Элинор Остром – Управление общим. Эволюция институций коллективного действия (страница 33)

Упрощенная картина проблемы, с которой столкнулись производители при обсуждении, показана на рисунке 4.2. Если предположить, что владельцы земельных участков над водными бассейнами изымали 12 000 акро-футов, а присваиватели (которые могли воспользоваться правом приобретательной давности) — 18 000 акро-футов, то общий объем водопотребления до принятия решения составлял бы 30 000 акро-футов. Все приняли тот факт, что произойдет сокращение до 22 000 акро-футов. Анализ наихудшего для владельцев земельных участков над водными бассейнами варианта означал, что судья установит отсутствие излишков в течение более 5 лет до начала судебного разбирательства. Соответственно, присваиватели получат преимущественные права на всю воду, которую они изымали. За ними будет закреплено 18 000 акро-футов, а владельцам земельных участков над водными бассейнами останется только 4000 акро-футов. Точка B показывает худшее решение, которое могли бы получить владельцы земельных участков над водными бассейнами.

Рис. 4.1. Ситуация, с которой столкнулись во время обсуждения собственники земельных участков над водными бассейнами и присваивателями.

Аналогично, и присваиватели могли проанализировать наиболее неблагоприятное для них решение и предположить, что судья может определить незыблемые права на 12 000 акро-футов за собственниками земельных участков над водными бассейнами, а затем присудить «излишек» в 10 000 акро-футов присваивателям «по старшинству». Точка А является наихудшим из возможных решений для присваивателей. Для всех участников диапазон вариантов между полной защитой и существенными потерями (линия, соединяющая А и В) мог быть значительным. Кроме того, полное судебное разбирательство, учитывая наличие противоречивых правовых доктрин, могло бы продолжаться долго, и судебные издержки были бы слишком большими.

По инициативе Пасадены стороны провели серьезные переговоры под контролем суда. За шесть месяцев они разработали обусловленное соглашение, подписанное всеми сторонами (кроме двух из 32 сторон), участвовавшими в судебном разбирательстве. Переговорному процессу способствовал в данном случае тот необычный факт, что один адвокат — Кеннет Райт — представлял аж 16 сторон. Через шесть месяцев один из упрямцев тоже согласился с соглашением с оговоркой. Второй — Калифорнийско-Мичиганская компания земельных и водных ресурсов (the Califomia-Michigan Land and Water Company) — так и не согласился, потребовав окончательного решения суда, основанного на предложенном соглашении.

Стороны, подписавшие соглашение, решили, что длительное время уровень безопасного водозабора превышался, и его необходимо сократить до уровня безопасного водозабора из бассейна. Они отметили, что водозабор грунтовых вод каждым производителем был открытым, регулярным и наглым, и в силу очевидного овердрафта причинял вред всем остальным производителям. Таким образом, каждый производитель выступал против всех остальных. Термин «взаимное предписание» употреблялся для описания концепции, которая использовалась этими сторонами как основа для урегулирования споров путем переговоров. Стороны, подписавшие соглашение, согласились пропорционально поделить сокращение водозабора вместо дальнейшего использования правовых процедур для определения приоритетности чьих-то прав[111]. Пропорциональное распределение сокращения водозабора представлено на рисунке 4.2 точкой D[112]. Кроме того, они гарантировали друг другу пропорциональное распределение безопасного водозабора (если он изменится в будущем) и создали механизмы для того, чтобы те, кто от сокращения водозабора пострадал больше, могли обмениваться правами с теми, кто хотел бы продавать свои права на ежегодной основе.

По сокращенной процедуре состоялся суд для выслушивания возражений Калифорнийско-Мичиганской компании земельных и водных ресурсов и для назначения Отдела водных ресурсов Калифорнийского департамента общественных работ (the Division of Water Resources of the California Department of Public Works) «хозяином воды» (water master) — органом, осуществляющим официальный мониторинг по надзору за выполнением соглашения. Вместо вынесения собственного решения[113] судья после некоторых раздумий 23 декабря 1944 года[114] окончательно утвердил разработанное сторонами мировое соглашение. Было провозглашено, что все установленные права равнозначны для любых будущих споров; ото всех ожидалось, что они не будут пытаться получить больше прав, чем для них установлено. Решением была определена роль «хозяина воды» для обеспечения соблюдения положений соглашения и контроля за созданным пулом обмена водных прав. В дополнение к механизмам лизинга, установленные права можно сдавать в аренду или продавать при условии, что о трансферах сообщалось «хозяину воды». Две трети расходов «хозяина воды» должны оплачивать стороны, а остальные расходы на мониторинг соблюдения условий соглашения должен был оплачивать штат Калифорния. Решение было обжаловано и поддержано Верховным судом штата Калифорния[115]. Верховный суд Соединенных Штатов пересматривать дело отказался.

