Элина Витина – Двойное испытание для босса. Сюрприз из прошлого (страница 11)

После каждого выступления он поворачивается к моей дочери и уверяет ее, что остальные дети ей и в подметки не годятся. Это жутко непедагогично и часть меня рвется указать ему на это. Но вторая часть восхищенно молчит.

Моя малышка заслуживает это. Чтобы не только мы с Мирошей хвалили и “почесывали” ее самолюбие, но и совершенно посторонний дядя. Впрочем, каждый раз, когда Лейтес наклоняется ко мне, чтобы выдать очередное разгромное “нет, этот нам не конкурент”, мне все сложнее считать его посторонним.

Я улыбаюсь его замечаниям, легонько толкаю в плечо когда он слишком уж “проезжается” по талантам детишек и в целом ловлю себя на мысли, что безумно наслаждаюсь вечером. Даже пару тарталеток хватаю с подносов официантов, напрочь забыв, что там могут оказаться склизские лягушки и улитки.

Когда наступает очередь Милаши взбираться на сцену, Мирон крепко сжимает мою ладонь и сосредоточенно устремляет взгляд на сестру. Все мое внимание тоже приковано к ее фигуре, поэтому я даже не сразу замечаю, что Богдан схватил мою вторую руку и переплел наши пальцы.

Я скорее отдаю отчет своим ощущениям, а не самому факту нашего контакта. Если левой рукой я пытаюсь как бы поддержать своего сына и разделить с ним момент гордости за сестру, то с правой стороны в меня будто горячими волнами вливается мощный поток энергии. Он дарит уверенность, заставляет гордо расправить плечи и забыть о десятках людей вокруг.

Как бы странно это ни звучало, но я каким-то шестым чувством ощущаю невидимые серебряные нити, что идут от нас к Милаше. И сейчас, всего на несколько минут, разрешаю себе забыть, что это все лишь игра и позволяю представить, что мы действительно семья.

К концу выступления дочери даже Лейтес, кажется, готов смахнуть скупую слезу умиления. Впрочем, возможно растрогался он так не душевной песенкой мамонтенка про маму, а тем что мысленно представил как Кондрашов подписывает контракт. Потому что сомнений нет — он подпишет.

— Мне очень хочется, чтобы все детки нашли своих мам, — Милана отказывается возвращать микрофон ведущему и уходить со сцены. — Пожалуйста, жертвуйте свои денюжки, чтобы купить подарочки малышам из детского дома. Игрушки не заменят мамочку, но может быть хоть чуть-чуть их улыбнут. Они ведь там совсем одни… одинешеньки. И когда болеют даже! Мне мамочка всегда молочко с медом греет, а им кто? Жертвуйте ваши денежки, пожалуйста, не жалейте!

Мне кажется, если Милане сейчас вручить шляпу и заставить пройтись по залу, собирая дань, то она точно побьет рекорд сборов. Я впервые вижу столько эмоций на лицах солидных бизнесменов.

Настолько увлекаюсь рассматриванием гостей из зала, что даже не сразу замечаю отсутствие Мирона. И только когда со сцены раздается знакомый голос, вздрагиваю и устремляю свой взгляд на сына:

— Я тоже хочу выступить, — торжественно объявляет он.

— О, — довольно крякает Лейтес. — Надо было им вообще дуэт сделать. И чего ты говорила, что он не любит сцену?

— Он не любит, — шепчу дрожащим голосом. — И… мы не готовились!

***

Ну что, друзья, Милана ожидаемо собрала овации и я думаю, здесь я вас ничем не удивила) Так что задание “удивлять и шокировать” плавно переходит к ее брату)

Глава 13

Глава 13

— Представься, пожалуйста, — ласково просит ведущий, судорожно сверяясь со своим списком. В котором моего сына естественно нет.

— Мирон, — гордо произносит он. — Брат Миланы.

— Приятно познакомиться, Мирон, — быстро находится мужчина. — Расскажешь нам немного о себе?

Перед объявлением других участников ведущий сам их представлял буквально парой строк, которыми все родители заранее его снабдили. Но в случае с Мироном — вся надежда на него самого. Зря конечно.

Видимо, все драм способности в моей утробе достались его сестре, Мирон даже в саду на утренники категорически отказывается учить стихи. Вот и сейчас, вместо того чтобы уважить дяденьку-ведущего, он лишь мотает головой:

— О себе не расскажу. Но расскажу стих!

— Ну что ж, — с улыбкой протягивает мужчина и вручает ему микрофон, — Мы с удовольствием его послушаем.

— Ну чего ты так напряглась? — спрашивает Лейтес, почувствовав как я сжимаю его ладонь. — Контракт уже у нас в кармане, пусть тоже выступит.

— Мы не репетировали, — повторяю севшим голосом. — И он не знает стихов!

— Ну что-то же он собрался рассказать, — пожимает он плечами. — Расслабься.

