Элина Витина – Масштабная катастрофа для отца-одиночки (страница 4)

Понимаю, что сейчас самое время посоветовать ему купить себе новые руки, но не могу. От такой наглости у меня даже во рту пересыхает. Мне ведь не послышалось? Он реально предложил мне «хорошенько поработать» за новый айфон?

Дожились, Фаина Валерьевна…

— Оставь девушку в покое, — рявкает кто-то за моей спиной. Голос настолько властный, что я на всякий случай вспоминаю каким девушкам могла надоесть и кого, соответственно, должна оставить в покое. И лишь спустя мгновение до меня доходит, что голос обращается не ко мне, а к гному. И что голос этот, вообще-то смутно знакомый.

Он же вроде покинул клуб больше часа назад. Неужто они все это время зажимались со своей блондинкой где-нибудь в уборной? Впрочем, блондинки как раз не видно, а вот Бойнич предстал перед нами во всей своей двухметровой красе.

И это, наконец, производит впечатление на гнома.

— Севас, — робко блеет он. — А ты разве домой не поехал? Ты же сказал, что подумаешь о нашем предложении.

— Подумал, — холодно роняет Бойнич. — Мне оно не нравится.

Запоздало понимаю, что лицо коротышки показалось мне знакомым не потому что я раньше видела его здесь, а потому что он сидел за одним столом с Всеволодом, которому, как ни странно, жутко идет имя Севас.

Мужчина стаскивает приставучего гнома с лестницы. Но едва я успеваю настроиться на мордобой, разочарованно выдыхаю потому что тот лишь строго что-то выговаривает своему дружку и тот, понурив голову ретируется. Что ж, придется, бедняге самому сегодня “хорошенько поработать” в своей тачке. Ну или уж до душа дома потерпеть…

— Прошу прощения, — высокомерно заявляет Севас. — Я чувствую на себе некую долю ответственности за произошедшее. Алик мой знакомый…

— Ой, да брось ты, — отмахиваюсь от этого защитника. — Не ты же за зад меня лапал. Расслабься и иди домой баиньки. Я взрослая тетя, сама прекрасно за себя постою.

— Я в этом нисколько не сомневаюсь, — окидывает меня высокомерным взглядом. — Но все же, позвольте в качестве компенсации отвезти вас домой.

И мне бы согласиться, раз и так собиралась восвояси, а такси не нашлось, но я даже на секунду не задумываюсь прежде чем бросить с пренебрежением:

— Какой домой? Время еще детское! У нормальных людей веселье только начинается.

Считая, что на этом разговор окончен, я встряхиваю свою густую гриву с яркой зеленой прядью и иду к барной стойке, где меня как родную встречает бармен Олег.

— Тебе как всегда? — интересуется с улыбкой.

Киваю, настраиваясь на веселые байки, которые он просто обожает травить, однако Олег кивает кому-то за моей спиной и уточняет:

— Вам повторить?

— Да, — соглашается Севас и в следующее мгновение его крепкое плечо касается моего, когда он усаживается на соседний стул. Автоматом замечаю, что его ладонь вряд ли казалась бы мягкой и потной на моей заднице. Этот бы шлепнул, так шлепнул…

— Ты в порядке? — интересуется Олег, заметив мой странный взгляд. Только этого мне еще не хватало — фантазировать о клиентах. И ладно бы просто витать в облаках, представляя романтичное свидание или нежные поцелуй в конце концов. Так нет же, моя фантазия уносится в страну “строго 18+”.

— Да, все путем, — выдавливаю, делая большой глоток. — Просто тип один настроение испортил.

— Вот этот? — бросает многозначительный взгляд на Бойнича.

Уверена, если подтвержу его догадку, тот не раздумывая вызовет охрану, но я лишь расслабленно мотаю головой.

— Нет, тот уже отчалил. А это так, старый знакомый. Безобидный.

Мужчина рядом со мной хмыкает и, кажется, даже слегка посмеивается.

— Где блондиночка? — интересуюсь, понимая, что Севас почему-то не спешит по своим скучным делам. Кто же Тамару Всеволодовну спать уложит? Впрочем, эта девочка сама, небось, без напоминания чистит зубы и ложится спать четко по расписанию. Выдрессировал ее папаша, ничего не скажешь…

— Анжелика? — уточняет, будто я уже со всеми его бабами успела познакомиться. — Домой поехала сразу после встречи.

— А ты чего решил задержаться?

Специально грублю в надежде, что Бойничу надоест терпеть мои бесцеремонные реплики и он наконец-то отчалит вслед за блондиночкой и Аликом. Сама не знаю чем он так сильно меня раздражает, но факт остается фактом — его компания меня тяготит. Я даже расслабиться толком не могу. Будто до сих пор в его доме нахожусь и выслушиваю угрозы. И будто он до сих пор нахально хватает меня за шкирку и тащит куда-то… Тот факт, что его высокий стул придвинут практически вплотную к моему никак не помогает, только хуже делает. При каждом легком движении мы касаемся друг друга и меня обдает кипятком.

