Элис Айт – Семь мужей для избранной демоном-драконом (страница 4)

Когда двери отворились, перед нами предстал длинный коридор. Или, скорее, галерея – знание архитектурных терминов всегда меня подводило. С одной стороны высились большие окна, благодаря которым пространство полностью заливал яркий солнечный свет. С другой стороны стену украшали искусные фрески. Кажется, ради них и затевалась эта галерея, потому что каждое изображение было зрительно отделено от других и повествовало собственный сюжет.

Однако первым делом с надеждой я приникла к окну. Наконец-то здесь были не витражи, а нормальные стекла! Хоть увижу, что там, за пределами дворца.

Меня ждало очередное разочарование. Мы находились на уровне примерно второго этажа. Снаружи зеленела трава на небольшой лужайке, а дальше, почти вплотную к замку, поднималась крепостная стена.

М-да. Поглядела я на окрестности. Они просто очешуительно прекрасны.

Губы Микки тронула улыбка.

– Надеялись полюбоваться на город? Мы сделаем это чуть позже. С площадки, где лучше обзор.

– Можешь обращаться ко мне на ты, – предложила я. Выканье от парня старше меня, студентки-второкурсницы, резало по ушам. – И ты не сказал, как называется ваш город.

– О, я с удовольствием перейду на ты, – обрадовался Микки. – Это же признак близости в вашей культуре, да?

– Ну, вроде того, – согласилась я, оглядев его с подозрением.

У меня все никак не получалось забыть о семи мужьях. Сейчас как набросится, решив быть первым…

Слава богу, Микки ограничился улыбкой еще более широкой, чем раньше.

– Мы сейчас находимся в столице нашего королевства. Город называется Фарн, поэтому дворец так и зовется – Фарнский. Давай посмотрим на первую фреску. На ней рассказано о создании нашего королевства.

Я послушно подошла к изображению. Все равно заняться больше нечем.

В общем-то, ничего поражающего воображение там не нашлось. Шестнадцать фигур, которые окружают светящееся яйцо, – стандартная такая иллюстрация к сотворению мира. Интерес вызывали разве что сами творцы. Часть из них почему-то оставалась темными пятнами, без единого намека на внешность. Другие, наоборот, были выписаны тщательно, со всеми подробностями.

Рыжий что-то шепнул, коснулся фрески пальцами, и она в тот же миг ожила. Я ахнула, когда мировое яйцо заблестело, а дракон вдруг шевельнул хвостом. Небо цвета индиго с танцующими звездами в таком исполнении выглядело очаровательно.

– Это наши боги, – пояснил Микки очевидное, довольно улыбаясь тому, что меня впечатлил. – Они бежали из другого мира от неведомой опасности, долго не могли найти приют и в конце концов решили создать его сами. Но в сотворении принимали участие не все. Мы мало знаем о них, кроме имен.

– Почему?

– Они продолжили путь, чтобы потом создать собственные миры. Но некоторые остались. Вот, например, белокурая повелительница морей Эжения и Рейанд – покровитель труда…

– В виде бобра? – вырвалось у меня.

Ну и боги у них, однако.

– Бобры – великие животные, они очень трудолюбивы, – важно ответил Микки. – А вот еще обольстительная богиня любви Элизия, отважная воительница Виктолина и покровительница смеха Вириника. Моя любимая, – задумчиво добавил он и тут же спохватился: – Ой, тебе, наверное, все это будет слишком сложно запомнить сразу.

Я кивнула. В самом деле, многовато имен для начала.

– Тогда расскажу самое важное. Отдельно от других мы почитаем Андремакса, – мой спутник указал на алого дракона, того самого, что украшал витраж в спальне. – Он не был основателем, но направлял собратьев и помогал им. К нему восходит и род нашего правителя – Дамиана эн-Драгониса.

Отчего-то я была уверена, что Дима-Дамиан окажется высшим существом. Если не на деле, то обязательно на словах. Знаем, проходили. В Древнем Риме цезарей тоже любили объявлять потомками богов. Только умирали они совсем как обычные люди.

– Значит, он настоящий дракон? – невинно поинтересовалась я.

– Демон-дракон, – уточнил Микки. – Династия эн-Драгонисов правит много веков и не раз заключала брачные союзы с другими могущественными семьями. В господине Дамиане смешалась кровь демонов и драконов. Очень сильное сочетание.

А вот и реклама господских способностей подъехала. Не удивлюсь, если этого Дамиана объявят моим первым и главным мужем.

Нет уж, не выйдет. Пусть сами кушают свои сладкие речи про суперсилы. Замуж я пока не собираюсь – мне еще доучиться надо. Хватило матери, которая бросила институт, точно так же скоропалительно выскочила за отца и родила меня. Потом выяснилось, что отец ей всю жизнь изменял и в итоге сбежал к молодой блондинке с пятым размером, а у мамы ни образования, ни опыта работы – ничего. Я в такой ситуации оказалась настолько не нужна, что меня пытались сдать в детдом. Не хочу такого для своих детей. Тем более я не буду выходить замуж за помесь ящерицы и барана, который похитил меня из родного дома!

