Элинор Остром – Управление общим. Эволюция институций коллективного действия (страница 17)
Рис. 2.2. Связи между нормами и уровнями анализа.
Это вложение норм внутри норм является источником большой путаницы и дискуссий. Институциональные теоретики, которые пытались сделать выборку эндогенных норм (норм «внутреннего происхождения». —
Рис. 2.3. Соотношение формальных и неформальных сфер коллективного выбора и оперативных норм ОР.
С другой стороны, нормы изменяются реже, чем стратегии, которые люди выбирают в рамках норм. Изменение норм на любом уровне анализа повышает неопределенность, с которой сталкиваются люди. Наличие норм предполагает стабильность ожиданий, и усилия по изменению правил могут быстро уменьшить эту стабильность. Кроме того, оперативные нормы обычно изменить легче, чем базовые нормы «конституционного» выбора. А глубокие слои норм ученым и участникам анализировать труднее. Принятие решения о том, из пяти или из девяти членов должен состоять законодательный орган ассоциации ирригаторов, будет зависеть от физической и исторической среды и предположений аналитика касательно различных результатов на нескольких уровнях[62].
Производя анализ на каком-то одном уровне, аналитик фиксирует для целей анализа переменные на более глубинном уровне, иначе структура проблемы может сойти на нет. Но самоорганизующиеся и самоуправляемые лица для решения проблем в «полевых» условиях используют как ключевую стратегию переключение между уровнями. Лица, не имеющие органов самоорганизации и самоуправления, застряли в одноуровневом мире. Структура их проблем уже задана. Лучшее, что они могут сделать, — это выбрать стратегии в определенных для них границах.
На каждом уровне анализа может быть одна или несколько сфер, в которых будет происходить принятие типов решений, определенных для этого уровня. Концепция «сферы» не означает формальные учреждения, но может включать такие формальные учреждения, как законодательные органы и суды. Сфера — это просто ситуация, в которой происходит особый тип действия. Разработка политики относительно норм, которые будут использоваться для регулирования выборов оперативного уровня, происходит в одной или нескольких сферах коллективного выбора. Если присваиватели ОР изменят по крайней мере некоторые из норм, используемые для организации присваивания и снабжения, то сферами, в которых будут приниматься решения коллективного выбора, станут местное кафе, совещание членов кооператива или собрание организации, которая была создана специально для управления и руководства этим и, возможно, соседними ОР. Если присваиватели ОР не смогут изменить нормы, которые используются для организации оперативных выборов, то сферы коллективного выбора будут внешними относительно присваивателей ОР. В таких случаях выбор норм для применения будут делать государственные должностные лица в бюрократических структурах, избранные представители местных или национальных законодательных органов и судьи в судебной сфере.
Связи между сферами и нормами редко влияют только на одну сферу, связанную с единичным набором норм. Зачастую несколько сфер коллективного выбора влияют на комплекс оперативных правил, которые фактически используются присваивателями для принятия решений относительно стратегий изъятия и инвестирования в ОР. Решения, принимаемые национальными законодательными органами и судами в отношении доступа ко всем ресурсам определенного вида и легитимность которых в местных условиях может быть подтверждена принудительно, скорее всего, будут влиять на оперативные нормы, используемые на практике в некоторых регионах. Отношения между формальными и неформальными сферами коллективного выбора и полученными в результате оперативными нормами показаны на рисунке 2.3. Аналогично формальные и неформальные процессы базового, «конституционного» выбора могут происходить на местном, региональном и/или национальном уровнях.
То, что действующие нормы, используемые присваивателями, могут иметь несколько источников происхождения, а также включать в себя и нормы де-факто, и нормы де-юре, значительно усложняет проблему понимания поведения и результатов в конкретных регионах, а также проблему улучшения результатов. Отсутствие национальных, официальных законов, регулирующих присваивание и снабжение ОР, не означает отсутствия эффективных правил. За долгое время местные присваиватели могли разработать действующие нормы, ограничивающие использование ОР. Такие нормы позволяют или не позволяют присваивателям эффективно и справедливо управлять своими ресурсами, но они все равно влияют на стратегии, которые, как полагают присваиватели, приемлемы для достижения положительных результатов.