Бесит. Раздражает. Нервирует.

— Я же сказал, что чувствую некую ответственность за произошедшее, — невозмутимо пожимает плечами. И снова меня задевает.

Я всерьез начинаю подумывать о том, чтобы отгрызть свою руку, которая мало того, что сама воспламеняется, так еще и передает какой-то странный сигнал SOS во все остальные части тела и мурашками покрывается уже не только правая сторона, но и вся я.

— Можешь накинуть мне десять процентов сверху оговоренной суммы, — лениво протягиваю, стараясь не показать как на меня действует его присутствие. — А на сегодня свободен! Детское время уже давно закончилось, Севас, не мешай взрослым развлекаться.

Опрокидываю в себя остаток коктейля и поспешно сбегаю на танцпол. Мысленно я, конечно, называю это стратегическим отступлением, но на самом деле просто постыдно бегу. От этого выскомерного лесоруба. От его навязчивости. И… своего искушения.

Но лесоруб почему-то следует на танцпол за мной. К счастью не физически, а только мысленно. Продолжает бесить и раздражать. А вслед за ним раздражают и все остальные.

Пару раз я возвращаюсь к барной стойке, чтобы утолить жажду и каждый раз Севас смотрит на меня, словно заботливый хозяин на собачку в парке, ожидая когда любимый питомец нагуляется, сделает все свои грязные делишки и можно будет двигаться домой.

И исключительно, чтобы досадить ему, я продолжаю танцевать несмотря на то, что ноги уже гудят от нагрузки, а в глазах начинает двоиться.

— Знойная женщина мечта поэта, — раздается позади меня.

Надо отдать должное, этот фанат Остапа Бендера не идет ни в какое сравнение с потноладошковым Аликом и в любое другое время я бы могла рассмотреть вариант закончить этот вечер вместе. Но сейчас почему-то дерзко улыбаюсь и отрицательно мотаю головой.

— Не знакомишься типа? — хмурится он.

Вроде и не быкует еще, но выглядит явно недоуменно.

— Че выплясываешь тогда как порнозвезда?

— Какое-то не такое ты порно смотришь, — смеюсь ему в лицо, — если там женщины просто пляшут.

— Так может покажешь какое надо?

— Ссылочку прислать?

— В Сибирь желательно, — угрюмо замечает неизвестно откуда взявшийся Бойнич. — На каторгу. Все, Фаина, хватит развлечений на сегодня, поехали домой.

— Так это с тобой что ли? — хмурится мой неудачливый обольститель. — Я думал просто пялится потому что тоже запал.

Севас возмущенно фыркает, всем своим видом показывая что он думает по поводу этого предположения, но тем не менее бесцеремонно хватает меня за руку и силой тащит к выходу.

— Что ты делаешь? — сопротивляюсь, но как-то без особого энтузиазма.

Устала я. Да и не так часто меня мужики волоком куда-то тащат. Может, это вообще, первый и последний раз в жизни.

— То, чего ты добивалась весь вечер, — недовольно отрезает.

И прямо здесь, в темной подворотне у клуба, вжимает меня в сырую стену и жадно набрасывается на мои губы.

** Друзья, история этой безумной парочки полностью закончена! Сегодня МИНИМАЛЬНАЯ цена со скидкой!

Глава 6

Глава 6

— Голова моя, головушка, — протягиваю морщась.

С трудом разлепляю веки и оглядываю стерильно белый потолок над собой. Стены тоже белые. Без картин, постеров и даже захудалых часов.

Ну все, я точно загремела в дурку. Причем, судя по качественному матрасу, не абы в какую, а платную.

Мысленно перечисляю всех своих друзей и родственников, которые могли бы раскошелиться на такой подарок и понимаю, что если кто-то и запихнул меня в рехаб, так это Дэн.

— Спасибо, Дэнчик, — мычу мечтательно, представляя как целый месяц наслаждаюсь восстанавливающими капельницами и какой-нибудь арт-терапией без вздорных клиентов. — Ты лучший!

— Не понял, — раздается слева от меня. — Какой, к черту, Дэнчик?

Голос хриплый. Будто его обладатель орал пол ночи песни под окнами. Ну или властно отдавал приказы заставляя меня дрожать от удовольствия, как мужик из моего сна.

Эм… из сна же?

Аккуратно, словно в замедленной съемке, поворачиваю голову влево и едва сдерживаю крик. Точнее, абсолютно не сдерживаю, но так как мои голосовые связки тоже работали на пределе всю ночь, из легких вырывается лишь сдавленный хрип.

Прикрываю глаза в отчаянной попытке проснуться второй раз, теперь уже по-настоящему, но когда снова распахиваю их, антураж не меняется. И возмущенно сопящее нечто слева от меня тоже не исчезает. Не нечто, Севас. Всеволод Бойнич собственной двухметровой персоной!