Элина Лисовская – Враг из машины. Том II (страница 17)
Солус спрятался за холмы. Ночное небо темнело, погружая пустыню в сумерки. Одинокая лацина высунула голову из песка, пошевелила гибкими усиками… и тут же нырнула обратно: рядом с ней приземлился увесистый камень. Потом еще один.
Камни бросала девушка с растрепанными белыми волосами. Хватала, не глядя, те, что покрупнее, и остервенело швыряла их в невидимого врага. В темноте глаза её тускло светились красным.
– Ненавижу! – выплевывала она сквозь сдавленные рыдания. – Сдохни, мразь! Ты еще пожалеешь… обо всём, что сделал, грёбаный выродок!
Силы закончились раньше, чем камни. После очередного броска девушка покачнулась, упала на четвереньки и распласталась на остывшем песке. Несколько крон она лежала, не шевелясь, и лацина выбралась на поверхность, предвкушая поживу… но девушка шумно вдохнула, перевернулась на спину и, глядя в бездонное звёздное небо, уже спокойно пообещала:
– Ты за это поплатишься…
Электромобиль останавливался каждые два часа, чтобы его пассажиры могли немного размяться, но только сейчас кто-то додумался открыть багажник и посмотреть, как там арестант. Выглядел он не очень: похоже, во время пути его мотало туда-сюда по железному ящику и не раз приложило о стенки.
– Ребята, – скорчив жалобную мину, попросил он, – снимите наручники, а? Я всё равно никуда не денусь. А так хоть смогу ухватиться за что-нибудь и не буду болтаться из угла в угол.
Один из гвардейцев молча расстегнул замок, но, не успел пленник насладиться свободой, как ему снова сковали руки. Только на этот раз спереди.
– Спасибо и на том, – улыбнулся он и с наслаждением почесал щеку. – Слушайте, а где тут можно… эээ… сбросить балласт?
– Только не рядом с машиной! – Гвардеец огляделся: – Иди вон за те кусты. И чтобы сразу назад!
– Разумеется.
На нетвердых ногах, нарочно покачиваясь, Рэйн добрел до кустов и, мгновенно собравшись, проскользнул в самую гущу зарослей. Рывком расстегнул рубашку, приноровившись, сунул под неё руки, ощупал пальцами бок. Поморщился, обнаружив царапину, и усмехнулся: ничего, заживёт. Инн действовала в спешке, но благодаря ей он теперь сможет отправиться туда, куда велит ему сердце.
Когда он вытащил руки, в ладони у него была зажата острая десятипонтовая шпилька.
Сезон Бурь
Глава первая
– Спасибо, – негромко сказала Джаил.
Они c Альном стояли возле штаба и смотрели на звёзды. Давно прозвучал сигнал к отбою, но растревоженная последними событиями Нумера не спала: в казармах горел свет, слышались возбужденные голоса. В другое время О’Рэн устроил бы командирам отрядов хорошую взбучку и быстро навёл порядок. Но не сегодня.
Он повернул голову:
– За что?
– За всё, – Инн чуть помедлила и протянула ему ладонь: – Вряд ли кто-то сделал для нас больше, чем ты. И мне бесконечно жаль, что из-за этого вы все оказались втянуты в крупные неприятности. Если бы я только могла…
– Случилось то, что должно было случиться, – Альн ответил ей крепким пожатием. – Это не ваша вина. А с неприятностями справимся… пока не знаю, как, но вместе мы обязательно что-нибудь придумаем. Да, с одной стороны, нас бросили на произвол судьбы, а с другой – дали полную свободу действий. Теперь не нужно ждать чьих-то тупых приказов…
– Главное – не тупить самим, – улыбнулась Джаил, не торопясь убирать руку. – И тогда всё будет хорошо.
Командор сдержанно улыбнулся в ответ. Он понимал, через что ей сегодня пришлось пройти, и не хотел портить момент очередными скверными новостями. Пусть она как можно позже узнает о том, что ничего хорошего в ближайшем будущем ждать не стоит.
Заметив приближающуюся со стороны медблока знакомую фигуру, Инн нехотя разомкнула пожатие и отступила на шаг.
– Это невыносимо! – пожаловалась Сиенна. – Я сделала ей холодный компресс, дала обезболивающие, а она проглотила их целую горсть, заявила, что хочет побыть одна, и сбежала. Боюсь даже представить, куда её понесло.
– Значит, ей лучше, – у Инн отлегло от сердца. – Через день-другой Мэл полностью восстановится…
– Нет. Не восстановится, – раздельно произнесла атари и в упор посмотрела на обоих. – Продолжительное воздействие ультрафиолета вызвало помутнение роговицы и, как следствие, потерю остроты зрения. Так что, если вы рассчитывали взять с собой в Сетту снайпера, я вас разочарую: Мэллори при всем желании не сумеет попасть в цель. Со временем её зоркость придет в норму – через декаду, может быть, две… но времени у нас, сами понимаете, нет.
– Она знает? – помрачнел Альн.
– Думаю, да.
Инн молча кусала губы.
