Элис Карма – Изменял, изменяю и буду изменять (страница 11)

— Только спрошу, что он думает как юрист насчёт выдвижения на должность, — тихонько оправдываюсь я перед самой собой.

— Боюсь, это несколько не моя сфера, — внезапно раздаётся из динамика. Я заливаюсь краской от стыда.

— Извини, я не думала, что ты так быстро ответишь, — бормочу растерянно.

— Тебе не за что извиняться, — отвечает Виктор ободряюще. — У вас всё хорошо? Как там принцесса поживает?

— Лучше всех, — смотрю на Алёнку в манеже и улыбаюсь. — Сегодня особенно активная.

— Значит, спать будет хорошо, — заключает он. Я шумно вздыхаю. И почему чужой человек интересуется Алёнкой больше, чем родной отец? Вот это настоящая несправедливость!

— Тебя что-то тревожит? — голос Виктора становится более серьёзным.

— Папа предложил мне стать генеральным директором компании. И я сомневаюсь. Знаю, что меня не оставят одну и будут помогать. И всё же...

Умолкаю, понимая, что он не станет принимать решение за меня. Всё же это была глупая идея позвонить ему.

— Свет, прямо сейчас оставь эти мысли и просто отдохни, — вдруг говорит он. — Это был долгий и тяжёлый день. Ты хорошо постаралась. Отложи всё до завтра. Уверен, решение само найдёт тебя.

Вроде бы он не говорит ничего особенного, но от того, как он хвалит и подбадривает, мне становится легче.

— Спасибо тебе, — отвечаю, чувствуя, как ускоряется сердцебиение. — Пожалуй, мне было необходимо услышать от кого-то эти слова.

— Да было бы за что благодарить, — смеётся Виктор. — Я готов хоть каждый день тебе говорить, что ты молодец. Мне нетрудно. К тому же это правда.

Краснею ещё больше. Улыбаюсь как дурочка. Только сегодня я позволю себе побыть в этих чувствах. В осознании, что я кому-то нравлюсь и для кого-то ценна.

Филиппов будто чувствует, что я в хорошем настроении, и спешит его испортить. Стоит мне попрощаться с Виктором, как он тут же звонит. Я сомневаюсь, стоит ли мне отвечать. Прихожу к выводу, что будет лучше узнать о его намерениях.

— Слушаю, — бросаю безрадостно. — И если можно, то давай побыстрее. Мне ребёнка нужно купать.

— Свет, ну чего ты так сразу? — спрашивает он обиженно. — Я поговорить хочу серьёзно.

— Говори, — отвечаю я, готовясь к очередной его истерике и требованиям.

— На самом деле я хотел извиниться перед тобой, — голос его становится театрально сентиментальным. Безруков со своими берёзами нервно курит в стороне. — Ты знаешь, я сегодня ехал мимо детского мира, и вдруг меня будто молнией поразило. Подумал: что же я творю? Ведь у меня же была семья, но я всё потерял. Свет, прости меня, пожалуйста. Не знаю, что на меня нашло. Честно. Будто какой-то бес в меня вселился.

— С бесом — это тебе не ко мне, а к экзорцисту, — мрачно усмехаюсь я.

— Я ведь серьёзно, Свет, — осуждающе произносит Олег. — Ради дочери давай начнём всё сначала. Я клянусь, что буду идеальным отцом и мужем.

Эх, какие песни! Слушала бы и слушала. Жаль только искренности в них ни грана.

— Не хочу я начинать сначала! — отвечаю возмущённо. — Ты ведь сам мне сказал, что изменял и будешь изменять. С чего бы мне верить, что ты вдруг исправился? А что до дочери... Нет у неё отца. Но появится со временем. Уж поверь мне, я об этом позабочусь. Только это будешь не ты.

Олег молчит. Я даже удивлена, что ему нечего сказать. Обычно он за словом не лезет в карман. Завершаю звонок и отбрасываю телефон в сторону. Снова слёзы просятся на глаза. Но я сдерживаю их. Хватит! Наплакалась я уже из-за него. Больше не буду!

Глава 16

Олег

— Я узнала, что Мансуров до недавнего времени отбывал срок за экономические преступления, — сообщает мне Кристина холодно. Всё ещё обижается на меня. Впрочем, мне нет до этого дела. В последнее время я потерял к ней интерес.

— Ясно, можешь идти, — бросаю я, не глядя на неё. Она фыркает недовольно, но всё же возвращается в приёмную.

Проверяю почту, в надежде увидеть сообщение от своего адвоката. Она должна мне ответить по поводу обжалования признания отцовства недействительным. Снова мысленно ругаю себя за своё упрямство, но ещё больше ругаю бывшую жену. Сколько я не пытаюсь отвлечься от мыслей о ней, ничего не выходит. У меня просто не укладывается в голове тот факт, что она скрыла от меня, кем на самом деле являются её родители. Если бы я знал правду, то повёл бы себя совсем по-другому.

— Дочь олигарха, — произношу я себе под нос. Всё ещё не верится.

— Бывшего олигарха, — возражает Кристина, становясь в дверях. — Насколько мне известно, прокуроры камня на камне не оставили от империи Мансурова. Да и какая вообще разница, чьей дочерью она является? Ты ведь сам говорил, что с ней покончено! Ты даже на подкуп эксперта пошёл, чтобы оборвать с ней и дочкой все связи. А теперь что?

