Элина Верховицкая – Академия Конфедерации. Турнир Масок (страница 8)
– Не хочу, – все с тем же спокойным выражением лица повернулся ко мне драконий король. – Влюбленность – это чувство молодых романтичных и эмоционально инфантильных особ. Ты моя жена, Висвэрина.
– И что это значит? – в сердцах вскричала я.
Драконий король задрал вверх свой идеальный прямой нос и со свойственным ему спокойным пафосом сказал:
– Это значит, что я за тебя умру. Всю остальную блажь домысливай для себя сама. Я – дракон, а не кисейная барышня.
– Лар – тоже дракон! Гирр – тоже дракон! – закричала я прямо ему в лицо. – Но у них есть чувства! Они могут их выражать! Вы же, в конце концов, хоть что-то говорили своим любовницам, прежде чем тащили их в постель!
– Я к себе в постель никого не тащил! – гаркнул драконий король. Его глаза потемнели и в них сталью сверкнуло что-то темное и опасное.
Но меня уже понесло. Растянув губы в улыбке, я светским тоном, словно была на приеме, поправилась:
– Ну хорошо, когда они прыгали к вам в постель. Так пойдет?
– Я не пойму, чего ты добиваешься, Висвэрина? – прищурился драконий король.
«Вот ведь, бесчувственный болван! А еще король!» – со злостью подумала я.
«Драконий король, он же тебе сказал, – уточнила моя шиза. – Оставь его в покое, дай ему созреть. И магию свою поумерь, а то окажешься сидеть попой на голой земле».
Я была так зла, что только сейчас заметила, что трибуна, на которой находилась наша ложа, уже не просто качалась, а ходила ходуном. Неслучайно этот дракон так с нее выглядывал, видно примеривался, как будет эвакуировать свой облезлый хвост. Приказав себе немедленно успокоиться, я выровняла дыхание.
«Мне плевать! – несколько раз повторила я про себя. – Плевать на него, плевать на все. Уже завтра начнутся командные соревнования и меня либо утащат к себе черные спруты, так падкие на мою магию, либо я умру и вернусь в свой мир, как мне когда-то было обещано. С этим псевдо-королём этой псевдо-вселенной меня не связывает ничего, кроме того кошмара, в который я не по своей воле попала. Пусть говорит, что хочет. Пусть делает, что хочет. Мне он даже не нравится. Все. Надо прийти в себя и успокоиться».
– Отрадно, что ты учишься владеть собой, – услышала я голос драконьего короля. – Когда ты сумеешь избавиться от этих детских истерик, мы попытаемся привязать к тебе твоего дракона. Он уже достаточно подрос для того, чтобы выдержать привязку.
– Лунт!
Мое маленькое серебряное чудо завозилось на моих руках, я невольно сжала его покрепче, а когда он обиженно пискнул, рассмеялась и поцеловала его в нос.
– Сегодня? – забыв об обиде, я с надеждой взглянула в лицо драконьего короля.
В стремительно наступающих сумерках сверкнули его темные глаза.
– Может быть, – загадочно сказал он. – Откроешь мне доступ в свои покои или предпочитаешь встретиться у меня?
– У вас! – быстро сказала я. – Там нам никто не помешает, – в ответ на его вопросительный взгляд быстро пояснила я.
– А как же мои любовницы? – насмешливо спросил он.
– Обойдетесь один вечер без них, – буркнула я, заливаясь краской.
Ответом мне стал тихий смех драконьего короля.
Когда девчонка выпалила фразу об его любовницах, которых он, якобы, тащил себе в постель, Мотлифер Флемм не знал, плакать ему или смеяться. Плакать потому, что всех любовниц он забросил сразу же после того, как ему на голову стараниями канцлера конфедерации свалилось это нелепое поручение об обеспечении безопасности наследницы Ариэ. Смеяться потому, что вид у Висвэрины при этом был ужасно обиженный. Он не понимал ее негодования, не понимал ее стремления разозлить или уязвить его, не понимал ее желания всеми силами заставить его отказаться от этого брака. В конце концов, в создавшихся обстоятельствах он был вынужден поступить подобным образом, спасая ей жизнь, уверял он сам себя. Висвэрина Ариэ была слишком молода и слишком неопытна для того, чтобы он воспринимал ее как женщину, как любовницу, или даже как жену. Кроме того, ее отец явно намекнул о том, что малышка еще не вошла в силу для того, чтобы приобщать ее к прелестям взрослой жизни. Но она всячески провоцировала его, добиваясь непонятных ему целей. Только боги знали, каких усилий ему стоило сдерживать себя с ней.
Да, Висвэрина Ариэ была весьма привлекательной девушкой и обещала стать красавицей. Через год или два. Да, даже сейчас она ему нравилась. Нравилась ее несгибаемая воля, позволявшая ей выпутываться из самых невероятных ситуаций, в которые она попадала с завидной регулярностью, нравилась ее привязанность к младшему брату, нравилось ее жизнелюбие и дружба с драконьими принцами, на которых у него самого были большие планы. Нравилось то, как возмущенно и в то же время восторженно она смотрела на него.