– И еще, – Сиенна полезла в карман и вытащила горсть пластиковых обломков. – К утру ей понадобятся очки. Без них в светлое время суток она не сможет покинуть медблок. Я попыталась найти детали на замену, но…
– Не беспокойся. – Командор забрал у неё сломанную оправу и выпавшие зеркальные линзы. – Я всё сделаю сам. Доброй ночи.
Он ушел, и бывшие подруги остались вдвоём. Под пристальным взглядом атари Джаил внезапно почувствовала себя уязвимой. Навалилась усталость, подкралось гнетущее чувство вины. Захотелось спрятать лицо на вполне конкретной груди и расплакаться.
– Не нагнетай, – с нажимом проговорила Инн и отвернулась.
– Я ничего не делала, – Сиенна пожала плечами. – Одного раза было достаточно, чтобы больше никогда не повторять ошибку. Но я ощущаю то, что ты чувствуешь. Если хочешь, можем…
– Нет, – оборвала Джаил, – не можем. Это ни к чему, я справлюсь сама. Позаботься лучше о Мэллори.
Она направилась в казарму, не оглядываясь, хотя укоризненный взгляд прожигал ей спину. Приняла душ, заплела волосы в косу – расставшись со шпилькой, пришлось изменить прическу – и тенью прошмыгнула к своей койке. Нижняя постель, как и ожидалось, была пуста, и Инн совершенно без сил опустилась на неё, сдвинулась в угол, закрыла лицо руками. В голове хаотично метались обрывки дневных событий, отголоски новостей, беспокойные мысли о Мэл и тревожные – о Рэйнире, и на фоне всего этого измученный мозг из последних сил пытался придумать хоть какой-нибудь план действий. «Пожалуйста, хватит! – взмолилась она. – Только не сейчас! Можно я подумаю об этом завтра?!»
Неподалеку раздался шорох, и Джаил подняла голову. В проходе между койками стояли её теперь уже бывшие одногруппники. Витор протиснулся ближе, сел рядом и положил перед девушкой щит и меч.
– Обыска не было, – сообщил он, – но командир гвардейцев спрашивал про оружие. Мы сказали, что понятия не имеем, где оно.
Инн благодарно сжала его руку.
– Мы всё обдумали и пришли к единому мнению, – переглянувшись с ребятами, заговорил Йорен. – В других отрядах всерьёз обсуждают возможность покинуть базу… перевестись или просто уехать, не важно. Крейден молчит, но, что бы он ни сказал, мы не изменим решение: группа останется здесь и будет выполнять приказы командора О’Рэна. Можете рассчитывать на нас, офицер Джаил, – юноша смущенно улыбнулся. – Я был уверен, что однажды это звание заслуженно к вам вернётся.
Инн вздохнула, стараясь не вспоминать, при каких унизительных обстоятельствах это произошло. И тогда молодой прим тихонько добавил:
– Не скажу за других, но, когда он заставил вас подчиниться, мы все, не сговариваясь, закрыли глаза.
В мастерской в этот час уже никого не было.
Командор не стал зажигать верхний свет: включил две рабочие лампы и под ними разложил на столе то, что осталось от зеркальных очков. Линзы уцелели и даже не покрылись царапинами, а вот изящная оправа оказалась излишне хрупкой: треснула и раскололась на несколько частей. Какое-то время Альн беспомощно разглядывал обломки, не понимая, что с ними делать. С техникой проще: разобранный гвардейцами передатчик он собрал примерно за десять крон. Хорошо, что устройство сочли неисправным – точнее, не сумели включить декодер! – и решили оставить здесь: отсутствие связи с Прайтори стало бы первым шагом к провалу. Нужно завтра же отправить сообщение в Эмер… вот только какое? С просьбой о помощи? С призывом поторопиться? Как объяснить всю тяжесть положения, в котором оказалась Нумера, короткими фразами по пятьдесят знаков?
О’Рэн устало потёр лоб. Завтра утром он вызовет офицеров и вместе с ними обсудит дальнейшие действия. А сейчас нужно просто починить очки – для той, что превратила его жизнь и карьеру в груду бесполезных обломков.
Кстати, не пора ли начать собирать по частям и себя самого?
Хватит уже лелеять мечты беззаветно влюбленного юноши, коим он был много лет назад. Пришло время избавиться от увлечений прошлого, больше похожих на пагубную зависимость, чтобы однажды в его сердце зародилось и выросло новое чувство. Такое же сильное, неистребимое, но не мучительное, а, напротив, взаимное, приносящее радость.
Такое, как у Джаил и капрала Адара.
Альн повертел в руках расколотый ободок. Настоящая любовь способна сплести воедино отдельные жизни и разные судьбы. А двум пластиковым деталям… им хватит направленного воздействия ксинергии.
Он придвинул ближе увеличительное стекло, соединил обломки, закрепил их в держателе и, создав между большим и указательным пальцами тонкую нить потока, стал осторожно нагревать трещину. Пластик долго сопротивлялся. Потом закипел. Пайка вышла грубой, но прочной, и, дождавшись, когда всё застынет, Альн сгладил неровности кончиком ножа.