Почувствовав, что опять начинаю злиться, я перевела тему.

– А кто эта женщина с черными волосами, которая сидит у ног дракона?

В ту же секунду она, словно услышав мои слова, ласково потянулась к чешуйчатому богу.

– Его первая жрица Илинавас. Ее поклонение Андремаксу было очень велико. И… – Микки кашлянул. – Мы все надеемся, что почтение нашей избранной по отношению к господину Дамиану будет таким же.

– Не сомневаюсь, – буркнула я. – По этой фреске все?

– Да. Давай перейдем к следующей.

На ней был изображен средневековый город с зелеными полями, реками и лесами вокруг. Мелкие зверюшки демонстрировали, какие животные там водятся и как богаты рыбой водоемы. Естественно, это оказался Фарн – сердце королевства Алавир, куда меня переместил Дамиан. В центре Фарна – в самой середине фрески – возвышался дворец, через который насквозь проходил белый столп света. После Миккиного прикосновения звери, как на прошлой картине, зашевелились, а столп света ярко засиял и начал переливаться цветами.

– Ось миров? – догадалась я.

– Именно. Это путь между мирами, который соединяет Фарн, твой мир и еще несколько других.

– И часто вы по нему путешествуете?

Микки покачал головой.

– Это запрещено. В любом случае на это способны немногие. Только представители рода эн-Драгонисов, то есть господин Дамиан, и привратники, то есть я.

– А как стать привратником? – заинтересовалась я. – Это выборная должность? Или с таким умением нужно родиться?

Рыжий спутник прищурился, как будто о чем-то догадавшись. Я прикусила язык. Не стоило спрашивать об этом с таким воодушевлением.

– Привратники происходят исключительно из моей семьи. Это не только традиция. Для того чтобы открыть путь и выдержать путешествие, нужно быть великим магом.

– Понятно, – разочарованно протянула я.

Может, конечно, меня и обманывают, но помогать мне Микки явно пока не настроен. Впрочем, это всего лишь вопрос времени.

Я обаятельно улыбнулась парню.

– А почему путешествия запрещены? Вы же как-то перенесли из моего мира сюда пятерых девушек, если считать и меня.

Он поправил камзол, откашлялся, сделал серьезное лицо и лишь после этого провел по фреске рукой.

И неудивительно. На картине был тот же самый город, но наполовину разрушенный, а земли вокруг – выжженные. Животных в небе и на земле заменили черные чудовища, похожие то ли на дементоров из «Гарри Поттера», то ли на назгулов из «Властелина колец». А когда Микки снова заставил картину ожить, с нее отчетливо дохнуло запахом гари, криками отчаяния и темнотой.

Я поймала себя на том, что отошла от фрески поближе к окну, под яркие и теплые лучи солнца. Микки улыбнулся грустно, с пониманием.

– Не все миры, которые связаны Осью, населены миролюбивыми существами. Когда-то порталов-камней было больше, мы много путешествовали, но это привлекло внимание дьярхов, – Микки постучал ногтем по одному из черных рыцарей. – Они напали без предупреждения. Мой предок-привратник был настолько беспечен, что не запечатал портал вовремя и погиб в первые же мгновения битвы. Вторжение дьярхов не смог остановить даже один из богов, Фиодорос Мрачный.

Он указал на две темные фигурки, гораздо более крупные, чем другие. Одна из них была похожа на человека, но со слабым сиянием вокруг, а во второй легко угадывался страшный дьярх. Два воина на фреске скрестили мечи. Микки провел по росписи ладонью, а когда убрал, то чудовище исчезло. Бог так и остался лежать на выжженном поле, и я могла поклясться, что чувствую тяжелый запах льющейся из ран крови.

– Мы оказались легкой добычей для закаленных в войне волшебных тварей. С тех пор дьярхи нападали постоянно и грабили, убивали, сжигали все живое, забирали все, что им нравится, и тянули из нашего мира магию. Только во время правления господина Дамиана мы смогли их окончательно изгнать. Но какой ценой…

Микки перешел к третьей фреске.

В обрамлении росписи художник изобразил схватившиеся войска. То ли ему не хватило мастерства, то ли такова была задумка, но перемешавшиеся армии больше походили на облака. Легкие, белые наверняка обозначали воинов королевства Алавир, а свинцовые, грозовые – дьярхов. Они со всех сторон окружали главных героев сюжета – двух сражающихся мужчин.

В хорошо сложенном брюнете с яркими синими глазами легко узнавался Дамиан. Тут уж художник расстарался – у меня даже сердце заныло от того, каким храбрым, целеустремленным и красивым он выглядел. Доспехи сверкают, меч – естественное продолжение руки, черные крылья распахнуты, поза так и зовет за собой в бой и не оставляет сомнений в победе.