— Ты ни черта не понимаешь! Тогда на собрании, меня проигнорировали из-за Светки. Она всё моё выступление науськивала соседей против меня. Двуличная тварь... А притворялась бедной овечкой.

— Не думаю, что у неё и правда есть такое влияние на акционеров, — Кристина складывает руки на груди. — Её мать держит весьма скромный процент акций.

— Тем не менее все эти годы у неё получалось продвигать меня по службе, — возражаю я. — Светка обижена на меня из-за развода и, если захочет, то сможет выкинуть и тебя, и меня в один день. Она, кстати, сегодня с Вадимом встречается, так что я бы на твоём месте тоже поостерёгся.

— Очень занимательно, конечно, но не имеет ничего общего с реальностью, — качает головой помощница. — Никто не может уволить сотрудника без причины! Трудовое законодательство почитай.

— Какая же ты наивная, — вздыхаю я, удивляясь искренне.

— Я не наивная. У меня дядя работает в МВД, так что я права и законы знаю. А вот ты или совсем ничего не смыслишь, или намеренно ищешь причину сойтись обратно с бывшей женой. В любом случае ты выглядишь жалко.

— Всё сказала? — приподнимаю одну бровь. — А теперь пошла вон отсюда! Не забывай про субординацию. Пусть моя бывшая тебя уволить не сможет, а вот я запросто. Все твои косяки у меня вот тут.

Я стучу указательным пальцем по папке с файлами на столе. Кристина округляет глаза возмущённо, а после убегает к себе. Я же размышляю некоторое время, а после собираюсь и еду в ювелирный. На первом суде Светка со злостью швырнула мне в лицо обручальное кольцо, хотя перед свадьбой выбирала их с особенным старанием. Известный модный бренд, броский дизайн. Я вряд ли смогу найти подобное, но попытаться стоит. Она была в восторге от всего, что я ей дарил. Хотя случалось это нечасто.

Уезжаю ненадолго из офиса. В «Детском мире» покупаю огромного медведя для Алёнки, потом в салоне удачно нахожу кольцо, один в один, как обручальное, только в розовом золоте. В завершение заезжаю в цветочный и выбираю самый шикарный букет из сто одной розы. Пусть банально, но для того, чтобы впечатлить Светку, вполне хватит. Нужно ещё выкрутить на максимум своё обаяние. Я ведь знаю, что ей нравится.

Мне в некотором смысле везёт: мы с бывшей приезжаем в офис практически одновременно. Окидываю скептически старый мерин и скользкого водителя. Не нравится мне он. Ещё и смотрит на меня, как на врага народа. Выхожу из авто и спешу достать с заднего сиденья медведя и букет. Случайно собираю синтетическим мехом всю грязь с машины. Надо будет сказать, чтобы Светка сначала в химчистку отдала это чудовище. Последней подхватываю коробку с кольцом. Замечаю, как этот хмырь открывает Светке дверь и подаёт руку. Показушники хреновы! После Светка спешит к входу.

— Света! — бегу за ней, ругаясь про себя. Она же видела меня, но всё равно унеслась вперёд. Бывшая проходит ещё пару шагов и оборачивается.

— Чего тебе? — бросает угрюмо.

— Это тебе, — улыбаюсь и протягиваю ей букет.

Она неловко оглядывается по сторонам. «Смутилась? То-то же...» Подхожу ближе. Хочется уже отдать ей этот веник, а то руки затекли. Вот только она взять букет не торопится.

— Слушай, я понял, что много боли тебе причинил, — я свожу брови жалостливо. — И не жду, что ты простишь меня в один миг. Но постепенно, шаг за шагом, возможно, мы сможем всё наладить?

Приходится посадить медведя рядом с собой на асфальт, чтобы открыть коробку с кольцом. Широкие брови Светы удивлённо ползут вверх. «Да! Ну, давай же! Прими кольцо и цветы и перестань смотреть на меня, как на мусор!» — проносится в голове. Бывшая жена вдруг издаёт смешок и закатывает глаза.

— Боже, Филиппов, ты, как всегда! — произносит, качая головой.

Я не понимаю её реакцию, а потому сам тупо улыбаюсь.

— У меня, вообще-то, аллергия на золото, — произносит она снисходительно. — Стоит надеть что-то, пятнами покрываюсь. И ещё, я не люблю розы. Мои любимые цветы — это лилии. Занятно, что за пять лет отношений ты этого не запомнил. Я считаю, что это многое говорит о тебе, как о человеке.

Меня охватывает раздражение. Да откуда ж мне было знать?! Вот же стерва! Она специально ведёт себя так высокомерно, чтобы унизить меня.

— Свет, хотя бы медведя тогда забери! — кричу я ей вслед. — Он для Алёнки.

— Я это даже комментировать не буду, — отвечает она и быстро поднимается по ступеням крыльца. Гадина! Цену набивает себе?! Ничего, мы ещё посмотрим, надолго ли тебя хватит.

Глава 17

Со злостью запихиваю цветы и медведя обратно в машину. Стараюсь игнорировать озадаченные взгляды охранников. Всё это не их ума дело! Как и не этого Светкиного водителя, что глядит на меня насмешливо. Как же всё-таки раздражает! Простым способом задобрить бывшую не удалось. Видимо, после возвращения Мансурова её самомнение резко возросло.