Элис Айт – Ведьма с Севера: отбор для принца (страница 2)

– Начни проходить этот отбор, – тихо, сдерживая грозу в своих чувствах, произнес он. – Убей Белтера. И тогда я не буду требовать от тебя, чтобы ты вышла замуж за южанина с его проклятыми демонами. Но если ты сдашься…

– Этого не будет, – ответила я, все еще сжимая в ладони кулон.

Ведьмы из рода Шенай никогда не сдаются.

2

Синица на ветке дерева склонила голову, чирикнула и вспорхнула, испугавшись нашей процессии. Шутка ли – сопровождать меня в Артин отрядили еще десятерых человек! Позади и впереди степенно покачивались в седлах воины, чьи кольчуги тускло блестели под лучами ясного весеннего солнца, а рядом со мной, тоже на лошадях, сутулились две служанки, уставшие от долгого пути. Не то чтобы я совсем не могла обойтись без чужой помощи, но в Артине бы косо посмотрели на девушку, путешествующую в одиночку с толпой мужчин.

«Артинцы! Что они подумают! Нужно произвести впечатление!» За последнее время, прошедшее со встречи со сватами, я слышала эти слова сотни раз, и они мне уже порядком надоели. Вздыхая, я рассматривала лес, через который мы ехали, и думала о принце Тайрине.

Как так может быть, чтобы жених раздражал невесту еще до того, как они увидят друг друга первый раз? Хотя, по правде говоря, меня злил не сам Тайрин, ведь я понятия не имела, как он выглядит. Вдруг он уродлив? А ради него мне пришлось целую неделю провести в седле!

Путь из отцовского дома в Артин был не самый близкий, и все мы за это время изрядно вымотались. У нас, в горах, до сих пор лежал снег, а здесь, на границе Артина, глаз уже вовсю радовали первоцветы. Это было мило, но еще это значило, что дороги разбухли от воды, доставляя кучу неудобств. Потом мы попали к разлитию реки, затопившей мост, и прибытие задержалось на два дня. А самое неприятное – кареты и повозки по этой жиже проехать не могли, поэтому мы тряслись на лошадях.

Ни я, ни мои служанки к седлу не привыкли. За это время мы натерли себе все, что только можно. Но если рыжая и веснушчатая Кинни справа от меня могла ерзать и ныть, сколько душе угодно, то наследнице рода такого не позволялось.

Давай, закусывай губы, Эли. Ты не имеешь права портить репутацию семьи, распуская нюни, как сопливая девчонка.

Стук копыт по лесной дороге и пение птиц нарушил высокий, иногда даже писклявый голос Кинни.

– Как вы думаете, он красив?

– Кто? – рассеянно спросила я.

Мысли уже давно перескочили с Тайрина на попытки вычислить, долго ли еще до постоялого двора. Поесть чего-нибудь горячего, помыться и отдохнуть в мягкой постели – о чем еще мечтать во время затянувшегося путешествия?

– Принц, конечно, – удивилась Кинни.

– Узнаем завтра вечером, когда приедем в столицу, – с намеренным равнодушием ответила я.

Ее это, кажется, расстроило.

– Неужели вам все равно?

– Вряд ли госпожу Элию волнует, какая у принца внешность, – наставительно произнесла вторая служанка. – Ей все равно придется выходить за него замуж.

Фира была старше нас двоих с Кинни вместе взятых. Эта высокая и все еще крепкая, несмотря на седину в волосах, северянка вырастила троих собственных детей и помогла воспитать меня с моими братьями. К тому же она уже бывала в Артине – сопровождала мою мать в том злосчастном путешествии. Когда отец выбирал, кого со мной отправить, никто не сомневался, что это будет именно Фира. Ее знания об артинских обычаях должны были мне сильно помочь поначалу.

– Придется. Даже если у принца две головы и четыре руки, – согласилась я.

– Интересно, а о вашей внешности он гадает? – продолжала щебетать Кинни.

– Сомневаюсь. Зато уверена, что об этом день и ночь думают другие претендентки.

Мы переглянулись и невесело улыбнулись друг другу. Во владениях северных родов обычно мужчины сражались за женщин, а не наоборот.

– У этих южан вечно все с ног на голову, – пробормотала Фира.

– А я бы хотела поглядеть на демонов, – вдруг сказала Кинни.

– Зачем тебе? Гадостей мало в жизни видела? – откликнулась старшая служанка.

– Но это же интересно! Говорят, у них длинные хвосты, как у котов, сами они покрыты шерстью, а морда у них преотвратнейшая, как у летучих мышей! И крылья такие же.

– Все так, только крыльев нет. А еще воняет от них ужасно, – добавила Фира. – Я попала на праздник лета в Джервите, когда ездила к своей старшенькой посмотреть на внуков. Мужики перепились, зацепились языками и устроили такое, что тамошней ведьме пришлось вызвать демона. Она же тоже мастерица призыва. Там многие попадали только от одного вида этой твари. Такой мра-ак!

Кинни поежилась.

– Не хотела бы я тогда попасть в Нижний мир.

– Благодари богов, что тебя туда и не зовут, – хмыкнула Фира.

