Элинор Портер – Поллианна выросла (страница 22)
– Ну да, нам ещё Джерри не хватало для полного счастья, – проворчала миссис Кэрью. – А может, пригласить не только Джерри, а заодно и всех его приятелей? У него, я уверена, куча приятелей, которые будут рады прийти.
– Правда? Вы не шутите, миссис Кэрью? Мне их тоже можно пригласить?! – воскликнула Поллианна, в восторге захлопав в ладоши. – Вот здорово! Вы такая добрая, такая добрая! Я так хотела…
Изумлённая миссис Кэрью в ужасе смотрела на девочку.
– Нет, Поллианна, я не… – начала она.
Но Поллианна, не дав ей договорить, продолжала весело тараторить:
– Нет-нет! Вы – добрая, добрая! Лучше вас никого в целом свете нету! Как вы могли подумать, что вы не добрая!.. Теперь у меня будет самая весёлая новогодняя ёлка! – радостно восклицала она. – К нам в гости придут Томми Долан с сестрёнкой Дженни, дети Макдоналдов, три девочки, чьих имён я тоже не знаю, но они живут как раз под Мэрфи. И ещё много других гостей. Надеюсь, у нас хватит места для всех. Только представьте, мэм, они будут на седьмом небе от счастья, когда я приглашу их всех к себе на ёлку! Ах, милая миссис Кэрью, я сама так рада, так рада! Как никогда в жизни! И всё благодаря вам!.. А можно я прямо сейчас начну их приглашать? То-то они обрадуются, когда узнают, какой у них будет чудесный новогодний праздник!
Если бы раньше миссис Кэрью сказали, что к ней в дом на новогоднюю ёлку соберётся толпа ребятишек из бедных семей да ещё девушка, чьего имени она даже не знает, она бы никогда в жизни не поверила!
Более того, она абсолютно не понимала, как так получилось, что, вместо того чтобы наотрез отказаться от этой безумной затеи, она вдруг согласилась.
Кто знает, может быть, всё дело в словах девушки-продавщицы, которые засели в голове у миссис Кэрью: «Почему богатые не торопятся со своей помощью, пока человек ещё не скатился по наклонной?..»
А может быть, у неё в ушах всё ещё звучал рассказ Поллианны – о той же девушке-продавщице, которой было так одиноко одной в большом городе, а когда она отказалась пойти на свидание с симпатичным молодым человеком, тот оказался вовсе не таким уж симпатичным…
А может быть, миссис Кэрью надеялась, что её поступок поможет ей самой обрести мир в душе, по которому она так истосковалась?
А может, и то, и другое, и третье?
Так или иначе, сердце миссис Кэрью дрогнуло, и, глядя на наивное, счастливое личико Поллианны, она сказала «да». Девочка сразу бросилась мечтать о том, как она устроит этот новогодний праздник.
Пересказывая в письме все эти события, миссис Кэрью писала сестре:
«…Не представляю, к чему всё это приведёт! Надеюсь, я не пожалею о том, что делаю. В любом случае назад дороги нет. Конечно, если бы Поллианна завела со мной душеспасительную беседу или что-нибудь в этом роде, я бы категорически ей отказала и с чистой совестью отослала обратно к тебе… Но, слава Богу, обошлось без проповедей!..»
Читая письмо сестры, Делла хохотала от души. Особенно повеселило её окончание письма, которое она перечитала вслух.
– «Слава Богу, обошлось без проповедей!..» – повторяла она, давясь от смеха. – Ах, Поллианна, ах, святая простота!.. Как бы там ни было, Рут, милая моя сестрёнка, ты устраиваешь у себя в доме сразу два весёлых праздника за одну неделю. И это в доме, в котором ещё недавно было темно и мрачно, как в могиле!.. «Слава Богу, обошлось без проповедей!..» Ох, я умру от смеха!
Праздник удался на славу. Даже миссис Кэрью была вынуждена это признать. Джемми в кресле-коляске, Джерри, который не лез за словом в карман, а также девушка-продавщица (которую, как выяснилось, звали Сэйди Дин) – все трое сразу подружились и оказались центром внимания весёлой компании. К удивлению гостей (а возможно, и к своему собственному), Сэйди Дин знала множество забавных игр. Джемми развлекал всех удивительными историями, которые вычитал из книжек, а Джерри смешил гостей уличными шутками-прибаутками. Ёлка была восхитительна. Ни один из гостей не ушёл с праздника без подарка. Усталые, они разошлись далеко за полночь. Самыми последними уходили Джемми и Джерри. Оглянувшись на сверкающую ёлку и богатые комнаты, Джерри наклонился и, думая, что его никто не слышит, тихонько шепнул Джемми на ухо:
– Ну что, ты и теперь не жалеешь, что отказался переезжать сюда?
Однако миссис Кэрью услышала эти слова и громко поинтересовалась:
– А и правда, Джемми, ты не жалеешь?
Мальчик покраснел и смущённо покачал головой. Потом, глядя прямо в глаза миссис Кэрью, твёрдо сказал:
– Если бы всегда было, как сегодня! Тогда, может быть… Но, увы, это невозможно. После сегодняшнего праздника наступят обычные будни. Из них и состоит жизнь… Нет, я не жалею, – твёрдо повторил он.
Миссис Кэрью была уверена, что после новогоднего праздника Поллианна забудет про Сэйди Дин. Но не тут-то было! Уже на следующее утро девочка снова заговорила о ней.