Я пытаюсь, честно. Но как только слышу первую строчку его стихотворения, медленно сползаю вниз по стулу. И вовсе не от тотального расслабления, к сожалению.

“У меня в кармане крыса

Я нашел ее в лесу

Она мокрая и лысая

Я домой ее несу”*

Тишина в зале стоит такая, что мне кажется, я даже слышу легкое гудение проводки в стенах. За эти пару секунд перед моими глазами успевает пронестись вся жизнь. В особенности, те моменты, где я могла упустить что-то в воспитании сына.

А уже в следующее мгновение зал взрывается такими аплодисментами, что в ушах начинает отчаянно звенеть.

Волна, кажется, началась с Богдана. И если женщины в зале еще хоть как-то пытаются сохранить бесстрастные выражения лиц, то мужчины не просто хлопают, они громко свистят и во всю глотку орут “браво”.

Солидные мужчины. В костюмах. Руководители успешных компаний и даже политики. Все они сейчас будто на футбольный матч перенеслись и радуются победному голу любимой команды.

Так же спокойно и без тени улыбки Мирон запускает руку в карман брюк и вытаскивает что-то серое. Пару женщин с ближнего к сцене столика с криком слетают со своих мест, а остальные ( и я в их числе) готовятся свалиться в обморок. Но мой мальчик лишь ошалело демонстрирует всем сквиш-лапку, которую все это время сжимал рукой, чтобы унять волнение и спускается со сцены.

Я, конечно, больше не пытаюсь слиться с обивкой своего стула, но тем не менее, первым Мирона перехватывает Лейтес. Подставляет ему свою ладонь для того чтобы тот “отбил пять”, а затем неожиданно привлекает к себе и обнимает.

— Это было круто, — качает он головой и одаряет моего сына лучезарной улыбкой. — А мама твоя говорила, что ты стихов не знаешь!

— Я ей не рассказывал, — скромно пожимает плечами. — Она крыс боится.

Оставшиеся два выступления проходят без эксцессов. В какой-то момент на сцену выходит девочка в шикарном костюме русалки и протяжно поет то самое “ааааа” из мультика. Других слов нет. Лишь знаменитая мелодия, которую Ариэль пела спасенному принцу. Но тем не менее, овациями она удостаивается по полной. И мне становится немного легче. Это дети. И судя по всему, все присутствующие это понимают, а значит уже к концу вечера об ужасном стихе Мирона никто и не вспомнит.

— Скоро будут объявлять победителей, — сообщает Богдан, нарезав круг по залу.

Судя по всему, большинство гостей его знают, но неудобные вопросы не задают. Впрочем, может это при мне стеснялись, а когда Милана застряла рядом с девочкой-русалкой и Лейтесу пришлось продолжать свой тур в одиночку, его наверняка достали сплетнями.

— Мам, а мне можно такие волосики? — мечтательно произносит дочь, трогая пальцами красные пряди подружки-русалочки, которая представилась Ксюшей.

— Конечно, — киваю с готовностью и тут же уточняю у мамы девочки: — Это ведь парик?

— Парик, — смеется она. — Ее папа бы нам по шее дал, если бы мы покрасили ей волосы. Да, Ксюндель?

— Неа, — лениво отмахивается девочка. — Не дал бы, он нас любит.

— И то правда, — соглашается девушка и выцепив взглядом красавца-брюнета, машет ему рукой.

— Майя с папой недавно поженились, — доверительно сообщает мне малышка. — И теперь у меня есть настоящая мама, не заколдованная.

— А у нас папа, — тут же хвастается Милана. — Тоже не заколдованный, хоть и не настоящий. Или все-таки заколдованный?

Она округляет свои карие глазки и внимательно изучает Лейтеса.

— Ты поэтому только на один день наш папа, что потом в тыкву превратишься? Или в крысу?

— Хватит уже крыс на сегодня, — обнимаю ее легонько и машинально пытаюсь обвить вторую руку вокруг сына, но натыкаюсь на ладонь Лейтеса.

Тот продолжает разговор с Майей и будто и сам не замечает, как его пальцы скользят по кудряшкам Мирона.

Лейтес не впервые трогает моих детей, да и я прекрасно помню, что мы тут все сегодня работаем на публику, но внутри тем не менее поднимается какой-то странный трепет. Хочется достать из сумочки телефон и запечатлеть этот момент. Можно даже без лица Богдана, чтобы не тешить себя иллюзиями на его счет. Хватит просто ладони. Крепкой сильной ладони на голове моего сына. И его довольную счастливую мордашку.

Мирон даже когда про крысу свою рассказывал таким счастливым не был!

Не знаю в какую сторону меня бы занесли эти мысли, но к счастью, ведущий вновь поднимается на сцену и начинает объявлять победителей. Всего было одиннадцать участников и отсчет идет с конца.

— Пятое место — Ксения в образе Русалочки!

Малышка рядом с нами громко визжит и бросается на шею своему отцу.