Элина Верховицкая – Академия Империи. Наследница (страница 11)

Сообщение зверюшки-змеюшки действительно оказалось важным. Получив задание следить за Торном Арпадом, он таким образом вышел на сведения о том, откуда темные маги получали грузы камня ромариса, который обладал свойствами глушить магию драконов. Когда он указал на карте вселенных на ареал планет черных спрутов, я напряглась, а после того, как его крючковатый палец уперся в голубую планету по имени Земля, чуть на расхохоталась в голос. Ну, конечно же, Земля! Откуда еще мог взяться этот неизвестный в мирах Конфедерации материал! Оказалось, что камень ромариса был вовсе не камнем в полном значении этого слова. Он представлял собой особую субстанцию, которая образовывалась в результате сплава находящихся в открытом космосе отходов от вышедших из строя земных металлов, из которых делались обшивки космических кораблей, детали спутников связи и спутников-шпионов и всякого прочего мусора, занесенного в космос человечеством. Пираты с планеты Тарга и другие умельцы собирали этот мусор, переплавляли его и в виде разных сплавов продавали по всей Конфедерации. До того самого дня, как один из сплавов случайно не обнаружил свойство глушить драконью магию. С того самого дня пираты Тарга сделали из этого сплава, состав которого держался в строгом секрете, весьма прибыльный бизнес, продавая его сначала самому Черному Лорду, а затем его союзникам. Самым грустным в этой истории было то, что планета пиратов Тарга являлась «другом» драконьей империи, сражавшейся с Черным Лордом и темными магами.

Узнав эти подробности из рассказа Бори, который также поведал нам название этого сплава, лорд Мотлифер немедленно развил бурную деятельность, оставив меня на попечение Бори и Ларибэлла.

– И все-таки я не понимаю, – через почти два часа, которые он провел в компании со мной и Борей, говорил Ларибэлл, держа в одной руке бокал с коктейлем бодрости, изготовленным его придворным светлым магом-целителем, а другой рукой обнимая разомлевшего от полученной порции моей магии Борю. – Каким образом эскадра Дарэма Арпада, с защитой которой из ромариса не могли справиться драконы сильнейших магов империи, смогла разлететься буквально на атомы от соединения магии Мотлифера и Висвэрины?

– Магия Ариэ – самая совершенная в наших мирах магия, – пробормотал змеюшка-переросток, угладывая свою змеиную головку на плечо Ларибэлла. – Она непобедима. Особенно в таком количестве, как у прекрасной принцессы и самого злого дракона в империи.

– Но Черный Лорд держал меня в подвале, стены которого были сделаны из ромариса! – возразила я, невольно улыбаясь его характеристике лорда Мотлифера.

– Было ли тебе больше тринадцати лет – возраста инициации мага Ариэ, принцесса? – спросил Боря, не поднимая головы с плеча Ларибэлла. – Пыталась и ты сломать защиту и выбраться оттуда? И были ли на тебе в тот момент твои браслеты, ограничивающие твою магию?

– Я не была инициированным магом, – должна была согласиться я. – Я не пыталась сломать защиту, так как верила, что ее невозможно сломать. И, наконец, ответ на последний вопрос – да, на мне были мои браслеты.

– Ну вот, – развел ручками-колбасками Боря. – Теперь мне понятно, почему Торн Арпад ищет девушку с магией Ариэ.

– И зачем он меня ищет? – переспросила я.

– Как зачем? – маленькие глазки Бори раскрылись до размера полноценного блюдца. – Магия Ариэ единственная, на которую не действует сила ромариса. Отобрав Ариэ у драконов, он сможет их победить.

Я подумала об Улли и не удержалась от вопроса:

– Мой брат тоже обладает магией Ариэ, но никого это не волнует. Почему я?

Боря пожал плечиками, показывая, что он либо не знает ответа на этот вопрос, либо не собирается делиться с нами своими знаниями.

– Потому что ты – дочь Амиэры, – тихо шепнул мне он, словно случайно дождавшись того момента, когда Ларибэлл отвернулся.

– И что это мне дает? – продолжала тупить я.

– Уникальность твоей магии, – также шепотом поведал мне Боря. – Будь осторожна, принцесса! Не доверяй никому, потому что в ваших рядах как был, так и остался предатель.

– Разве это была не моя тетушка Риверин Ариэ? – удивилась я.

– Нет, – успел шепнуть мне Боря, прежде чем в наш разговор вмешался голос Ларибэлла, чувствовавшего себя отвратительно бодрым после целебного коктейля:

– О чем вы там шепчетесь?

Он смерил зверюшку-змеюшку насмешливым взглядом и не удержался от того, чтобы не пошутить, погрозив Боре пальцем:

– Смотри у меня! Мне неприятности с лордом Флеммом не нужны.

– Мне тоже, – буркнул Боря. – И вообще, я все сказал. Мне пора домой.

К моему величайшему изумлению. Боря поднял лапку-колбаску, начертил в воздухе знак открытия портала и, вильнув хвостом, исчез в сначала распахнувшемся, а затем схлопнувшимся за ним проеме портального окна.