– Как я рада, что снова её встретила, – защебетала она. – Жаль, конечно, что мне не удалось отыскать для вас настоящего Джемми, но зато я познакомила вас с этой девушкой. Наверняка вы её полюбите всем сердцем, мэм! Потому что это будет то же самое, что любовь к Джемми!
Миссис Кэрью даже поперхнулась от удивления. Её изрядно раздражала наивная вера Поллианны, которая уверяла, что сердце миссис Кэрью – самое доброе сердце в мире, а сама миссис Кэрью только и мечтает о том, чтобы помогать и опекать всех и каждого.
И с чего только она это взяла?!
– Послушай, Поллианна, – нетерпеливо возразила миссис Кэрью, нахмурив брови. – Тебе не кажется, что любовь к моему Джемми и к этой девушке – всё-таки совершенно разные вещи? Эта девушка для меня отнюдь не мой племянник Джемми!
– Ну конечно, она не Джемми, – с готовностью согласилась Поллианна. – Тут вы, к сожалению, совершенно правы. Однако, – продолжала рассуждать девочка, – в каком-то смысле, она тоже похожа на вашего Джемми. Я имею в виду, что для кого-то она, возможно, то же самое, что для вас Джемми. Она ведь такая же одинокая, как он. Если кто-то полюбит её, поможет ей, это будет то же самое, как если бы кто-то помог и вашему Джемми… Где бы он сейчас ни находился…
Из груди миссис Кэрью вырвался горестный стон.
– Мне нужен
Поллианна понимающе закивала.
– Я знаю! Это называется родительский инстинкт, чувство дома. Об этом мне ещё мистер Пендлтон говорил! Только у него мужское чувство, а у вас женское.
– Женское чувство?
– Ну да! Конечно! Желание устроить свой дом, семью. Однажды мистер Пендлтон признался мне, что для этого в доме должно чувствоваться присутствие женщины или ребёнка. Поэтому он сам уговаривал меня переселиться от тётушки и жить с ним. Увы, это было невозможно, и поэтому я нашла ему вместо себя мальчика Джимми, и он его усыновил…
– Ты сказала Джимми? – пробормотала миссис Кэрью. – Джимми или Джемми?
Рассказ Поллианны совершенно сбил её с толку. А тут ещё чередование похожих имён.
– Ну да, Джимми! Джимми Бина.
– Значит, Джимми Бина… – с облегчением выдохнула женщина.
– Сначала он жил в приюте, а потом убежал оттуда. А я его нашла. Прямо на дороге. Он сказал, что ему нужна настоящая семья, с мамой и папой. Вместо какой-то чужой директрисы. Увы, маму я ему не смогла найти, но зато нашла ему мистера Пендлтона, который его и усыновил… Стало быть, теперь его зовут Джимми Пендлтон!
– А раньше он, значит, был Джимми Бином?
– Ну да, Бином.
– Ох…
Миссис Кэрью снова протяжно вздохнула. Ей казалось, что она вот-вот сойдёт с ума. Сначала её преследовало имя Сэйди Дин. А до новогоднего праздника имя Джемми. В результате Поллианне удалось привести обоих в её дом. И как это ни удивительно, миссис Кэрью не нашла в себе сил этому воспрепятствовать. У этой девочки всё выходило само собой. Не то чтобы миссис Кэрью была категорически против таких маленьких радостей и праздников, но, судя по всему, её одобрение или согласие вовсе не требовалось.
С другой стороны, благодаря Поллианне, а также незаметно для самой себя, миссис Кэрью научилась многим вещам, о которых раньше и помыслить не могла. Ещё недавно она запиралась у себя в доме, наглухо занавешивала окна и приказывала горничной никого не принимать. А теперь её жизнь круто переменилась. Она даже имела представление о том, что такое жизнь одинокой девушки в большом городе, которой приходится самой зарабатывать себе на хлеб и у которой нет никого, кроме молодого эгоистичного ухажёра…
– Что вы имели в виду, – поинтересовалась миссис Кэрью у Сэйди Дин, – когда в тот раз в магазине заговорили про помощь девушкам, которые катятся по наклонной?
Девушка смущённо покраснела.
– Простите меня, мэм! Тогда я, кажется, наговорила лишнего…
– Да что вы, я нисколько не обижаюсь! Просто с тех пор я часто думала об этом. Что вы хотели этим сказать?
Немного помолчав, Сэйди печально улыбнулась и тихо сказала:
– Дело в том, что однажды у меня была такая знакомая девушка. Родом из того же городка, что и я. Добрая, симпатичная. Но… слабая. Около года мы жили вместе, снимали одну комнату на двоих, готовили на одной газовой горелке, ужинали вместе в одной местной забегаловке… В выходные могли позволить себе лишь погулять по городу или сходить в кино. Но чаще просто сидели дома… Комната у нас была ужасная, – продолжала девушка. – Летом в ней было жарко, как в духовке, а зимой жуткий холод. Газовая горелка едва теплилась. При ней нельзя было ни шить, ни читать. Впрочем, после работы мы всё равно валились с ног от усталости. Соседи тоже достались беспокойные. Потолок трясся так, будто верхний жилец учился отбивать чечётку, а снизу оглушительно пищал кларнет. Вы никогда не жили с соседом, который играет на кларнете, мэм?