Изучение институции в «полевых» условиях
В случаях, описанных в разделах 3, 4 и 5, я представляю только часть детальной информации, которую можно найти в углубленных исследованиях, из которых я ее почерпнула. Желание читателя знать, как я пришла к чтению углубленных исследований, абстрагируясь от них для изучения того, как люди создают свои собственные институции, как они заставляют себя придерживаться своих собственных правил и как они контролируют соблюдение этих правил, вполне оправдано. В целом, я применяю метод институционального анализа, который был описан в других книгах
Основная стратегия заключается в выявлении тех аспектов физической, культурной и институциональной структуры, которые могут повлиять на определение того, кто должен быть привлечен к ситуации, какие действия могут быть осуществлены и какие будут расходы на эти действия, каких результатов можно достичь, как именно действия связаны с результатами, какая информация должна быть доступной, насколько существенным может быть контроль и какими будут затраты при конкретных комбинациях действий и результатов. Как только получена вся необходимая информация, можно абстрагироваться от многообразия эмпирических ситуаций для разработки игры, отражающей суть проблем, с которыми сталкиваются люди.
Чтобы решить проблемы присваивания и снабжения, люди, в частности, должны знать физические характеристики своей системы ОР, особенности своего присваивания и использовать модели норм поведения, приемлемые в обществе; они также должны знать о стимулах поощрения или препятствования, когда они будут менять нормы, и о том, как все эти факторы вместе будут влиять на выгоды и временные затраты. При выборе различных стратегий люди должны определить, какими будут типы транзакционных издержек в рамках комплекса норм или при изменении этих норм. Чтобы аналитик мог понять структуру ситуации, он должен изучать тот же набор переменных.
В тех случаях, которые рассматриваются в разделе 3, мне неизвестно, на что были похожи структуры ситуаций перед тем, как какие-то присваиватели когда-то начали экспериментировать с различными нормами для распределения ресурсных юнитов и обеспечения ответственности. Но я точно знаю, что присваиватели в «успешных» случаях, описанных в разделе 3, оказались способными использовать ресурсные юниты, одновременно избегая конфликтов, неопределенности и несправедливости из-за плохо решенной проблемы распределения; избегать чрезмерных инвестиций вследствие неадекватно решенной проблемы распыления ренты; предотвращать порчу или уничтожение ресурсов, что произошло бы, не будь проблемы снабжения решены.
Я, конечно, не знаю, достигли ли эти присваиватели оптимальных решений их проблем, и очень в этом сомневаюсь. Они решили свои проблемы так, как большинство людей решают трудные и сложные проблемы: настолько хорошо, насколько смогли, исходя из имеющихся у них проблем, информации, инструментария, с которым они должны были работать, стоимости разных известных опций и ресурсов, которые у них были под рукой. Я вижу свою задачу в изучении структуры проблем, с которыми они сталкиваются, и того, как они смогли выработать действующие нормы.
Это означает, что прежде всего я пытаюсь понять структуру самого ресурса — его размер, четкость границ и внутреннее строение. После этого я пытаюсь выяснить текущие характеристики ресурсных юнитов: насколько предсказуемы они во времени, пространстве и количестве? Насколько, учитывая экономическое положение присваивателей, они зависят от ресурса и какие риски связаны с различными возможными типами схем распределения? И, наконец, я пытаюсь выяснить ключевые характеристики людей: сколько их, какие у них временные рамки; участвуют ли они в многочисленных мероприятиях вместе; похожи их интересы или нет; установлены ли правила поведения, которые могут помочь (или помешать) их попыткам решить эти проблемы? Тогда я изучу нормы, которые они придумали, и попытаюсь понять, как они работают, путем формулирования принципов, которые были задействованы и влияли на стимулы участников. Учитывая, что присваиватели в этих случаях осуществляют взаимный контроль и в целом придерживаются взятых на себя обязательств, я попытаюсь понять, как им это удается.