Разработав свое соглашение, стороны прекратили откачивательную гонку быстрее и с меньшими потерями, чем это произошло бы через судебные процедуры[116]. Они также получили незыблемые свободно конвертируемые права на определенные части безопасного водозабора бассейна. Рынок этих прав на водные ресурсы развился, и большинство из небольших правообладателей продали свои права водным компаниям, для которых эти права были более ценны. Сейчас насчитывается 17 активных производителей, и почти все они — муниципальные или частные водные компании. Только трое владельцев земельных участков над водными бассейнами продолжают изымать воду из бассейна. Территории в пределах бассейна, которые не имеют доступа к привозной воде, в 1953 году образовали муниципальную водную корпорацию и в 1955 году начали получать привозную воду.

Западный бассейн, с площадью поверхности в 170 квадратных миль, гораздо больше бассейна Реймонд. Расположенный близко к океану, он простирается от города Инглвуд до полуострова Палос Вердес. Ситуация в этом бассейне была не столь благоприятной для ведения переговоров, как у производителей бассейна Реймонд. Основным преимуществом производителей Западного бассейна было то, что их вышерасположенные соседи уже понесли затраты на инновации и разработали процедуры для урегулирования путем переговоров в соответствии с законодательством Калифорнии, которые многими потенциальными участниками судебных процессов считались справедливыми. Недостатки Западного бассейна следующие:

1) большое количество производителей (во время судебного разбирательства было перечислено около 500 сторон);

2) отсутствие одного доминирующего производителя;

3) значительная асимметрия рисков, связанных с проникновением морской воды (кто ближе к морю, лишится скважин значительно раньше тех, кто расположен дальше).

Проблема размера группы была в определенной степени компенсирована концентрированным характером производства грунтовых вод бассейна: на 19 производителей приходилось около 85 % общего количества воды, которая изымалась из Западного бассейна[117].

Овердрафт «постиг» Западный бассейн на десять лет позже, чем бассейн Реймонд. Тяжелая индустриализация во время Второй мировой войны усилила нарастание овердрафта, в частности из-за того, что на этой территории было много нефтяных компаний и производство воды постоянно росло. В начале 1940 года скважины на побережье стали показывать повышение солености. Однако многие производители воды бассейна верили, что соленость этих скважин является симптомом только «локальной» проблемы непосредственно на побережье, а не более общей проблемы, которая могла бы повлиять на их положение в будущем. В течение 1943 года девять прибрежных муниципалитетов несколько раз встречались, чтобы обсудить важность повышения солености воды в их скважинах. Они согласились, что нужно больше информации, чтобы получить реальную картину и общее представление о структуре подземного бассейна. Для проведения первичного исследования проблемы снабжения бассейна грунтовых вод эти города подписали соглашение о сотрудничестве с Геологической службой США (the United States Geological Survey) и Лос-Анджелесским департаментом по контролю за наводнениями (the Los Angeles County Flood Control District)[118].

Доклад, подготовленный в 1944 году, описал мрачную картину. В скважины вдоль всего побережья вторглась морская вода. Исследователи не обнаружили естественного барьера, который мог бы остановить наступление моря. Весь бассейн был под угрозой разрушения. В докладе приводился общий очерк основных границ бассейна и масштабов этой проблемы без предоставления точных данных относительно безопасного водозабора и текущего объема изъятия воды. Однако теперь производители уже не могли утверждать, что соленость воды в прибрежных скважинах является лишь локальной проблемой.

В декабре 1944 года все основные производители воды встретились и создали специальный комитет, чтобы решить, что же делать дальше. Этот комитет выработал три основных рекомендации:

1) создать постоянную ассоциацию всех заинтересованных производителей воды для продолжения обсуждения их общих проблем и возможных совместных действий;