– Ничего себе зверюшка! – не удержалась от восклицания я.

– Какой он тебе зверюшка, – хмуро сказал Ларибэлл, требуя себе еще один бокал целебного напитка. – Не знаю, как уж вам с Паппи удалось поладить с ним, но этот Боря – метаморф, глава одного из самых крупных местных кланов Менарды.

Я буквально выпала в осадок. Боря – метаморф?! Глава клана?! А мы его за подростка зверюшки-змеюшки считали! Нет, у меня точно сейчас случился разрыв шаблона!

– Знаешь, я, пожалуй, тоже пойду домой, – слабым голосом сказала я.

– Стоять! – рыкнул Ларибэлл не хуже лорда Мотлифера. – Флемм оставил тебя под мою ответственность, значит, вернется за тобой именно сюда, и у меня нет никакого желания ходить с откусанной им за невыполнения приказа головой.

Я непонимающе смотрела на него. Увидев, что я не собираюсь исчезать в портале, Ларибэлл с заметным облегчением вздохнул и сбавил тон:

– Прости, Виса. За годы войны лорд Флемм привык сначала бить, а потом уже разбираться. Тем более, дело касается тебя. Давай подождем его, посидим, поговорим, новостями поделимся.

– А как твои студенты? – спросила я намекая на ту группу Улли, которая должна была проходить на его планетах практику по восстановлению планет.

– С ними Тави сейчас занимается, – махнул рукой Ларибэлл, вызывая элементаля воздуха и заказывая у него новую порцию бодрящего напитка.

– Принцесса Октавия? – переспросила я, вспомнив давнее домашнее имя принцессы лордов белых драконов. – Разве она живет не с мужем?

– Ее муж живет с нами, – со вздохом сказал Ларибэлл. – Ты ведь слышала о том, что случилось с принцем Анталеном Тонном? Точнее, даже не принцем, а королем Ночной Звезды Анталеном Тонном?

С принцем Анталеном, тогда просто наследным принцем Ночной Звезды, я вместе училась в Академии Конфедерации до войны, будучи еще Висвэриной Ариэ. Именно его дракона я первым увидела за его спиной. Именно для него старалась отмазать принцессу лордов белых драконов Октавию Болл от брака с королем Феладином Флеммом, братом лорда Мотлифера. В те годы принц Антален Тонн был веселым и очень красивым парнем, с длинными русыми волнистыми волосам ниже плеч, пижонистым и всегда хорошо одетым в тонах дома Тоннов. Он также считался достаточно сильным магом, а его дракон был разве чуть слабее дракона Тангирра Тонна, его кузена. В годы войны, попав в западню Черного Лорда вместе с принцессой Октавией Болл, своей невестой, он пытался спасти ее ценой своей жизни, и практически умер, но упертая принцесса, позднее вернувшись на место сражения с подкреплением, нашла и выходила своего жениха. В то время, как никто не верил в то, что принц Антален вернется к жизни, такой же упёртый, как его невеста, принц лордов черных драконов назло всем врагам выжил, но потерял своего дракона. Я видела момент того сражения в своем странном сне, навеянном приемом транквилизаторов в клинике на Земле, но в тот момент не знала, было это правдой или просто игрой моего воображения. Из истории магии драконов, которую нам читали в Академии, я знала, что потеря дракона всегда была очень болезненным опытом для лордов драконов, и, хотя теоретически лорд драконов мог обрести себе нового дракона, такие случае были единичными.

Последнее я и изложила Ларибэллу, который все это время грустно улыбался, слушая меня.

– Мы несколько раз пытались найти и привязать к нему нового дракона, – сказал он. – Но каждый раз безрезультатно. Дракон всегда был слабее, чем Антален, и погибал буквально через несколько дней, не в силах вынести силы своего лорда. Извини, звучит как каламбур, но это так. У нас – в клане белых драконов, как ты, наверное, слышала, уже был опыт выживания лорда дракона, потерявшего свою магическую половину, так что мы взяли Анталена к себе, все еще надеясь, что мы сможем ему помочь.

– И как? – спросила я, вспоминая веселого красавца и балагура Анта Тонна.

– Никак, – вздохнул Ларибэлл. – Тави, конечно, не теряет надежды, да и Ант старается крепиться, но он уже, по-моему, и сам не верит в счастливый исход. Тем не менее, его сил хватает на то, чтобы управлять Ночной Звездой и помогать Тангирру, когда тот учит своих студентов в Академии или воюет. У Анта, кстати, до недавних пор был свой собственный космический флот, который он построил и оснастил по самым современным технологиям мира спрутов. Он – великолепный пилот. Но все дело в том, что без подпитки дракона он теряет свою жизненную силу.

Пока я слушала объяснения Лара, я вспомнила про серебряную фею, которую нам помог привязать к Итаре лорд Мотлифер Флемм для того, чтобы сила этой маленькой феи позволила ей выйти замуж за дракона и не потерять при этом свою сущность темной магини. В тот момет, когда Ларибэлл замолчал, я, в свою очередь, спросила, пробовали ли они провернуть такой финт и с Анталеном.