себя, и меня.

На другой стороне зала Каэлис медленно выдыхает. Его плечи были так напряжены, что поднимались почти к ушам.

— Что это за комната? — осторожно спрашиваю я, чтобы не прозвучало, будто я тут уже бывала.

— Насколько сильно ты любишь этот плащ?

— Что это за вопрос такой?

— Надеюсь, не слишком? — он снова уходит от прямого ответа и протягивает ладонь.

— Предположим, ты сможешь достать мне новый? — я скидываю плащ, прекрасно понимая, что сейчас произойдёт, но играя роль.

— Я достану тебе любой плащ, какой только пожелаешь. — Он забирает его. И вновь ускользает вперёд, не давая мне обдумать глубинный смысл его слов. — Смотри.

Каэлис бросает плащ в зал. Тот едва успевает раскрыться, когда один из лучей вспыхивает и гаснет. Плащ разрезан пополам. И тут же — словно стая акул в безумии, — световые клинки мигают снова и снова, кромсая ткань сотни раз, пока обрывки не падают на песчаный пол в виде почти невидимых ошмётков… пыли, песка.

— О… — Если бы Сайлас тогда не пришёл мне на помощь, меня бы перемололо в кашу, не оставив и следа. Неудивительно, что я увидела лишь осколок кости — от тех, кто умирает здесь, больше ничего не остаётся.

— Вот почему ты должна была идти за мной шаг в шаг.

— Откуда ты знал, где появятся световые лучи?

— Это узор, — отвечает он так, будто всё очевидно. Но для меня это было далеко не очевидным.

С трудом подавляя чувство собственной неумелости, я продолжаю расспросы:

— Я спросила, что это за комната… Как она работает? Какие карты её создали? На чём держится эта магия?

— Это сила Дурака, — Каэлис поворачивается и ведёт меня дальше по туннелю. — Кстати, молодец, что сумела держаться в ритме.

— Звучишь впечатлённым.

— Не особо. Я и так давно знаю, какая ты ловкая. — Его голос звучит низко, а взгляд через плечо почти двусмысленен.

— Да ну?

— Я наблюдал за тобой месяцами. Сейчас стало проще, раз мы делим одни апартаменты.

Я останавливаюсь и тяну его за руку. Его взгляд сразу падает на меня, тёмная бровь изогнута.

— Тогда почему ты всё это время относился ко мне как к нежеланной гостье?

— Я не относился.

— Ещё как относился. — Я смотрю ему прямо в глаза. Он издаёт звук между смешком и вздохом — и этим выдаёт, что сдаётся.

— Потому что… — одно его слово пробегает холодком по моему позвоночнику. — Зная, что ты рядом. Со мной. Это… даёт мне идеи. — К концу его голос становится низким и мрачным.

— Какие идеи?

Глаза Каэлиса блестят в полумраке.

— Тебе бы не захотелось о них знать.

— Смело с твоей стороны решать за меня, чего я хочу или не хочу.

— Ты вполне ясно дала понять, что испытываешь ко мне. Своё раздражение.

— И ты ко мне относишься так же, — отвечаю я уверенно.

— Правда? — он делает паузу. — Скажи мне, сколько ненависти я тебе показал? Сколько раздражения? — Он ждёт. Я открываю рот и медленно его закрываю. В последнее время он отстранился, да. Но не был враждебным… На самом деле, уже давно я не чувствовала от него ничего, похожего на ненависть. И я ненавижу, что вдруг оказываюсь без слов. Начинаю сомневаться в половине собственных мыслей и слов. С почти неслышным вздохом Каэлис тянет меня дальше, словно мы оба сбегаем от этого момента, врезаясь лбом в то, что ждёт впереди. — Сюда.

Мы сворачиваем за угол. Меня обдаёт жаром и ослепительным светом. Глаза слезятся. Перед нами стена пламени.

Каэлис останавливается прямо перед ней. Вихрь огня ревёт так яростно, что создаёт собственный ветер. Искры путаются в его волосах, превращая чёрно-фиолетовые пряди в золотые.

— Ты доверяешь мне? — он сильнее сжимает мою руку и смотрит на меня.

— Что за вопрос?

— Это не ответ.

И правда, не ответ. Доверяю ли я Каэлису на самом деле? Его тёмные глаза, вспыхивающие в огне, прожигают меня насквозь. Будто он уверен, что найдёт ответ внутри меня раньше, чем я сама. И зная его вечное высокомерие… наверное, он в это верит.

— Ты доверяешь мне? — повторяет он, и вопрос едва различим сквозь рёв пламени.

Я резко вдыхаю.

— Да.

Переплетя пальцы с моими в железной хватке, он бросается вперёд, прямо в огонь. Шок крадёт мой крик, когда он тащит меня за собой.

Но пламя ощущается лишь как шёпот прохладного воздуха. Мы с Каэлисом оказываемся между двумя стенами огня, выложенными кучами пепла, которые, подозреваю, когда-то были людьми. И всё же, глядя на это, я не могу не спросить:

— Это хоть реально? — Даже когда спрашиваю, пот стекает по спине.

— Большая часть того, что ты видишь, реальна, — отвечает Каэлис, ведя меня вдоль следующей огненной стены, прежде чем протащить сквозь неё. — Но между огнём есть разрывы, заполненные иллюзией. Только они безопасны.

Мы выходим на другую сторону — невредимые.

— Как ты всё это выяснил? — спрашиваю я, пока мы идём по новому коридору.