Я кивнула. На Севере верили, что когда-то мир был един, но его обитатели так досаждали богам, что те рассердились, разделили его на три части и закрыли двери для всех, кроме своих гонцов. С тех пор в Нижнем мире остались только демоны, драконы, тролли и другие недобрые твари, а в Верхнем поселились сами боги. Ну а Средний мир достался людям – ни добрым, ни злым, а так, что-то посередине.

Хотя некоторые считали, что зла в нас больше. Иначе почему даже у самых талантливых магов получалось отворять порталы только в Нижний мир – самое недружелюбное из всех возможных мест в мире?

Сама я об этом задумывалась редко. Все равно мои умения были далеки от призыва. Я и демонов никогда не видела. Только на картинках, похожих на то, что рассказывала Фира.

После ее слов разговор сам собой угас. Фира чему-то посмеивалась – наверное, наивности Кинни, – а та морщила вздернутый носик и пыталась поудобнее устроиться на лошади. Я же просто слушала, как поют лесные птицы.

Если я правильно подсчитала время, до постоялого двора оставалось около часа. Там можно будет сделать перерыв… желательно подольше. Может, проклятый отбор начнут без меня. А я просто убью Белтера, отомщу за мать и вернусь домой. Если и выйду замуж за нелюбимого, то хотя бы за того, кто знает и уважает наши традиции.

Я повторяла себе это уже две недели, но сейчас меня это не успокаивало. Кажется, становилось только хуже. Смутное беспокойство зрело в груди все сильнее и сильнее.

Лошадь так мирно, успокаивающе шагала по сырой земле, что я не сразу поняла причину своего смутного беспокойства.

Птицы. Они смолкли все до единой.

Я потянула на себя поводья, останавливая лошадь. Почти одновременно с этим ехавший впереди командир моей охраны – бородатый Эйдар, который уже много лет служил моему отцу и прошел с ним несколько битв, – предупреждающе поднял руку. Воины, повинуясь ему, замерли на дороге.

– Что случилось? – Кинни опять заерзала. – Что такое все увидели?

Вместо ответа Эйдар слегка повернул голову и посмотрел на меня.

– Госпожа, вы тоже это слышите?

– Что слышу?

– В том-то и дело, что ничего.

Понимать бы еще, что именно это значит! Командир напряженно всматривался в лес – как, впрочем, и я. Но теперь, вглядываясь в промежутки между стволами, я уже не знала, что меня заставило остановиться.

Все казалось совершенно спокойным. Ясный день, голубое небо, цветы на земле. Ни деревья, ни кусты еще не успели целиком одеться в зеленую дымку листьев, поэтому лес просматривался достаточно далеко, чтобы можно было заранее заметить приближение разбойников. Да и кому бы пришло в голову нападать на семерых вооруженных мужчин и трех женщин? Мы все в походной одежде и вряд ли выглядим богатой добычей, а вокруг Артин, а не Север. Южане топорам и мечам предпочитают яды и колкие эпиграммы.

Убедившись, что вокруг нет никого опасного, я расслабилась. Похоже, Эйдар был другого мнения и сделал еще один жест. На дороге повеял ветерок – воины, повинуясь знаку, высвободили и начали поднимать щиты, прикрывая меня и служанок. Они не сомневались ни мгновения, чего нельзя было сказать обо мне.

Я повела плечами.

– Эйдар, ты уверен, что…

В воздухе свистнула стрела и с глухим стуком воткнулась в его щит, оборвав мои слова. Наконечник прошел сквозь дерево и застрял всего на ширине пальца от лица Эйдара. В тот же миг сильная рука командира прижала меня к крупу лошади и прикрыла щитом. Я даже не успела ничего сообразить, а в ноздри мне уже бил сильный запах животного, смешавшийся с запахом железа.

Сзади закричали. Взвизгнула Кинни, стегнули по ушам брань охраны и ржание коней. Нас продолжали осыпать стрелами. Я не видела, но слышала, как сзади вместе с лошадью рухнул всадник. Неужели это Даг, старый добрый Даг Великан – один из самых верных отцовских людей, который в детстве катал меня на своих плечах, пока отец был в вечных разъездах?

Злость пересилила страх перед тем, что меня могут подстрелить. Я приподнялась, пытаясь понять, что происходит и кто на нас нападает.

Семеро мужчин появились на дороге будто из ниоткуда и перекрыли путь. Все они были одеты в одежду коричнево-зеленой расцветки, чтобы смешиваться с деревьями и травой, но я могла бы поклясться, что еще сто ударов сердца назад их тут не было. Что это тогда – магия?

Донесшийся из-за деревьев распев подтвердил мои опасения. Так свои заклинания произносили адепты магической школы иллюзии. Только вот зачем я им понадобилась? А в том, что я и есть цель, а эти парни не простые разбойники, сомневаться не приходилось.

Эйдар, обнаруживший, что я вырвалась из его хватки, снова закрыл меня щитом и перехватил поводья, удерживая нервничавшую лошадь. Со второй стороны возле меня встал еще один воин, прикрывая от стрел. Кто-то уже дрался с атакующими. Сверкнул обнаженный меч, а следом раздался предсмертный хрип, заглушенный ржанием коней. Даг, к моему огромному облегчению, поднялся на ноги и с ревом бросался на наемников, кромсая топором не успевшего убежать лучника. Повсюду разлетелись кровавые брызги, разукрасив пятнами доспех северянина.