Не нравилось ему то, что она была смертницей. Он это почувствовал еще в тот момент, когда впервые увидел ее после того, как вытащил из временной петли. На девчонке словно лежала печать смерти, метка, поставленная неким потусторонним существом. Существом, которое охотилось за ней и решило во что бы то ни стало ее достать. Висвэрина Ариэ была жертвой. Он это знал, но все равно не мог отказать ей, когда она позвала его к постели своего умирающего брата и впервые попросила его помочь. Он помог. А потом ему пришлось вытаскивать ее с того света, потому что дочь могущественного клана Ариэ смогла соединить его силу со своей и вытащить из лап черных спрутов своего брата, но не смогла сделать простейшее действие – закрыть поток своей магии. Действие, которому лорды обучали своих детей с младенчества.
Вслед за тем, как он вытащил ее из ментального захвата неизвестного хищника, последовало реальное нападение на дом Ариэ. Король второго по силе дома Ариэ и наследный принц старшего дома случайно и глупо погибли при этом нападении, но девчонке снова повезло. Затем последовал очередной виток странного везения. Магия погибших Ариэ по какой-то невероятной случайности снова выбрала ее. Самую неудачную кандидатуру из всех Ариэ, ту, которая не могла справиться со своей собственной родовой магией. Ее пытались запереть под охраной в неприступном дворце Ариэ, куда был заказан вход даже ему самому. Но она сумела выбраться из самой недоступной цитадели их миров – башни Ариэ. Ее пытались выдать замуж за кузена, чтобы сохранить в семье ее магию. Но ей снова повезло и она смогла ускользнуть из плена самого сильного короля вселенной. И снова просить помощи у него.
У Мотлифера против воли вырвался короткий смешок, когда он вспомнил, как она, открыв портал, вывалилась среди ночи прямо в его постель. Мало того, что ее возросшая магия на ее эмоциях чуть не разнесла пол Академии, она еще притащила к нему образец магии той неизведанной черной зверюшки, которая терроризировала их миры. В который раз пытаясь сохранить ее жизнь, он уже окончательно взял ее под свою личную защиту, сделав ее своей женой раньше, чем предполагал, невзирая на все неприятности, которые грозили ему со стороны своего дома и дома Ариэ. Ее запах сводил с ума его дракона, привкус ее магии, как и вкус ее губ и прикосновения ее тела сводили с ума его самого. Его брат Феладин хохотал во время его разговора с отцом, королем Утренней Звезды Лемифаром Пятым, когда он объявил семье о своей стремительной женитьбе, в то время как его мать, королева Элинор держалась за сердце. Девчонка Ариэ оказалась полукровкой с примесью божественной магии ее матери – богини Амиэры. Несмотря на то, что ее отец, король Кариджен Ариэ всегда славился своими любовными похождениями, такого от него не ожидал никто. В добавление ко всему Амиэра подарила своей дочери легендарного серебряного дракона, который по преданиям был отнят у их мира богами за недостойное поведение. Почему богиня вернула серебряных драконов в их мир, было еще одной загадкой. Впрочем, с появлением серебряного дракона у малышки Висвэрины ее магия стала несколько стабильней, и вот уже несколько недель она не подвергалась ментальным атакам со стороны ее старых знакомых – черных спрутов. Возможно (только возможно!), что серебряные драконы были защитниками их миров от космических хищников наподобие черных спрутов, которых так много расплодилось в последнее время. И богиня вернула их в мир конфедерации для того, чтобы дать им шанс выжить в предстоящей битве. В том, что столкновение с черными спрутами неизбежно, он не сомневался. Его беспокоило только то, что в него снова оказывалась вовлечена эта несносная, сводящая его с ума девчонка Ариэ.
Но завершением всего стала золотая вязь их с Висвэриной брачных браслетов идеальной пары – атауэ, которая проявлялась в роду драконов только раз в тысячелетие и считалась священной. Именно существование этой связи примирило его дом с его браком на наследнице Ариэ! По иронии судьбы, Мотлифер, как и Висвэрина, был своеобразной белой вороной в своей семье, уже при рождении вобрав в себя почти половину всей родовой магии Дома. Он получил свою собственную планету в десять лет, а созвездие планет – сразу же после окончания Академии, и его силы, как и силы Висвэрины, постоянно росли, несмотря на то, что в их мирах наблюдалась совершенно другая тенденция. Самое забавное в этой истории с девчонкой Ариэ, о чем пока не знал никто, было то, что при их первой полноценной близости не произошло не просто перехода части силы жены к мужу, но и вообще никакого слияния их магических сил. Каждый остался при своем. Он наивно полагал, что забрав часть силы Висвэрины, он поможет ей стабилизировать ее собственную магию, после чего вернет тот излишек силы, которую он у нее забрал вместе с частью своей собственной силы в их общего ребенка. Но все снова пошло не так. Сила Висвэрины оставалась по-прежнему нестабильной, а это означало, что она по-прежнему представляла постоянный магический маяк для космических хищников-паразитов – искателей магиии. Более того, упрямая девчонка всячески пыталась принять участие в этой головной боли конфедерации – показушном традиционном магическом соревновании Академии Магии – турнире масок, который всегда сопровождался мощным выплеском магии, привлекающим из космоса к их мирам всякую шваль.